Читать книгу - ""Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Леонид Демиров"

государственных образований, не могут находиться в чьей-либо собственности, поскольку они являются имуществом всего одиннадцатого континуума. Тогда Ладмон предоставил доказательства, что ранее в этом месте второго квадранта родной галактики был лишь космический вакуум. Это не помогло. Законодательные крючкотворы предъявили ему крохотный комментарий к основной статье, где было сказано, что вновь возникшие космические объекты до́лжно рассматривать в той же парадигме, что и ранее имеющиеся.

Ладмон не сдался и объявил Трис колонией Сирта— со всеми вытекающими из этого обстоятельства. О чём у него имелся документ, завизированный представителем двенадцатого континуума, что служило неопровержимым доказательством признания государственного статуса новой колонии.

Руководство Содружества сгоряча хотело объявить не существующим в природе сам Сирт, но кто-то умный догадался, что за этим последует иск — с требованием разбирательства по исчезновению самой развитой цивилизации в одиннадцатом континууме.

На этом эпопея с правовым статусом Триса закончилась бы, но Церин-до-Ваф была не из тех, кто легко сдаётся. Она всей душой возненавидела Трис, где её выставили полной дурой. Пользуясь семейными связями, она выдвинула идею протектората над планетой, которую постаралась представить как крайне опасную для Содружества.

Из доклада главы семейства Ваф, занимающего не последнее место в Совете Содружества, следовало, что создатель Триса ведёт рискованные опыты по ускоренному выведению его населения на энергетический уровень, что грозит Содружеству наводнением малообразованной публики, которая способна сотворить что угодно, а вот последствия придётся расхлёбывать всем миром и не факт, что это удастся. В конце доклада змейс добавил фразу, дублирующую высказывание Понтия Пилата об умывании рук, если его предупреждение не примут во внимание.

Руководство Содружества отнеслось с пониманием к опасениям семейства Ваф и после ожесточённых споров — без выноса на широкую публику — решило не церемониться с пришлым авантюристом, строящим из себя невесть что.

Для начала от Ладмона потребовали документацию по созданию загадочного артефакта, а также доклад о возможностях «Звёздного моста». Соответствующие инстанции даже подготовили график его посещения многочисленными комиссиями: как научного толка, так и различными военными ведомствами. Причём последние требовали впустить их с угрозой вторжения в случае отказа.

Кат Ворон, утвердившийся в должности негласного посредника между новоявленной колонией почившей цивилизации и Содружеством, присутствовал на переговорах и впоследствии, посмеиваясь, рассказывал Тайре, какие были физиономии у вояк, когда Ладмон показал им дулю, а затем на экране появилась парочка кораблей Сеятелей, пришедших с дружеским визитом из двенадцатого континуума. Что именно сказал Владислав Романов объединённому командованию одиннадцатого континуума осталось за кадром, но судя по тому, что угроз больше не поступало, взаимопонимание было достигнуто.

В ответ на вопрос Тайры, что могут корабли Сеятелей, Кат развёл руками — мол, они такая же загадка, как детище её мужа, но, судя по слухам, лучше не вставать у них на пути, раскатают до первичной материи и не заметят. И вообще, никто не хочет с ними ссориться, ведь Сеятели потому так называются, что засевают Вселенную жизнью, то есть создают на планетах условия, пригодные для возникновения биосферы. Поэтому все континуумы встречают их с распростёртыми объятиями. Колонизация с терраформированием — чрезвычайно затратное мероприятие, и всё равно с таким трудом созданная биосфера довольно часто и быстро загибается, а тут дармовые планеты, полностью пригодные для заселения и вдобавок долгоиграющие. Конечно, есть кое-какие расхождения в биосфере, но её легко подогнать под свой вид. Тем не менее Сеятели разрешают селиться не на всех созданных ими планетах. Говорят, что там, где есть вероятность возникновения разумной жизни, появляются зёрна хаоса, которые являются зародышами новых кораблей Сеятелей.

***

Владислав Романов, который незримым слушателем присутствовал при этом разговоре, многозначительно посмотрел на жену.

Миниатюрная красавица, чьи повадки отчего-то наводили на мысль о кошках, презрительно фыркнула.

— А ты что думал? Всё тайное со временем становится достоянием слухов.

— Твоя правда, шила в мешке не утаишь, — вздохнул Романов. — Даже не знаю, правильно ли я поступил, связавшись с этим прохиндеем, создателем «Звёздного моста». Он ведёт какую-то свою игру, но не открывает её правил и козырей. Что-то мне подсказывает, что ему не слишком нужна наша защита, и он просто воспользовался нашей репутацией, чтобы не демонстрировать свои возможности. Парень слишком умён и, по моим наблюдениям, любит рисковать. Нюхом чую, он доставит нам массу неприятностей.

— Не дрейфь, обезьян, я в тебя верю, — заявила его красавица-жена и, улегшись на диван, сладко потянулась, чем тут же привлекла его внимание.

Заметив это, она с томной улыбкой спустила платье с плеч. Под ним скрывалась на удивление женственная фигура с идеальным телосложением для такой малышки. Особую пикантность соблазнительнице придавали чёрные кружевные чулки и красные изящные туфельки на высоченном каблуке, с которыми, судя по настрою, она не собиралась расставаться даже во время секса. «За что люблю вашу породу, так это за постоянную готовность самцов к размножению», — промурлыкала малышка, принимая мужа в свои объятья. Несмотря на его двухметровый рост, она не дрогнула под его натиском, — ведь под её атласно-гладкой кожей скрывался необычайно сильный мышечный корсет. Она хоть и была человеком, но отличалась кое-какими особенностями, не свойственными обычным людям.

***

Слежка была обоюдной. Ладмон, который в свою очередь имел возможность наблюдать за тем, что происходит на кораблях Сеятелей, удовлетворённо хмыкнул. Землянин пока ни о чём не догадывался, что давало ему время на подготовку задуманного манёвра. Тем не менее он позавидовал доброму согласию, царящему между Романовым и его женой.

У него самого было не столь гладко в семейных отношениях. Тайра исполняла свои супружеские обязанности, но что творилось у неё на сердце, он не знал, а она уклонялась от разговора по душам и вообще держалась от него на расстоянии, предпочитая его обществу общество Ката Ворона, что уже начинало его злить.

Неожиданно экран мигнул, после чего продемонстрировал ему неприличный жест землянина и погас. «Вот гад! Всё же нашёл моего шпиона», — подосадовал Ладмон и с расстройства пошёл разбираться с Катом Вороном, который снова пасся у его жены.

Вместо того, чтобы войти через двери, как положено воспитанному человеку, он намеренно телепортировался в комнату, где они находились, и с негодованием увидел, что перед аналитиком стоит чашка с крумейро, его любимым напитком. «Так, да? Уже угощаешь его моими напитками, а дальше что? Однажды я обнаружу, что в постели он тоже меня заменил?» — возмущённо подумал он, не потрудившись при этом закрыть свои мысли. Естественно, для телепатов они прозвучали так, будто он произнёс их вслух.

Не слушая оправданий смущённой и расстроенной Тайры, он направился