Читать книгу - "Под драконьей луной - Робин Слоун"

– О, друг мой, я знаю про вашу войну в облаках, – сказал Людовод, – и не хотел ее принизить. Но ты наверняка видел, как живут другие. Ты ходил по большой дороге, Гумбольдт?

– Конечно.

– При моей жизни ничего подобного не было. Каждый раз, выходя из крепости, ты рисковал жизнью.

– А что за дорога? – спросил Ариэль.

Гумбольдт ответил:

– Людовод говорит про Кромский тракт, который связывает человеческие города. Там всегда оживленное движение.

– Гумбольдт, надо вывести мальчика на тракт, – сказал Людовод. – Ты согласен? Пусть идет. Затеряется в толчее, а если захочет через год вернуться с ватагой удальцов и сковырнуть Мэлори с его места, то и отлично. – Он помолчал и добавил: – А может, ты решишь навсегда забыть свою деревню и больше туда не возвращаться. Я безусловно советую тебе именно так и поступить.

– Я не могу оставить брата, – мрачно ответил Ариэль. – Он по-прежнему во владениях волшебника. Я о нем беспокоюсь.

– Ах! Мне придется совершить то, что и в мою, и в любую эпоху сурово порицалось. Я вынужден прочесть нотацию. – Болотная мумия шумно прочистила горло. – Беспокойство есть разновидность гордыни. Ты считаешь брата беспомощным? Скажи мне, как его зовут. Отлично. У Кея есть собственные планы. – Голос у Людовода был выразительный и проникновенный, при том что мумия за все время разговора ни разу не шелохнулась. – У меня есть для тебя три слова – мощное заклинание, выученное дорогой ценой. Готов услышать?

Ариэль был готов.

– О себе беспокойся!

На миг в Смертельной башне воцарилась тишина.

– Уже ночь, да? Я чувствую холод, – сказал Людовод. – Гумбольдт, не ходите через болото в темноте. Оставайтесь здесь. Утром выведешь мальчика на стену и покажешь ему, в какой стороне тракт. Подкрепиться хотите? Думаю, ты знаешь, где в моих палатах найти медовуху.

– Да, я припоминаю… – ответил Гумбольдт.

– Спустись и принеси бочонок.

– Охотно, – с жаром проговорил Гумбольдт и заплескал по затопленной лестнице.

Ариэль сидел тихо, глядя на болотную мумию с умиротворенно прикрытыми веками.

– Милорд, если мне разрешено спросить… как вы общаетесь с пчелами, если вы незрячий?

Людовод не улыбнулся; он не мог улыбаться, но улыбка сквозила в его голосе, когда он ответил:

– Они танцуют у меня на губах, разумеется.

Владычица Озера

3 ноября 13777 года

Ариэля разбудил бобр, тыкавший его в бок. В первые мгновения мальчик не понимал, где он. Он не помнил, как заснул.

– Проснись, Ариэль де ла Соваж, – шептал Гумбольдт. – Твой волшебник пришел.

Мальчик вскочил.

– Мэлори? Где он?

– Он и его егеря приближаются по болоту. Они наняли в проводники тритонов.

Ариэль выглянул из входа в башню и через завесу темных листьев различил в тумане цепочку фигур, медленно бредущих к островку. Мальчик узнал Мэлори по объемистому пуховику.

– Гумбольдт, проведи его через башню, – раздался голос Людовода. – Путь ты знаешь.

Ариэль повернулся и увидел, что за ночь болотная мумия каким-то образом сменила позу. Теперь Людовод сидел, скрестив ноги, лицом к входу. Глаза его были по-прежнему закрыты, лицо оставалось таким же безмятежным.

– Моя башня защищена, что волшебник наверняка помнит с прошлого визита. Покуда он мешкает, я буду импровизировать и лукавить. И даже льстить ему, если потребуется. Вперед!

Ариэль поглядел на уходящую в темноту винтовую лестницу.

– Я не могу.

– Там есть выход, неглубоко, – сказал Гумбольдт. – Тебе надо будет задержать дыхание всего на минуту. Может даже меньше. Я тебя поведу.

Снаружи доносилось чавканье мокрой земли под ногами – под множеством ног. Волшебник и его егеря подошли к Смертельной крепости.

– Я попробую, – тихо проговорил Ариэль.

Гумбольдт протянул переднюю лапу, и Ариэль ее взял. Пальцы у бобра были на удивление длинные.

– Удачи, – сказал Людовод. – Не останавливайся, пока не узнаешь мир.

Гумбольдт двинулся вниз, Ариэль за ним. Вода была ледяная, но мальчик почти не чувствовал холода. Он твердо шагал по ржавым ступеням в безвоздушный холод, где не нарастает грязь.

Когда его подбородок коснулся воды, он набрал полную грудь воздуха и в последний раз глянул на болотную мумию. Людовод сидел, охраняя вход, и, когда уши Ариэля уходили в воду, он слышал, как проникновенный голос начал звенящий вызов:

– ВОЛШЕБНИК!..

В затопленной башне царил непроглядный мрак, однако у Гумбольдта в набрюшной сумке имелся фонарик, и бобр его включил. Вода была чистейшая, без ила и мути. Ариэль увидел богато убранный покой: огромную кровать (черную) под расшитым покрывалом (черным), увенчанную балдахином (черным), – когда они вошли, тяжелый полог всколыхнулся от движения воды. В камине по-прежнему лежали дрова (аккуратные черные полешки). Это выглядело так мирно и по-домашнему, что Ариэлю казалось, будто камин можно зажечь.

Крепко держа мальчика за руку, Гумбольдт вывел его в длинный коридор. Здесь не плавало ни единой рыбки – они не могли дышать болотной водой.

Ариэль тоже не мог, но, к собственному удивлению, не чувствовал страха. Возможно, ледяная вода охладила его нервы. Маленькая упрямая вера в себя несла его сквозь воду. И у него был проводник – Гумбольдт.

Вдоль всего коридора тянулись высокие, призывно открытые окна, но когда Гумбольдт повел фонариком, за ними оказалась сплошная масса мокрого затонувшего мха.

По стенам висели картины; и рамы, и сами полотна почернели, сюжеты канули в небытие. Обширная крепость выросла и ушла под воду за то время, что я был заперт в гробнице; она была разом далеким будущим и седой древностью. Здесь, во тьме, время на миг утратило направление.

Бобр подошел к окну и потянул Ариэля за собой, все так же крепко держа его за руку.

Серебристый свет пробивался сверху, озаряя пологий подъем. Ариэль пролез в окно, и Гумбольдт, работая перепончатыми задними лапами, поплыл вдоль склона широкой моховой кочки. Ариэль видел перед собой мощный бобриный хвост. Сам он плавать не умел, но силы Гумбольдта хватало на них обоих.

Они выплыли на поверхность, и Гумбольдт осторожно вылез из воды, Ариэль за ним. Башня Людовода была у них за спиной, скрытая в тумане. До Ариэля долетали раскаты голоса – Мэлори ревел, однако слов было не разобрать.

Вернись! – вскричал Минимизатор Сожалений. Вернись и сражайся!

Голос у меча хрипел. Бегство его терзало. Сожаления не минимизировались.

– Тут что-то в воде, – прошептал Гумбольдт. – Надо спешить.

Глупец сам к нам пришел, стенал меч. У меня остался еще один снаряд. Прикажи мне! Я уничтожу башню и всех в ней!

– Лорд Людовод нам помог! – воскликнул Ариэль.

Он уже умер, возразил меч. Ты еще жив. Прикажи мне!

Бобр танцующе скользил по болоту. Ариэль плескал по колено в