Читать книгу - ""Фантастика 2026-202". Компиляция. Книги 1-22 - Инди Видум"

вступила в свои права, прогнав удушливую духоту. Я никак не мог надышаться этим упоительным воздухом свободы, но вскоре порученец вернулся и пригласил меня внутрь. Одного.

Остальным предстояло маяться под надзором охраны.

Я напоследок втянул в грудь побольше кислорода, как перед нырком, и вошёл внутрь. За моей спиной тут же проскрипела створка, окончательно перекрывая путь к отступлению. Того и гляди клаустрофобия разовьётся, как у Мисты.

Внутри домика царил дух истинного аскетизма — глазу зацепиться не за что. Из всей мебели выделялась лишь резная стойка для оружия, которую явно притащили откуда-то из более цивилизованных мест. Всё остальное представляло собой грубо сколоченные деревяшки под разными углами. Стол, пара табуретов и подозрительно широкое ложе на каменном основании, которое занимало добрую четверть всей жилплощади. Вождь явно предпочитал компанию во время своих визитов.

Нынче в апартаменты въехал новый владелец. Скорее всего, последний. Местечко не особо располагает к проживанию — здесь даже колодцев нет, не говоря уже о прочих неудобствах, вроде сыпучих склонов, откуда то и дело на жителей сыпались камни. А главное преимущество моими стараниями уже безвозвратно утрачено.

Карающая Длань со стороны казалась мелковатой на фоне плечистых охранников. Особенно будучи без брони, которая валялась на полу в ожидании, когда её отмоют от крови и прочей грязи. Но это всё оптический обман. На самом деле предводительница была куда крупнее любого человека, включая меня. Глядя на шечку, мне сразу вспомнилась одна высокая барышня из национальной сборной по волейболу. Как-то раз она шутки ради шлёпнула меня по ягодице, и та натурально онемела.

Вот были же времена…

— Тебя никто не посмел бы упрекнуть в трусости, — вместо приветствия или вполне ожидаемой благодарности произнесла Несокрушимая. — Так почему ты спас тех обречённых?

— Сложно сказать. Может, потому что они дети?

— Наши дети, — уточнила воительница, стягивая с себя местный аналог поддоспешника.

За плотной рубахой не оказалось почти ничего, за исключением нескольких мотков ткани на груди, заменявших нательное бельё. Хотя при таких габаритах бандаж скорее имитировал свою надобность. Тело и так притягивало взгляд, напоминая ожившую статую. Могучую, но при этом всё ещё женственную. Да что там коня, клетконосца на скаку остановит! Только по велению безумного скульптора всю эту античную красоту испещряла густая россыпь шрамов и роговых отростков. Пусть и спиленных под ноль для удобства. Каждая мышца при малейшем движении валькирии отчётливо перекатывалась под серой кожей. Как у львицы, которая неспешно гуляет перед стадом антилоп, выбирая себе будущий ужин.

Твою мать, если она сейчас начнёт приставать, я ж не отобьюсь…

— Да мне без разницы, на самом деле. Чужих детей не бывает. Хотя нет, ради людоедских детёнышей я бы и пальцем не пошевелил.

— Я тоже, — кивнула бывшая наёмница. — Это монстры, которые лишь притворяются вами. Раньше у нас обитали похожие по духу твари, почти в каждой крупной пещере. Сами они были слишком медлительными из-за множества шипов и рогов, и не могли угнаться даже за ребёнком. Но заманивали в свои логова даже взрослых, мастерски подражая чужим голосам. Им достаточно всего раз услышать нужные звуки, даже от сородичей. На слух не отличишь. Мой народ истреблял их долгое время, и сейчас они почти не встречаются. Но говорят, в самых отдалённых уголках ещё можно услышать голоса давно пропавших, которые зовут в темноту…

— Красивая история.

— Моя мать была сказительницей, — поведала шечка. — Я в детстве заслушивалась ею, мечтая попасть хотя бы в самую короткую легенду. Пусть и с грустным концом.

— Что ж, тогда поздравляю.

— Слава сегодня досталась не мне, — хмуро покачала она головой. — Я всего лишь убила вражеского командира, чтобы закончить бессмысленную бойню. Это казнь, а не эпическая битва. Та уже отгремела в другом месте. Там, где лекари с бойцами охранения и кучкой наёмников смогли разбить опытных воинов из личной дружины вождя, которых было чуть ли не вдвое больше.

— Да уж, достойное деяние, — не менее мрачно согласился я.

— И большинство героев утверждают, что живы лишь благодаря подвигу одной-единственной воительницы, обратившей врагов в бегство, — продолжила шечка чуть ли не нараспев. — В ней проснулся истинный дух Крала, иначе ничем другим объяснить это нельзя. Поэтому отныне она — Гробовая Доска. И никак иначе.

За вольный перевод я не ручаюсь, потому что новость выбила меня из колеи куда сильнее, чем обтянутые бандажом сиськи размером с мою голову.

— Так, стоп! Несокрушимых всего пятеро!

— Боевое имя обретают не по воле правителей, уважаемый Рю-Мин, а на поле брани. Я стала Карающей Дланью задолго до того, как выбила мятежников из нашей столицы. Меня так прозвали святоши, чьих командиров я жгла на их же кострах. Так бы мы и бодались, не случись переворот. Сам того не желая, отец передал мне своё место. Но я вовсе не рада его смерти, пусть он и заслуживал её, как никто другой

— После мести остаётся лишь пепел, — пожал я плечами. — Хочешь на нём что-то вырастить, сначала это посади.

— Глубокая мысль.

К моему облегчению она достала из походного рюкзака чистую рубаху и принялась облачаться.

— Наша благодарность отряду не знает границ. Отныне все вы почётные друзья королевства. Все наши договорённости будут исполнены…

— Знаешь, мой отец тоже далеко не подарок, — признался я собеседнице, раз уж пошёл обмен откровениями. — Тем не менее, он всегда говорил, что можно не слушать всё что звучит до слова «но».

— … но славная воительница должна вернуться в королевство. Нашему народу как никогда нужны такие лидеры. Она не хуже меня демонстрирует, что воинский дух заключается не в рогах.

— Вообще-то она даже простую сержантскую должность не потянула, — хмыкнул я. — Ты ведь командовала чуть ли не армией, поэтому должна понимать, какая это нагрузка.

— Никогда