Читать книгу - "Трансцендентные - Стивен Бакстер"

ему даже удалось подстричься. Но можно было сказать, что в течение пары недель он жил с одним и тем же комплектом одежды, даже несмотря на то, что тот был выстиран и починен; на одном рукаве куртки виднелись слабые следы крови.

И в его глазах было затравленное выражение, почти неопределимое, но оно было. В конце концов, он провел пятнадцать дней под стражей по прихоти огромной системы, без предъявления обвинений, без информации о процессе, через который он проходил. — Мне было полезно хоть раз увидеть другую сторону баррикад, — сказал он мне, когда мы встретились. Но я видел, что это была только видимость, что он больше никогда не будет спать так спокойно. Мой приступ нечестивого ликования, когда я впервые услышал, что его собираются задержать, теперь заставил меня устыдиться.

Но я знал, что Мораг провела некоторое время с Джоном как виртуальная проекция с нашей базы в Прадхо-Бей. Когда я появился в Анкоридже, я понятия не имел, как прошли эти сеансы. Все, что сказал Джон, это то, как неловко она обращалась с технологией виртуальной реальности, которая сильно продвинулась с тех пор, как она исчезла из мира. Мне еще предстояло разобраться со своими проблемами по этому поводу; мы это не обсуждали.

Мы изучали VR-изображения нашего бомбиста. Его звали Бен Кушман. Ему было двадцать три года. Я не был знаком с ним, но в его личном деле он описывался как один из лучших и ярчайших молодых талантов ЗИ. Мало того, я был потрясен, узнав, что он женат. У него даже был ребенок, трехлетняя девочка, симпатичная маленькая пуговка. Его молодая жена, любимица колледжа, теперь была вдовой в своем симпатичном доме для молодоженов в Скрэнтоне, и эта маленькая девочка, вероятно, даже не помнила своего отца.

Том сказал: — Боже мой, он был моложе меня. И он кажется таким нормальным. Я думал, что он какой-нибудь фанатик, или настолько глуп, что им легко манипулировать, или же он просто сумасшедший. Но он не был ни тем, ни другим, не так ли?

Нет, это не так. Кушман был умным человеком, происходил из достаточно обеспеченной семьи, добился успеха в своей карьере. В его биографии не было ни одного из обычных факторов риска самоубийства: ни расстройств настроения, ни шизофрении, ни злоупотребления психоактивными веществами, ни предыдущих покушений на собственную жизнь.

— И у него был ребенок, — сказал я. — Кто покончит с собой, если у него есть трехлетняя дочь? Вот чего я не могу понять.

Джон мрачно сказал: — Но, чтобы стать террористом-смертником, вам не нужно быть сумасшедшим, или невежественным, или отчаянно бедным, или ослепленным идеологией, или каким-либо иным образом обеспокоенным. Они такие же, как вы и я — как Бен Кушман здесь. Федералы понимают; они должны были во всем разобраться. И за последние пару недель я узнал об этом больше, чем когда-либо хотел знать…

По его словам, на протяжении всей истории были террористы-смертники, начиная с еврейских фанатиков, которые нападали на римскую империю в первом веке, и исламских ассассинов на Ближнем Востоке в одиннадцатом веке, даже японских пилотов-камикадзе во время Второй мировой войны. Современная волна нападений террористов-смертников началась с взрыва заминированного грузовика у посольства США в Бейруте в 1980-х годах. С тех пор психологи, антропологи и другие специалисты накопили шестидесятилетний опыт в выяснении закономерностей, стоящих за подобными нападениями, и личностей, стоящих за ними.

— За исключением того, что обычно в расчет принимаются не отдельные люди, — сказал Джон. — Это организация.

Том наклонился вперед. — Какая организация?

Кушман, как выяснилось, был членом радикальной антиконсервативной группы, называвшей себя "Множащиеся". Джон показал нам видеоролик в виртуальной реальности, где сам Кушман ярко говорит, стоя по стойке смирно, на его лице улыбка. — Будьте плодородны и размножайтесь. Наполняйте Землю и вселяйте страх и ужас во всех животных на Земле и птиц в небе…

— Это из его предсмертной записки, — сказал Джон.

— Из библии, — сказал Том.

— Да. Божий наказ Ною.

Множащиеся были экстремистской группировкой, которая приветствовала изменения, происходящие в мире. Пусть климат разрушится, говорили они, пусть вымирание доконает животных, растения, птиц и рыб. В конце концов, не было вероятного сценария, при котором люди вымрут. Мы должны следовать завету Ноя быть плодовитыми и размножаться — даже если конечным результатом будет то, что мы закончим жизнь в огромных куполообразных аркологиях на непригодной для жизни планете. И поэтому они выступали против таких организаций, как ЗИ, с их огромными амбициями изменить ход событий, спасти положение вещей.

Было трудно понять, как такой парень, как Бен Кушман, связался с такой компанией, как Множащиеся. Но если присмотреться повнимательнее, прошлое Кушмана было немного сложнее, чем казалось. Его отец и другие Кушманы несколько поколений назад работали в сталелитейной промышленности, которая пришла в упадок, когда Америка отказалась от автомобилестроения. Глубокое чувство неудачи, заброшенности и предательства поселилось в голове Бена в очень юном возрасте.

Конечно, он был способным ребенком. Он уехал учиться в колледж; на самом деле он выиграл стипендию от ЗИ. Какой-то частью своей души он был привлечен масштабом и амбициозностью программ ЗИ. Но здесь было противоречие, поскольку ЗИ была продуктом мира, выросшего после краха отраслей, которые обеспечивали доход и самоуважение семье Кушмана. Должно быть, был уровень, на котором он чувствовал себя глубоко некомфортно из-за того, что делал.

— Как ребенок миротворца, собирающийся работать над системами вооружения, — предположил Том. — Работа может быть увлекательной. Но ты просто знаешь, что это неправильно.

Итак, в Кушмане был глубокий конфликт, настолько скрытый, что никто об этом не подозревал, ни его семья, ни работодатели — возможно, даже он сам.

— Но Множащиеся заметили это, — кисло сказал Джон. — Похоже, они стали экспертами в привлечении таких людей, как Бен Кушман. Федералы говорят, что они хищники, питающиеся эмоциональной уязвимостью.

Том сказал: — До сих пор не понимаю, что заставило его взорвать себя.

— Я же говорил, что это была организация, — сказал Джон. — Множащиеся. Терроризм самоубийц — это организационное явление, а не индивидуальное. Все очень просто.

Если у властей был многолетний опыт борьбы с террористами-смертниками, то у таких организаций, как Множащиеся, был многолетний опыт, на который можно было опереться, чтобы превратить растерянного молодого человека вроде Бена