Читать книгу - ""Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов"

Лекс перехватил винтовку.

— Эринния, прикрываешь их. Щит не поднимать, пока Жнец не ударит.

— А тебя?

— Я побегу.

Она посмотрела на расстояние до площадки и на чёрную трещину у себя на шее.

— Хорошо.

Эринния переставила посох в здоровую руку. Пальцы дрожали, она прижала древко к плечу, пока дрожь не прекратилась. Лекс вышел из золотого круга. Мать Скорби закричала.

Боль ударила. Перед глазами возник чёрный порог и белая стрелка, проведённая мелом. Молчун остался за ней, чтобы остальные могли идти. Демоны боли бросились следом. Серафима подняла посох. Золотой круг вытянулся по белой линии узким коридором. Свет сразу начал рваться.

— Иди!

Жнец поднял косу.

— Сейчас! приказал Лекс.

Турель выстрелила. Короткий сине-белый луч прошёл рядом со скелетом. Пространство вздрогнуло. Серые души вокруг капюшона разлетелись. Жнец оказался одновременно у обелиска, над Грымом и там, где стоял мгновение назад. Коса распалась на три полупрозрачных лезвия.

Писк начал отсчёт:

— Один.

Лекс пересёк половину зала.

— Два.

Жнец собирался вернуться обратно.

— Три.

Лезвия сошлись. Капюшон повернулся к Лексу. Он не успевал. Дар Мироздания показал удар раньше, чем Жнец поднял руку. Во всех вариантах коса настигала Лекса прежде, чем он добирался до кольца. Ни одного варианта, где он дошел бы до цели. Эринния шагнула между ним и Жнецом. Лекс не увидел, когда она покинула круг. Только что девушка стояла возле турели. Теперь её спина закрывала весь мир.

— Нет!

Она не обернулась. Золотой щит раскрылся перед ней. Не прежний купол, когда-то способный накрыть проход. Узкая овальная пластина, вся в чёрных трещинах. Свет держался в ней отдельными островками. Коса Жнеца коснулась центра.

Сначала погасли края. Потом трещины вспыхнули ослепительно ярко. Золотые жилки на руках и шее Эриннии налились светом, будто через её тело пропустили расплавленный металл.

Она всё ещё стояла.

— Я… защитница, выговорила Эринния.

Коса прошла ещё на толщину пальца. Щит лопнул. Звук был таким, словно над залом раскололся огромный колокол. Эриннию отбросило назад. Она ударилась о Лекса, оба упали. Коса изменила направление, рассекла пол и ушла в камень.

Золотые жилки на коже Эриннии погасли все разом.

Лекс поймал её. Девушка дышала редко, с длинными паузами. Чёрная трещина остановилась у подбородка. Под ладонью билось сердце. Слабо, неровно, но билось. Ресницы Эриннии не дрогнули.

— Эринния.

Она не открыла глаз. Жнец вытаскивал косу из пола. Грым подполз к ним, волоча обрубок. Здоровой рукой он схватил Эриннию за ремень.

— Отдай.

— Она…

— Я вижу. Отдай и иди уже.

Лекс не разжал рук. Грым посмотрел на него снизу вверх.

— Она только для того и встала перед тобой, чтобы дать тебе шанс. Не обесценивай её жертву.

Лекс отпустил. Грым потянул Эриннию к золотому кругу. Писк спрыгнул с турели и помог, вцепившись манипуляторами в ремень.

Лекс поднялся. Жнец освободил косу.

— Писк! Второй импульс!

Дроид метнулся к разъёму. Грым лежал рядом с Эриннией и уже не мог удерживать установку.

— Корпус не зафиксирован.

Серафима услышала. Одной рукой она держала посох, другой схватила белый шнур, всё ещё обвязанный вокруг турели. Намотала его на запястье и отступила.

Узел, затянутый по способу Молчуна, не распустился. Белая верёвка больно врезалась в кожу. На ладони выступила кровь, но пальцы жрицы не разжались. Установку прижало к полу. Золотой круг раскрылся с одной стороны. Демоны боли хлынули в разрыв. Серафима не отпустила шнур.

— Давай!

Турель выстрелила второй раз. Это был последний выстрел. Тонкий неровный луч ударил в древко косы. Эфирное лезвие качнулось и разрубило сине-белую линию.

Кристалл турели лопнул, издав пронзительный звон. Белая вспышка разорвала корпус. Писк успел выдернуть штырь, но ударная волна отбросила его. Дроид перекатился несколько раз и замер вверх лапами.

— Писк! крикнул Грым.

Маленькие ноги дёрнулись.

— Ориентация в пространстве нарушена.

Грым выдохнул.

Турель больше не могла стрелять. Молот погибшего дворфа лежал рядом, раскалённый добела. Но Жнец снова потерял то мгновение, в которое мог остановить Лекса.

Лекс добежал до чёрного кольца. Вблизи оно оказалось не линией на полу, а полосой Пустоты, уходившей вниз вокруг площадки сопряжения. За ней из основания обелиска выступала неглубокая серебристая чаша. Формой она почти точно повторяла «Пепельную Вечность».

Лекс попытался шагнуть внутрь.

Нога не встретила камня. Дар показал падение в чёрную полосу, из которой уже не вернуться. Он отшатнулся. Разрыв был шириной всего в один шаг. Слишком узкий, чтобы остановить человека. Бесконечный, если этот шаг просто невозможно сделать.

Позади Жнец восстанавливал форму. Мать Скорби давила на золотой круг. Серафима стояла на коленях, удерживая посох обеими руками. Грым прикрыл Эриннию собой и пытался перевернуть Писка.

Лекс сбросил контейнер. Замки сами открылись один за другим. Серебристый свет разошёлся по залу. Впервые тьма не смогла сразу его поглотить.

«Пепельная Вечность» поднялась над ложем. Пепел внутри кристалла закружился, складываясь в линии. Одна нить потянулась к серебристой чаше, а другая потянулась к белой линии, которая указывала им путь. Обе остановились у чёрного кольца.

Между древними контактами не хватало меньше ладони металла. В футляре оставалось три патрона из звёздного железа. Их создавали, чтобы убивать то, что нельзя убить. Кор-Дум вытачивал оболочки. Кователь вплетал в металл золотую возможность. Грым проверял размеры. Писк браковал каждый стержень, отличавшийся на сотую долю.

На оболочке оставалась неглубокая царапина от зажима Кор-Дума. Грым тогда потребовал отполировать её, Кор-Дум ответил, что миру безразлична красота пули, а Писк назвал обоих неправыми и снова измерил стержень.

Лекс помнил тот спор. Обычную мастерскую. Металлическую стружку на столе. Людей, которые ещё не знали, для чего готовят этот патрон.

Сейчас стрелять было не нужно и не имело никакого смысла. Лекс достал тот самый патрон с отметиной.

Жнец поднял косу.

— Наследник, произнёс он.

В голосе не было угрозы. Ему незачем было угрожать. Лекс опустился перед кольцом и вставил серебристый стержень между контактами. Патрон оказался чуть толще древней дорожки. Лекс вытащил нож Грука. Лезвие вошло в почерневший край контура. Один поворот. Ещё один. За спиной свистнула коса. Он не обернулся. Гнездо расширилось на толщину ногтя. Патрон еле входил между контактами.

Лекс ударил по нему рукоятью ножа. Стержень наконец-то сел в гнездо.

— Лекс! крикнула Серафима.

Коса была уже рядом. Грым швырнул молот. Обычный металл никак не мог остановить эфирное лезвие. Коса рассекла боёк и прошла сквозь рукоять, но всё же изменила положение совсем немного, совсем чуть-чуть. Этого хватило. Лезвие прошло