Читать книгу - ""Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов"

Подросток ответил раньше деда:

— В Нижнем городе. Говорили, в горах барскую армию разбили и рабов назад не отдают.

Он помолчал и добавил с той неловкой бравадой, которой дети прикрывают страх:

— Ещё говорили, вы эльфийских магов голыми руками рвёте.

Лекс посмотрел на Клыка.

— Это уже твоя разведка работает плохо.

— Почему моя? — невозмутимо спросил сталкер. — Я бы добавил, что зубами.

Ванька моргнул. Потом неожиданно хохотнул. Напряжение в плечах немного отпустило.

— Магов руками не рву, — сказал Лекс. — И здесь не обещают лёгкой жизни. Работы много, еды считают, караулы по расписанию, правила иногда раздражают. Но продать вас отсюда никто не сможет. И уйти вы сможете сами, когда захотите.

Силантий долго смотрел на него.

— Этого хватит.

Айрин подошла со стороны медицинского навеса. Она не стала обнимать Меланью и сразу называть её «своей». Сначала спросила, сколько младенцу месяцев, когда он ел в последний раз, есть ли жар, потом осторожно потрогала лоб ребёнка и велела Владе приготовить тёплую воду, а не миску густой каши.

— После такой дороги сначала понемногу, — объяснила она. — Если всё хорошо — через час добавим.

Меланья только кивала. Когда Айрин сказала, что сегодня их поселят вместе и ребёнка никто не заберёт в отдельный барак, женщина заплакала. Тихо, почти без движения лица.

Айрин не стала говорить, что всё будет хорошо.

Просто взяла её узел, передала Ваньке кружку и повела семью внутрь.

Лекс смотрел им вслед и думал, что победа в Ущелье Скорби дошла сюда не трофейными знамёнами. Она дошла через чужой Нижний город, слухи, ночные переходы и человека, который поверил, что где-то существует место, где его не продадут обратно.

Это делало победу тяжелее.

Каждый новый человек превращал красивое слово «свобода» в дополнительную койку, миску, пару сапог, воду, дрова и место у печи.

Клык словно услышал мысль.

— Ещё трое у нижней площадки. Дворфы. И двое орков.

— Вместе?

— Нет. Дворфы ругаются, что орки шли за ними последние две лиги и «дышали как кузнечные меха». Орки утверждают, что дворфы сами идут слишком медленно.

— Уже хорошо знакомятся.

— Обожаю дипломатию.

* * *

Трое дворфов назвались рудокопами из клана Железных Корней. Старшего звали Хрольв; два младших были его племянниками и больше смотрели не на Лекса, а на стены, балки, печи и дверные петли. Это Лексу понравилось. Настоящий мастер обычно сначала замечает, как сделано, и только потом — кто командует.

Хрольв держал за плечом кирку, которую на входе не отобрали, а опечатали полоской ткани: инструмент, не оружие, но до завершения проверки пользоваться им было нельзя.

— Слышали про Кор-Дума, — сказал он вместо приветствия. — Стальной Молот.

— Он здесь.

Один из племянников оживился.

— Мой дед работал с мастером его отца на северных плавильнях.

Хрольв бросил на него взгляд.

— Твой дед утверждал, что работал со всеми, кто держал молот лучше его.

— Так это половина гор.

— Поэтому ему и верь через слово.

Лекс удержал улыбку.

— Руда вам нужна или работа?

— И то и другое. — Хрольв потёр большим пальцем край своей бороды. — Наш участок закрылся. Красный Камень поднял сбор после войны, хозяева требуют платить за защиту дорог, которых не защищают. Мы можем копать, крепить штольни, сортировать жилу. Племянник знает насосы. Второй умеет считать, если не врёт.

— Врёт редко, — сообщил второй.

— Значит, плохо умеет считать, — заключил Хрольв.

Лекс не стал обещать им собственную шахту. Отправил к Кор-Думу и Игнату на проверку навыков, предварительно объяснив правила: первые недели — общий рабочий сектор, инструменты по учёту, жильё по свободным местам, пайки такие же, как у остальных. Если захотят уйти — расчёт за работу и дорога до безопасного выхода.

Хрольв выслушал до конца.

— Нормально.

— Без торга?

— Сначала посмотрю вашу руду. Потом торг.

— Вот теперь верю, что ты дворф.

— А я ещё не решил, что ты человек, — совершенно серьёзно ответил Хрольв. — По слухам, у тебя восемь рук и глаз в стенах.

Клык кашлянул в кулак. Дворфы ушли к мастерским, а снаружи навеса всё это время ждали двое орков.

Их было двое. Старший — громадный даже для своей расы, серо-зелёная кожа покрыта белёсыми шрамами, в чёрных волосах уже пробивалась седина. Молодой стоял немного позади, но не как подчинённый; скорее как человек, который доверяет старшему говорить первым, а сам следит, откуда придёт удар.

Оружие они сдали без спора: два тяжёлых топора, длинный нож и короткое копьё. Клык велел сложить всё на отдельный стол и сам поставил номера.

— Грук Разящий Клык, — представился старший на общем языке. Говорил медленнее людей, тщательно выбирая слова. — Это Ург. Из моего прайда.

— Остальные?

Ург напрягся. Грук ответил сам:

— Часть мертва. Часть ушла на юг. Часть служит тем, кто платит. После похода в Ущелье нас хотели снова поставить впереди тяжёлой пехоты. Мы отказались. Командир эльфов решил показать другим цену отказа. Пятерых убили. Остальных разоружили. Мы ушли ночью.

Лекс не спросил, сколько они убили при уходе.

— Чего хотите здесь?

— Воевать против тех, кто считает нас мясом. Еду. Место для сна. Оружие, если будем вашими бойцами. Не хочу клятву навсегда. Пока цели одинаковые — идём вместе.

Раньше Лекс, наверное, ухватился бы за слово «ненависть» как за достаточное основание. Теперь оно настораживало.

— Одной мести мало.

Грук прищурился.

— Для чего?

— Для союза. Если завтра эльфов рядом не останется, мне нужно знать, что ты не начнёшь искать следующего врага среди тех, кто живёт здесь.

— Ты думаешь, орк без врага начинает есть соседа?

— Я думаю, любой человек, дворф, орк или эльф, которому разрешают оправдывать всё прошлой болью, однажды найдёт удобное оправдание.

Ург тихо прорычал что-то на своём языке.

Грук поднял ладонь — не приказ заткнуться, а просьбу подождать.

— Хорошо. Какие правила?

Лекс перечислил. Никакого насилия внутри базы вне самообороны. Никакой охоты на бывших солдат только за прежнюю форму, если они сдались и прошли проверку. Пища и работа — по тем же нормам, но рацион для орков пересчитают по фактической потребности, а не заставят двухметрового бойца жить на детской порции «ради равенства». Оружие вернут не сразу: сначала Клык проверит навыки, биографию и то, как они выполняют общий порядок. Дозоры — только в смешанных