Читать книгу - "Жандарм - Andreas Eisemann"

и Георгий, в сущности ещё молодой человек, был возбуждён и заинтригован. Не каждый день сталкиваешься с таким.

Позже мы уже собрались все вместе, даже заказали специальную ритуальную одежду — нужно всё-таки соответствовать, да и традиции нам нужны. Там официально приняли Георгия Романова и графа Келлера в нашу ложу «Мертвецов». А я получил двух преданных и лично мне обязанных очень высокопоставленных человек.

Изначально у меня была идея собрать за одним столом всех своих директоров — преступных и не очень направлений. Но быстро отказался от неё. Не нужно вскрывать все кадры и контрагентов. Пусть каждый занимается своим делом.

В Питере провёл долгую деловую встречу с Марфой. Огорошил её известием о скором сносе всего комплекса Вяземской Лавры. Она смотрела на меня неверящим взглядом. Как же так — столько труда вложено, всё работает как часы, и тут всё поломать? Дальше я ей объяснил, что нужно двигаться дальше. Лавра подошла к своему максимальному развитию, и дальше там ничего не будет. Нужно мыслить шире и стратегически. Показал ей альбом — там были проекты моего нового русско-американско-итальянского архитектурного агентства, которое постепенно набирало обороты. А в будущем оно станет крупнейшим и ведущим, поднимется на госзаказах по застройке Москвы.

Перед Марфой лежали планы и акварели нового большого комплекса, который будет включать крупный отель, торговый центр, а также жилые дома премиум-класса. Мне принадлежал довольно крупный участок земли, доходивший до Фонтанки, — по сути, целый квартал и часть площади. Так же будет перестроен и расширен рынок. Марфе предлагалось возглавить всё это. Понятно, что там будет куча народа работать, но возглавлять это направление будет она. Как и в дальнейшем — сеть отелей. Сейчас мы ведём переговоры с американскими архитектурными агентствами по покупке некоторых проектов. Я-то знал, что многие из них не простоят и нескольких десятилетий. Без войн и революций американцы снесут всю свою историю, всю архитектуру. Так что можно будет и на этом сыграть. Пока пытаюсь, и думаю, получится продавить отмену ограничения, запрещающего строительство в Питере зданий выше шпиля Адмиралтейства.

Много времени проводил в Москве. Общался с Фомой. На нём была не только разведка всего, что касалось старообрядцев и их дел. Вёлся полный учёт их собственности в Москве.

Вторым большим делом у Фомы была скупка земель — на это шёл значительный поток бюджета всей нашей организации. Мы начали это делать до коронации, а главное — до слухов о переносе столицы. После этого цены полетят вверх. Скупали землю как в центре, так и в Подмосковье, особенно вдоль будущих крупных магистралей — это будет серьёзным активом. Кроме этого уже сейчас определялись и скупались территории под будущие заводы.

Фома до сих пор не верил, как можно подступиться к старообрядцам. Я уклончиво обходил эти моменты. До этого ещё было далеко.

Настоящий сюрприз преподнесла мне Аликс. Как потом рассказал Николай, у неё серьёзные матримониальные планы по отношению ко мне. Хочет меня женить. Но видимо не на Маше, раз они с Николаем пошли на такой ход. Огромную роль играет кровь. Это главное, потом уже чины и титулы, но должно быть хотя бы что-то одно.

Поэтому они с Николаем и провернули этот проект. А именно: хорошенько запомнив мои рассказы о происхождении, нашли все нужные записи, но поскольку те не совсем соответствовали нужной легенде, пошли немного по другой стезе.

Через переговоры с Вяземскими — а дела шли у них сейчас не очень хорошо — Николай провёл своё решение, видимо предложил им компенсацию либо погашение долгов за счёт казны. Я в это не лез. В итоге у нас произошло полное примирение с кланом Вяземских. Кроме этого, я был обязан полностью обеспечить детей Марии Владимировны Вяземской. Взамен всего этого они признавали меня как представителя побочного рода. В документах же было указано — за выдающиеся заслуги для города по устройству Лавры.

Так я неожиданно для себя стал графом Вяземским. Шпионскую фамилию Андреев забыли, как будто её и не было. Скорее всего, это была идея Аликс — если бы я знал заранее, я бы категорически отказался. Но со мной не сочли нужным посоветоваться. В планах у меня было несколько раз полностью сменить ФИО и жить тихо, частным образом, не отсвечивая. Но как говорится, хочешь насмешить Бога…

Нет худа без добра. Помимо прочего, весь квартал в центре Питера, где располагался комплекс Лавры, становился родовым заповедным имением — то есть фактически создавался новый майорат. Теперь получалось, что я уже не мог его свободно продать, но в то же время его нельзя было разделить, проиграть в карты или растащить наследством. Это был такой вечный фундамент рода. То есть я становился основателем нового рода, что было крайне важно для аристократии.

Хотя если говорить про аристократию, то скорее всего будет большой скандал — промышленник, практически барыга, получил династический статус. Но ничего, скоро всю эту публику знатно растрясёт. Ветры перемен уже начинают задувать.

Говорят, вокруг Лас-Вегаса в пустыне очень много ям. В окрестностях Питера их тоже хватает. И вопреки известной поговорке, я привычно рыл ямы другим.

Я хмыкнул, стоя на краю довольно внушительной ямы. Вполне возможно, сейчас кто-то роет мне такую же.

В этой яме была установлена большая прочная бочка, в которой засаливают рыбу или огурцы в промышленных объёмах. Боцман благополучно вернулся из своей командировки, так что тему решили провернуть с ним, а вместо Пахома сегодня был Сухой. Больше я такую историю не мог никому доверить.

В тюрьме была у нас Брешко-Брешковская — она там и продолжала сидеть. На неё навешали ещё несколько обвинений, и она шла по нашему ведомству, то есть уже не выйдет. Как бы я ни хотел видеть её в составе своих гостей этим вечером — не выйдет. Она сидела официально. Красин же для всех пропал без вести. Но поскольку он был тогда ещё никому неизвестным, на это никто не обратил внимания.

И остальные мои гости точно так же пропали без вести. Питер — город мрачный, депрессивный. Там всякое случается. Я долго собирал сегодняшних гостей, это было