Читать книгу - "Право на Власть - Евгений Волков"

— К чему весь этот фарс, человек? — донёсся до меня хриплый голос той самой гордой самки пепельно-серого окраса.

Встретившись с ней взглядом, я продолжил:

— Именно поэтому я даю вам шанс. Шанс стать верными подданными Дома Валиант и Раграса, принести мне личную клятву и добровольно принять инъекцию вассализации. В противном случае я прямо здесь, своими руками приведу в исполнение тот приговор, который вам уже вынесен, — я внимательно обвёл тяжёлым взглядом каждого из пятёрки ракси.

Над площадью повисла звенящая тишина, а на мордах бывших наёмников отчётливо читались крайнее замешательство и непонимание. Взмахнув рукой, я дождался, пока ко мне подойдёт Ригс с небольшим металлическим кейсом и, почтительно склонив голову, откроет его. Пять заряженных шприцев-инъекторов, покоящихся на красном бархате, уже ждали своих новых хозяев.

— Выбор за вами, — спокойно произнёс я, замолчав в ожидании ответа.

— А если мы откажемся? — хрипло спросила ракси с пепельно-серой шерстью.

Кажется, именно у этой хвостатой было достаточно авторитета, чтобы говорить от лица всех остальных. Самцы, куда более крупные, не спешили встревать в разговор, лишь изредка бросая настороженные взгляды в мою сторону, а затем переводя их на толпу, которая начала перешёптываться всё громче.

Я с нескрываемым интересом посмотрел на серошерстную наёмницу. Все пленники были одеты в одинаковые чёрные комбинезоны без шевронов — эту робу им выдали специально перед тем, как вывести на площадь. Но открытых участков тела вполне хватало, чтобы заметить характерные проплешины на шерсти, какие обычно остаются от старых глубоких шрамов.

— Ваш приговор будет приведён в исполнение, — спокойно ответил я.

— Лично тобой? — прищурилась ракси.

— Мной, — я коротко кивнул и жестом приказал стоящему рядом Ригсу передать мне пистолет.

Абордажник ловко перехватил одной рукой открытый кейс с инъекторами, разложенными на бархате, а свободной достал из набедренной кобуры тяжёлый плазменный пистолет, протянув его мне рукоятью вперёд. Я принял оружие, тут же ощутив привычную успокаивающую тяжесть, и вновь перевёл холодный взгляд на пленников.

— Советую вам поторопиться с решением, — добавил я, снимая плазмомет с предохранителя.

Несколько секунд мы молча переглядывались с пленной ракси, после чего она что-то негромко произнесла и медленно опустилась на одно колено. Уставившись в пол, наёмница тем самым открыто признала мой авторитет. На мордах остальных проступило крайнее удивление и непонимание: они явно не ожидали подобного шага от своего неформального лидера.

— Я, Райра, вторая в четвёртом прайде «Когтя», признаю твоё право и власть. Отныне и навеки моя жизнь принадлежит тебе, мой лорд, — твёрдо проговорила серошерстная ракси.

Теперь стало понятно, почему остальные смотрели на неё как на вожака. Скорее всего, Райра была правой рукой погибшего Рхаса. И это обстоятельство тоже сыграло на мой авторитет: я лично сошёлся в бою с их прежним лидером и вышел победителем. «Чёрный Коготь» отличался от других знакомых мне кланов ракси не только специфической внутренней иерархией, но и незыблемым законом сильного. Тот, кто сильнее, тот и главнее. Предельно просто и понятно.

Я многозначительно перевёл тяжёлый взгляд на оставшуюся четвёрку. На их мордах отчётливо читалось глубокое замешательство: бойцы искренне не понимали, какое решение теперь будет верным. Сохранить верность старым устоям и умереть, или принять новую реальность и выжить?

Несколько долгих секунд они мучительно боролись с собой, взвешивая все за и против, пока наконец каждый из них не принял окончательное решение.

Один за другим они начали опускаться на колено, слово в слово повторяя клятву Райры. Разница заключалась лишь в порядковом номере, обозначавшем их место в прайде: пятый, восьмая, десятый.

А вот последний — крупный самец огненно-красного окраса, не менее редкого, чем абсолютно белый, — так и остался стоять. Он лишь презрительно смотрел на бывших соратников, предавших устои клана и признавших своим лидером чужака. Да ещё и человека! В его глазах, как и для большинства бойцов «Когтя», подобное было абсолютно неприемлемо. Хотя теперь сложно было с уверенностью судить, все ли наёмники клана разделяли эту точку зрения. Учитывая, что четверо из пяти предпочли принять моё предложение, жгучую ненависть к людям испытывали далеко не всё. Ну, или они просто умели её очень хорошо скрывать.

— Жалкий мусор! И ты, человечишка, не заставишь меня предать мои идеалы. Даже под угрозой смерти, — прорычал ракси, зло сплюнув на пыльную мостовую площади.

Я проследил взглядом за плевком, который явно предназначался моим сапогам, но так и не долетел до цели. Вновь посмотрев на непокорного наёмника, я спокойно произнёс:

— Благородно и достойно уважения. Но в то же время крайне глупо и безрассудно.

Пожав плечами, я медленно поднял пистолет. Я не мог отступить. Теперь, когда всё происходящее транслировалось на огромную аудиторию, я не имел права перекладывать эту грязную работу на кого-то другого. Только не сейчас. Особенно после того, как пару мгновений назад во всеуслышание пообещал лично привести приговор в исполнение.

Раньше я убивал лишь потому, что от этого так или иначе зависела моя собственная жизнь. Маркус Оберон, Рхас и многие другие, чей путь я прервал. Но сейчас всё было иначе. Это не схватка насмерть в горячке боя и не банальная самооборона. Это холодный расчёт. Так было нужно для моего нового образа, для статуса герцога Валианта. Так должен поступать будущий Император.

И я нажал на спусковой крючок.

Я лишь слегка опустил ствол, решив, что выстрелить в сердце будет гуманнее, чем в голову. Плазменный пистолет коротко взвыл и выплюнул сгусток энергии малой мощности, который с глухим шипением прожёг грудь непокорного ракси насквозь. Тот удивлённо уставился на меня, словно до последнего не верил, что я действительно выстрелю, и стал медленно заваливаться навзничь, тут же подхваченный своими конвоирами.

Площадь накрыла мёртвая тишина. Тысячи глаз смотрели на меня. Теперь толпа видела во мне не только благородного лорда, желающего спасти этот суровый край, но и правителя, способного действовать жёстко и бескомпромиссно.

Вернув оружие Ригсу, я взял из кейса один из заряженных шприцев, подошёл к склонённой Райре и твёрдо произнёс:

— Райра, вторая из прайда, я принимаю твою клятву верности. Отныне и до последнего своего вздоха ты будешь служить мне в качестве главы моей личной гвардии. Первой