Читать книгу - ""Фантастика 2026-34". Компиляция. Книги 1-22 - Сергей Чернов"

растворитель быстро улетучивался на воздухе, оставляя на лезвии прочную, матово-серебристую плёнку, которая не стиралась пальцами и не мешала ножу свободно входить в кожаные ножны. Дюбуа без лишних слов придвинул банку к себе и точно так же, густо и без пропусков, обработал оба лезвия своего тяжёлого французского окопного ножа, после чего передал жестянку Матео.

Корсиканец подошёл к делу ещё основательнее. Натерев пастой свой широкий сапёрный тесак, которым он обычно рубил кустарник и вскрывал цинки, подрывник открыл коробку со сменными тридцатидвухзарядными барабанами для обоих штурмовых дробовиков «Атчиссон» и принялся кисточкой промазывать этим же составом завальцованные дульца каждого пластмассового патрона с серебряной картечью, чтобы при выстреле раскалённые газы увлекали частицы мази прямо в рану вместе со свинцово-серебряным снопом.

Последний час ушёл на подгонку светового оборудования. Мощные тактические прожекторы в обрезиненных противоударных корпусах встали на подствольные крепления бельгийской винтовки Пьера, пулемёта Ляха и обоих автоматических дробовиков, а на лёгкие защитные шлемы вместо разбитых вчера на мосту приборов ночного видения наёмники установили спаренные поворотные фонари с кварцевыми лампами жёсткого ультрафиолетового спектра. Плоские литиевые батареи повышенной ёмкости уложили в задние подсумки на поясе, пропустив экранированные провода под лямками разгрузочных жилетов так, чтобы ни один кабель не мог зацепиться за арматуру или дверную ручку в темноте, а кнопки включения вывели прямо под большой палец левой руки на цевье.

Пьер надел шлем, опустил защитные очки со слабым жёлтым светофильтром, чтобы не слепить самого себя отражёнными бликами, и коротко нажал кнопку на рукояти своей FN FAL.

Два скрещённых фиолетово-синих луча — один широкий со шлема, второй узкий, как кинжал, из-под ствола винтовки — ударили в сырую известняковую стену подвала в десяти шагах от верстака. Свет был настолько плотным и холодным, что на камне мгновенно проступили мельчайшие известковые прожилки и пятна старой плесени, а от нагретого кварцевого стекла сразу потянуло сухим грозовым озоном.

— Отличная люстра, командир, с такой иллюминацией можно смело открывать ночную дискотеку в любом склепе, — одобрил Драгон, проверяя ход золочёного генеральского «Кольта», оба запасных магазина которого теперь тоже были доверху набиты американскими экспансивными патронами сорок пятого калибра с серебряной начинкой. — Вопрос теперь только в том, куда именно мы понесём всю эту красоту и где прикажешь искать этого белого студиозуса с его дохлым фараоном? Город ведь двадцать километров вдоль реки и десять поперёк, мы тут можем до пенсии заглядывать под каждую кровать и спрашивать, не видал ли кто бледного парня в тёмных очках.

Ответ на этот вопрос они искали всем составом час спустя в угловой сводчатой комнате за оружейкой, где на сдвинутых ящиках из-под миномётных мин Тарик и полковник Вэнс разложили подробную инженерную схему южных районов Каира с нанесёнными на неё синими линиями подземных коммуникаций и водоводов.

Египтянин, которому после дневного сна и новой перевязки стало заметно легче, стоял у изголовья стола и здоровой правой рукой водил остриём циркуля по зелёному пятну садов на правом берегу Нила, в четырёх километрах южнее крепости Вавилон.

— Искать Аль-Абьяда по всему городу наугад не нужно, месье Пьер, — негромко, с чёткостью штабного офицера, привыкшего работать с оперативными картами, заговорил Тарик. — Сегодня утром, пока вы ходили к площади Тахрир, я вместе с радистом полковника ещё раз просмотрел технические приложения к досье проекта «Осирис», которые прислал господин Крид. Американцы боялись своего подопытного и ещё сильнее боялись потерять самого древнего Патриарха, поэтому прямо в базальтовый саркофаг и в титановый каркас системы жизнеобеспечения мумии были намертво вмонтированы три автономных радиомаяка спутникового слежения на плутониевых батареях. Они работают на закрытой военной частоте и подают кодированный импульс каждые пятнадцать минут, пробивая даже десять метров камня и земли.

— И почему же тогда твои американские друзья в Пентагоне сами не посмотрят со спутника, где сейчас пищат эти три маяка, и не сбросят туда бомбу с лазерным наведением? — резонно поинтересовался Матео, привалившись плечом к каменной колонне и скрестив на груди татуированные руки.

— Потому что сигнал маяков кодируется переменным ключом, а единственный приёмный терминал, к которому привязаны дешифраторы этой цепи, остался на главном сервере безопасности внутри самой подземной лаборатории «Осирис» под старым военным госпиталем в районе Маади, — пояснил полковник Вэнс, пуская из своей кривой трубки густой клуб табачного дыма под свод. — Когда позавчера ночью этот Белый устроил там резню и вывез саркофаг на грузовике, дежурный офицер связи успел перед смертью запустить протокол полной блокировки бункера. Гермодвери захлопнулись, внешние антенны связи на крыше госпиталя были уничтожены взрывом, чтобы данные не перехватила чужая разведка, но сам компьютерный зал на третьем подземном ярусе работает от резервных аккумуляторных батарей и продолжает в автоматическом режиме записывать маршрут и точную точку стоянки всех трёх маяков Патриарха.

Дюбуа склонился над картой, внимательно изучая квадрат военного госпиталя, расположенного на берегу реки среди густых эвкалиптовых рощ бывшего дипломатического пригорода Маади.

— Значит, сначала нам нужно спуститься в этот брошенный могильник ЦРУ под госпиталем, подключиться к их резервному серверу и снять координаты того места, куда Альбинос перетащил свой главный груз, — медленно проговорил француз, прокладывая в уме маршрут по линейке. — Заодно заберём из лабораторного хранилища резервный криоконтейнер с чистым штаммом, который требует Виктор, если Белый не унёс его с собой. Как туда лучше подойти, Тарик? По набережной Корниш до госпиталя четыре километра по прямой, но там открытый берег.

— По набережной идти нельзя, месье Пьер, особенно после того, как вы сегодня устроили стрельбу у музея и этот альбинос видел вас с крыши, — покачал головой копт, переводя остриё циркуля на тонкую пунктирную линию, идущую параллельно реке через старые кварталы Фустата. — Он не дурак и уже понял, что в городе действует профессиональная группа с американским оружием. На всех главных улицах вокруг госпиталя наверняка сидят его дозорные стаи. Но от самой нашей крепости Вавилон на юг, вдоль подошвы известнякового плато, тянется старая, давно заброшенная ветка подземного водовода времён хедива Исмаила, которая соединяется с дренажной системой фундамента самого госпиталя в Маади. Половина пути идёт по глубокому сухому рву под каменными сводами, а вторая — через закрытую парковую зону бывшего английского яхт-клуба у самой воды, где дома стоят редко и нет подвалов, в которых могли бы прятаться большие толпы заражённых.

— Выходить сейчас на ночь глядя смысла нет, — сказал Эль Турко, взглянув на узкое стрельчатое окно трапезной, за которым дневная синева неба уже начинала