Читать книгу - ""Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов"

приложил к панели кусок тонкой бумаги, провёл угольком. На отпечатке проявились три кольца и едва заметные каналы, уходящие от каждого символа в разные стороны.

— Не загадка, — сказал Лекс.

— А что?

— Три независимых датчика. Или три этапа проверки.

Когда Лекс поднёс браслет ближе, сохранённый диагностический модуль распознал ответ панели.

«Локальный интерфейс. Формат частично совместим. Прямое подключение не рекомендую».

— Почему?

«Неизвестное напряжение на линии».

Кор-Дум одобрительно кивнул.

— Наконец-то твоя железка сказала умное.

Лекс достал из сумки тонкий медный провод с ограничительным резистором — простой пробник, собранный ещё в мастерской. Он не пытался питать панель, только проверил потенциал между рамой и контактом. Стрелка маленького механического индикатора дрогнула.

— Питание есть. Слабое.

— Значит, трогай не голой рукой, — сказал Егор.

Пахом подсветил символ глаза.

— А если всё-таки порядок как на стенах?

Лекс посмотрел на барельеф за спиной, потом на панель.

— Возможно. Но сначала узнаем, что именно включается.

Глаз оказался оптическим датчиком. Когда Пахом направил на него фонарь, символ засветился.

Ухо реагировало на звук. Егор тихо ударил рукоятью ножа по металлической раме — второй символ вспыхнул.

Рот оставался тёмным.

— Голос, — сказал Пахом.

— Какой язык?

— А вот это уже хороший вопрос.

Кор-Дум нахмурился, затем произнёс на дворфском короткую фразу. Ничего.

Зураб сказал то же на общем наречии. Панель не ответила.

Лекс поднёс браслет.

— Посмотрим, сможет ли браслет повторить ответ панели без перевода.

Пауза затянулась.

«Обнаружена короткая последовательность в ответе панели. Уверенность распознавания низкая, около трети. Возможен повтор без интерпретации».

— Повтори.

Браслет издал три низких тона и один щелчок.

Символ рта загорелся.

Дверь не открылась сразу. Сначала внутри стены что-то тяжело провернулось, потом по периметру пробежал слабый свет. Из щели выдохнул сухой холодный воздух.

Кор-Дум выставил руку.

— Ждём.

Они ждали почти минуту, пока створки медленно расходились. Лекс снова проверил воздух у щели. Датчик показал пригодную смесь, но температура была ниже.

— Никаких героев, — сказал он. — Если что-то двигается само — назад. Если свет меняется — назад. Если кто-то видит непонятное — не трогает.

— А если ничего не видит? — спросил Пахом.

— Особенно не трогает.

За дверью находился коридор совсем другого типа.

Стены были металлическими, но не холодными на вид: поверхность матовая, тёмно-серая, без ржавчины. В полу тянулась узкая световая линия. Она зажглась, когда они вошли, и медленно продолжила свет впереди, будто показывая путь.

Кор-Дум присел.

— Не нравится мне, когда дорога сама решает, куда тебя вести.

— Можно идти рядом, — сказал Зураб.

— Очень смешно.

Пахом, который обычно первым комментировал всё новое, замолчал.

Через два поворота они увидели первую капсулу.

Она стояла в нише, почти вертикально, хотя нижняя часть уходила в пол. Прозрачная крышка помутнела, но внутри угадывалась фигура.

Лекс не подошёл вплотную.

— Свет.

Егор поднял фонарь.

Фигура была человеческой только на первый взгляд. Высокая, узкоплечая, с длинными руками и непривычно ровной линией лица. Кожа казалась серо-белой. На висках и предплечьях просматривались тонкие серебристые узоры, уходившие под кожу.

Пахом перекрестился.

— Живой?

— Не знаю.

Лекс приложил датчик к наружной панели. Никакого понятного показания. Браслет видел слабые импульсы, но определить, что они означают, не мог.

Следующая ниша была другой.

Внутри лежало коренастое тело с широкой грудью и тяжёлыми кистями. Бороды не было, однако строение лица неожиданно напомнило Лексу Кор-Дума — не конкретными чертами, а пропорциями.

Дворф застыл.

— Не говори ничего.

Лекс и не собирался.

Кор-Дум подошёл ближе, снял перчатку и положил ладонь на прозрачную крышку.

— Руки, — произнёс он спустя несколько секунд.

— Что?

— Смотри на руки. Большой палец. Суставы. Такую кисть не делают для пера.

Зураб встал рядом.

— И плечо.

Кор-Дум кивнул.

— Похоже.

— На дворфа? — осторожно спросил Пахом.

— На того, кто мог им быть. Или на того, на кого мы похожи. Не знаю.

Это «не знаю» прозвучало тяжелее любой легенды.

Дальше капсул становилось больше. Не сотни сразу, как казалось из первого прохода, а ряды ниш, разделённых широкими технологическими промежутками. В одних лежали фигуры почти человеческого сложения, в других — коренастые, в нескольких — слишком высокие и тонкие.

Лекс не стал называть их ни богами, ни создателями.

Перед ними были тела. Всё остальное требовало доказательств.

У третьего ряда они нашли информационную панель. Большая часть знаков оставалась непонятной, но сохранённый в браслете служебный словарь позволил сопоставить несколько повторяющихся меток.

«Перевод фрагментарный. Вероятные значения: „сохранение“, „линия“, „исходный образец“, „эвакуационный контингент“. По разным словам уверенность — от трети до половины».

Пахом тихо выругался.

— «Исходный образец» чего?

— Не знаем, — ответил Лекс.

— А если это наши… ну… предки?

Кор-Дум всё ещё смотрел на одну из капсул.

— Тогда они лежат здесь очень давно.

Зураб провёл пальцем по ремню топора.

— Предок — это тот, кто оставил после себя детей. Эти оставили только железо.

Лекс посмотрел на него.

— Может быть.

В конце ряда сохранилась короткая запись, которую служебный словарь браслета не смог разобрать полностью. Из десятка слов уверенно сопоставлялись только три: «чума», «исход», «не будить».

Последнее Лекс заставил повторить дважды.

— Вот это мне нравится, — сказал Кор-Дум. — Очень понятная надпись.

— Капсулы не трогаем, — решил Лекс. — Ни одну. Даже если Смотритель потом скажет обратное.

— Какой ещё Смотритель? — спросил Пахом.

— Пока никакой.

Они пошли дальше.

Командный зал находился за второй дверью. Здесь уже не было капсул. В центре стоял низкий пульт, вокруг — четыре тёмных кресла необычной формы, а над пультом висел кристалл размером с человеческую голову. Он не светился.

На полу перед пультом лежало несколько высохших кабелей.

Кор-Дум остановил всех у порога.

— Сначала потолок.

Они осмотрели крепления, стены, пол, вентиляционные щели. Пахом пролез вдоль левой стены, не касаясь оборудования, и нашёл ручной механический щит с пятью рычагами.

Егор присел рядом.

— Вот это уже похоже на работу.

На табличках были древние знаки.

— Не дёргать, — сказал Лекс.

— Даже не собирался.

Кор-Дум открыл боковую крышку щита. Внутри оказались массивные контактные пластины и ряд керамических изоляторов.

— Это я понимаю, — пробормотал он. — Старая дрянь, но честная.

Лекс посветил.

— Изоляция целая?

— На глаз — здесь да. Что дальше по стене, не скажу.

— Значит, питание пока не