Читать книгу - "Трансцендентные - Стивен Бакстер"

И старался не думать о предположениях Джорджа о том, что могу оказаться под еще более пристальным вниманием любопытного будущего.

Мы привлекли довольно много гостей. По всему шатру уверенно ходили дорого одетые люди, и слышался шум громких разговоров по мере того, как заводились и возобновлялись знакомства, и, без сомнения, были заключены сделки, немногие из которых имели какое-либо отношение к нашему проекту по гидратам. Роботы-официанты парили в воздухе, неся подносы с напитками и экзотическими на вид закусками. То тут, то там я замечал едва заметные дефекты изображения: ноги в дорогих туфлях таинственным образом зависали примерно в сантиметре над ковром, платье развевалось на несуществующем ветру, тень на прекрасном лице, отбрасываемая невидимым источником света. Я предполагал, что только десять процентов или около того из этих влиятельных людей были здесь лично.

Это была обратная сторона масштабного коллапса транспортной инфраструктуры, за которым отчасти наблюдала Эдит Барнетт. Немногие правительственные учреждения, немногие корпорации или другие организации на самом деле "существовали" где-либо осмысленно, кроме как в киберпространстве; и немногие толпы когда-либо были такими многолюдными, какими казались. Что ж, в данном случае, вероятно, даже к лучшему, что люди проецировались, а не путешествовали. Если бы в Прадхо-Бей прибыло так много важных персон во плоти, этот мрачный отель в Дэдхорсе был бы переполнен, с его темпераментными ванными комнатами и всем прочим.

Однако где-то в этой толпе снова присутствовала Эдит Барнетт собственной персоной. Так же как и мой брат Джон, и Том, и Соня, и Шелли, и Вандер Гатри — вся основная команда, которая по-разному руководила проектом с самого начала. Я шел сквозь толпу, пытаясь разглядеть знакомые лица и собравшись с духом.

Именно тогда я увидел Мораг. Она двигалась сквозь толпу на некотором расстоянии от меня. Я увидел ее краем глаза. Беспомощно повернулся в ту сторону, как делал всегда. Мне показалось, что она тоже повернулась ко мне и улыбнулась — но прежде чем я успел убедиться, что это она, тут же потерял ее из виду за группой болтающих важных персон.

Я не хотел, чтобы это происходило. За последние несколько дней я страдал от такого рода посещений снова и снова — и страдал именно так. Больше не повторялось той близкой встречи в тундре, которая была у меня раньше, когда она улыбнулась и позволила нам сфотографировать ее и записать ее слова, даже если мы не могли понять, что она хотела сказать. Я вернулся в мир мимолетных видений, мелькания рыжевато-светлых волос в моем боковом поле зрения, мягкого голоса. И таких посещений было больше, чем когда-либо прежде, гораздо больше, иногда больше одного в день. Я не хотел иметь с ней дело, не таким образом, не тогда, когда меня будут так мучить, и уж точно не в такой день, как сегодня.

Но потом я снова увидел ее, на этот раз в дальнем конце шатра. И когда я отвел взгляд, она снова была там, на этот раз рядом с небольшим подиумом в передней части шатра. Это было так, как будто она телепортировалась по залу.

Я схватил водку с тоником с подноса плавучего робота и быстро выпил.

Джон подошел ко мне со стаканом виски в руке. Рядом с ним стояла невысокая, смуглая, напряженная фигурка: Джек Джой, я узнал его через мгновение, пловец "Леты". Джону, казалось, было неудобно, что этот парень следует за ним. Но он с самого начала вовлек Джека в это дело, и поскольку пловцы вложили деньги в проект, Джек имел полное право присутствовать там.

Джек Джой протянул руку, но его нереальные пальцы лишь коснулись моего рукава; он виновато улыбнулся. — Прости, что не смог притащить сюда свою задницу во всей красе. Обязательства, давление — ты знаешь. На самом деле мне действительно жаль. Оглянись, небо полно бесплатной выпивки!..

Отвлекаясь взглядами на Мораг, я не интересовался тем, что хотел сказать этот человек. Я посмотрел на Джона. Это был первый раз, когда мы были вместе лично за последние недели. Я почувствовал обычное сложное эмоциональное притяжение к своему брату, смесь соперничества и беспомощной любви.

— Итак, вот мы и пришли, — сказал я.

Джон пожал плечами. — Мы странная семья. Мы собираемся лично для такого мероприятия, как это, но отправляем VR-проекции на похороны.

Я пожал плечами. — Джордж всегда говорил, что мы, Пулы, забавный народ.

— Если ты так говоришь. В любом случае, ты Пул, а я Базалджет, помни. — Он пристально посмотрел на меня, и мне показалось, что я знаю, что у него на уме: Мораг, весь этот феномен, который стал такой проблемой между нами обоими. Но сейчас мы не могли разговаривать, только не в присутствии Джека Джоя.

Джек сказал мне: — Я только что говорил твоему брату — тебе не кажется, что это впечатляющее место? Прадхо-Бей, весь нефтяной комплекс. Я имею в виду, посмотри вокруг. Для Соединенных Штатов было историческим достижением создать нефтяную промышленность здесь, в месте арктической тьмы и холода, за тысячи километров от цивилизации. С таким же успехом вам могло потребоваться развивать нефтяную промышленность на Луне. На самом деле, возможно, на Луне было бы проще, потому что здесь вокруг вас вся эта гребаная тундра. Знаете, вы оставляете след на этом материале, и он остается там навсегда… — Его тон был резким, речь быстрой, и он продолжал нервно улыбаться. Он вспотел, что было небольшим несоответствием комфорту шатра с кондиционером.

Я сказал: — Значит, вы не одобряете всю эту экологическую защиту, Джек.

— Одобряй, не одобряй, это было модно в те времена. Так оно и есть до сих пор. — Он сжал кулак. — В наши дни человека, который хочет чего-то достичь, отгораживают блеяниями о том, что не навреди этому, не мешай тому. Я всегда говорю, что если бы Бог не хотел, чтобы мы встряхнули планету, он бы не дал нам механический экскаватор. — Он кивнул, словно пытаясь убедить самого себя. — И, в конце концов, все это чушь собачья.

— Правда?

— Конечно! Посмотрите на драгоценную тундру, в которую этим головорезам не разрешалось мочиться. Когда вечная мерзлота растаяла, она просто превратилась в болото! Так что же изменили все эти усилия по ее сохранению? Ничто. Это просто мешало выполнять работу, вот и все.