Читать книгу - "Фантастика 2026-219 - Артем Бах"

А я, чувствуя себя на удивление бодрым и свежим, устроился за массивным столом в просторной избе прямо напротив деда Вани и бабы Матрёны и неторопливо пил крепкий, пахнущий смородиновым листом чай. За окном уже начинало темнеть, и в избе горела керосиновая лампа, отбрасывая мягкий, желтоватый свет на побеленные стены и резные наличники.

И вот только после того, как первая суета улеглась, а чаепитие перешло в ленивую стадию, я решил аккуратно начать самый главный, стратегический разговор.

— Скажу вам честно и без утайки, уважаемые, — я отставил кружку в сторону и серьезно посмотрел на стариков. — Я твердо решил полностью выкупить эту землю вместе с территорией заброшенного лагеря. Построю здесь, в этой глуши, хороший, закрытый санаторий для детей. И сразу оговорюсь: простых ребятишек со сложными диагнозами я собираюсь принимать и лечить здесь абсолютно бесплатно.

Старики удивленно, ошарашено переглянулись между собой. А я веско продолжил:

— А вот всяких зажравшихся богатеев, олигархов да чиновников мы станем лечить за деньги. И поверьте — за очень, очень большие деньги. За счет них всё это хозяйство содержать и будем. Но самое главное... На вас четверых у меня огромные планы. Большие, государственные планы.

Дед Ваня искренне, беззлобно усмехнулся в усы, качая головой:

— Да ладно тебе, Володя, ну какие такие великие планы могут быть на нас, престарелых покойников? Нам тут с бабками и так уже совсем немного до погоста осталось вековать.

— Это уж точно не вам решать, дед Ваня, сколько именно вам на этом свете осталось, — загадочно прищурился я, глядя на его морщинистые руки. — У меня по моей личной смете заложено, чтобы вы все четверо еще как минимум годиков тридцать прожили в полном здравии, да на благо нашего общего дела упорно потрудились. Форму терять рано.

Старики озабоченно, с явной тревогой переглянулись, шутку мою не поняли, и Матрёна осторожно спросила, поправляя платок на груди:

— И кем же ты нас, старых, в своем санатории видишь, Володя? Какую работу доверяешь?

— Я там, в лесах, один полноценный, закрытый городок отстрою, — я облокотился на стол, чеканя слова. — И для управления этим хозяйством мне понадобятся непростые, проверенные временем и советской закалкой люди. Кому попало я такое дело не доверю. Вот я и подумал: деда Ваню я официально назначу главным градоначальником и комендантом нашей крепости. Баба Матрёна станет у меня там все финансовые потоки и бухгалтерию жестко контролировать — мимо неё ни один цент не пролетит. А баба Маша, как бывший завуч — пускай местным образованием и культурой займется, школу для детворы откроет.

Я сделал эффектную командирскую паузу, давая им переварить масштаб моих «бредовых» фантазий.

Матрёна опять первая не выдержала, подалась вперед и с живым женским любопытством спросила:

— А Валю-то нашу куда, Князь, пристроишь? Про неё-то не забыл в своем государстве?

Я открыто, искренне улыбнулся:

— Ну, коли вы меня тут все поголовно Князем величаете, то и расклад будет соответствующий. Будет у меня там построен большой, рубленый терем, самый настоящий дворец. А какому же приличному княжескому дворцу без классного, проверенного Шеф-повара обойтись? Вот Валентина и станет у меня главным поваром всего нашего суверенного княжества. Кормить дружину и гостей — дело государственной важности.

Старики дружно, заливисто рассмеялись, сочтя мои речи за хорошую, душевную армейскую байку после бани. Но дед Ваня смеяться быстро закончил. Он внимательно, не мигая, посмотрел мне прямо в душу своими цепкими, умными глазами бывшего директора и очень тихо, веско спросил:

— Красиво говоришь, Володя. Складной из тебя сказочник. А если без шуток? Напрямик скажи, чего задумал-то?

— А я, дед Ваня, и не шучу, — я аккуратно опустил кружку на стол и заглянул старику прямо в глаза. — Вот скажи мне честно... Вы ведь с мужиками сегодня в баньке вместе парились. Ничего в моих ребятах странного не заметил? Может, показалось чего необычного?

Дед Ваня медленно разгладил усы, его взгляд стал пугающе серьезным и мудрым.

— Так я, Володя, не только в ребятах... Я и в тебе кое-какие перемены заприметил.

Я вопросительно и молча посмотрел на него, ожидая, что именно выдаст бывший директор лагеря.

— Старый я уже, конечно, но память у меня еще крепкая, — тихо вздохнул старик. — Помню, когда ты прошлым летом у нас в бане мылся, у тебя вся спина в шрамах была — и осколочные, и от пуль следы четкие, страшные. А сегодня я спину твою глазом обвел — и не разглядел ничего. Чистая кожа. Грешным делом подумал сначала, что слепнуть к старости стал, двоится в глазах. Да и вообще... Гляжу я на вас троих — а тела-то у всех поджарые, крепкие, молодые стали, словно вам снова по тридцать лет от роду. Ходят ваши Серега с Андреем, а в коленях ни скрипа, ни тяжести.

— Нет, деда, всё правильно ты своими глазами заметил, — я понимающе улыбнулся, решив больше не юлить. — Моложе мы стали. Намного моложе. Вот сидите теперь с бабой Матрёной и думайте над этим на досуге. Но только сразу оговорюсь, без обид: я пока сам до конца не просек, как именно на научном уровне работает это чудо. Но я очень, очень сильно надеюсь, что со временем эта чертовщина и вам всем четверым поможет здоровье вернуть да старость отодвинуть.

Однако этот серьезный вопрос мы с вами поднимем строго после того, как все официальные документы на землю лагеря оформим. А то не дай бог, приедем в министерство, а вас там по старым паспортам чиновники в упор не признают!

Я негромко засмеялся, глядя на то, как ошарашенно и озабоченно вытянулись серьезные лица стариков. Матрёна только воздух ртом перехватила, не зная, что сказать на такую новость.

— В общем, если вы не против, мы тут у вас в селе еще на пару-тройку дней погостим, — подытожил я, поднимаясь из-за стола. — Мне завтра с утра нужно будет в город на машине рвануть, кое-каких продуктов и припасов докупить. Вы посидите, составьте список, может, и вам из цивилизации привезти чего надобно? Не стесняйтесь.

На этой важной ноте мы и разошлись по комнатам. Ночь прошла абсолютно спокойно и беззвучно. Стоило моей голове коснуться прохладной подушки, как глубокий, богатырский сон без сновидений мгновенно завладел мной — новое тело восстанавливалось как часы.

Утром я проснулся