Читать книгу - ""Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов"

Он подошёл к центральному пульту и поднёс браслет, не касаясь поверхности.

Браслет почти минуту сравнивал пассивный ответ пульта с сохранёнными служебными шаблонами.

«Зафиксирован пассивный ответ. Локальный узел ожидает идентификатор».

— Какой?

«Неизвестно».

Лекс достал тонкий переходник, которым связывал браслет с древними портами в Старом Городе. Разъём не подходил. Он не стал давить или подпиливать металл. Вместо этого нашёл рядом с пультом две контактные площадки, снял показания пробником и только потом подсоединил браслет через ограничитель.

В голове ничего не вспыхнуло.

Не было ни чужой памяти, ни готовой карты, ни голоса.

На браслете появилась одна строка из незнакомых знаков.

Через несколько секунд служебный словарь браслета выдал наиболее вероятное соответствие.

«Служебный доступ. Назовите функцию».

Лекс выдохнул.

— Уже лучше.

— Что ему надо? — спросил Зураб.

— Кто мы такие. Или зачем пришли.

Кор-Дум оглядел зал.

— Скажи правду. Пришли посмотреть, почему под нашим домом что-то жужжит.

Лекс ввёл через браслет короткий набор понятий: аварийное обслуживание, убежище, внешний персонал. Сохранённая таблица служебных соответствий преобразовала их в маркеры, которые местная система хотя бы могла попытаться распознать.

Ответ пришёл не голосом, а текстом.

«Функция не подтверждена. Идентификатор системы отсутствует».

— Отказал?

«Запрашивает вторичный признак».

Браслет неожиданно нагрелся.

Лекс тут же разорвал контакт.

— Стоп.

Кор-Дум посмотрел на него одобрительно.

— Вот теперь ты учишься.

— Спасибо.

Лекс дал браслету остыть, затем подключился снова, но на этот раз не к центральной линии, а через отдельный диагностический контакт. Напряжение было ниже.

В памяти браслета оставался сервисный идентификатор, полученный ещё в Старом Городе. Лекс выбрал передать только его — без запроса на двусторонний доступ.

— Это не даст ему доступ к тебе?

«Режим: односторонний идентификатор. Обратный доступ не запрашивается».

— Тогда давай.

Система приняла код не сразу. Кристалл над пультом мигнул один раз, второй, потом внутри возникла тонкая вертикальная линия света.

Текст исчез.

Из динамика в потолке раздался голос.

Он был сухим, рваным, местами проваливался в помехи.

— Внешний… сервисный… идентификатор Старого Города принят. Центральная связь… отсутствует. Подтвердите статус комплекса.

Лекс переглянулся с Кор-Думом.

— Какой статус тебе нужен?

— Цикл ожидания… превышен. Контроль возврата отсутствует. Связь с центральной сетью отсутствует. Запрос: завершён ли Исход?

Лекс почувствовал неприятный холод в животе.

— Я не знаю, что вы называли Исходом.

Долгая пауза.

— Ответ не соответствует архиву.

— Архив повреждён?

— Повреждено около двух третей локальной памяти. Архив фрагментирован. Основная функция: сохранение биологических линий, запасов и технической инфраструктуры до возвращения уполномоченного персонала.

Кор-Дум тихо выругался.

Лекс спросил:

— Как долго ты ждёшь?

Система выдала число, которое встроенная таблица пересчёта браслета не позволяла уверенно перевести в годы. Диапазон получался абсурдным — от нескольких тысяч до десятков тысяч лет.

— Возвращения могло не быть, — сказал Лекс.

Ответ пришёл сразу.

— Гипотеза недопустима основной директивой.

Не плач. Не отчаяние. Просто невозможность встроить утверждение в старую программу.

Лексу это почему-то показалось страшнее.

— Тогда не меняй директиву. Нам нужен доступ к запасам на ближайшем уровне. Наверху живут люди. Здесь есть рабочее убежище, но его ресурсы ограничены.

— Локальный комплекс не предназначен для внешнего населения.

— Я понимаю.

— Внешний сервисный идентификатор подтверждает совместимость. Полномочия ограничены уровнем технического доступа.

Кор-Дум наклонился к Лексу.

— Это значит «да» или «нет»?

— Значит, он готов показать то, что считает техническими запасами.

— Уже хлеб.

Лекс снова обратился к системе.

— Как тебя обозначали?

— Узел хранения и контроля… объект шесть. Полное обозначение повреждено. Вспомогательное имя: Смотритель.

— Смотритель, покажи доступные склады. Только без запуска основных систем.

На стене вспыхнула схема.

Не голограмма всей горы и не карта неизвестных уровней, а простой план ближайшего сектора: их зал, коридоры, две складские секции, вентиляционная камера, силовой узел и подъёмный канал, который заканчивался ниже замурованного спуска.

— Вот откуда тепло, — сказал Егор.

Кор-Дум ткнул в схему.

— И вот почему камень звенел. За стеной канал.

Смотритель перечислил доступное.

Браслет сопоставлял термины Смотрителя с сохранённым словарём медленно, с паузами.

Сорок семь герметичных медицинских контейнеров с регенерационным составом.

Сто двадцать две позиции пищевого концентрата в основном складе; точное число внутренних упаковок система не могла подтвердить без запуска складского счётчика.

Шесть ящиков накопителей.

Запасные элементы вентиляции.

Инструменты.

Часть складов оставалась недоступной: двери не получали питания, подъёмник не работал, а два сектора были заблокированы после старой аварии.

— Нам не надо всё сегодня, — сказал Лекс, прежде чем Пахом успел обрадоваться. — Сначала проверим, что реально можно вынести руками.

— И что не взорвётся, — добавил Кор-Дум.

Они открыли только ближайший склад.

Дверь пришлось переводить в ручной режим. Кор-Дум и Егор крутили тяжёлый маховик вдвоём, Пахом подкладывал клин, Зураб страховал створку ломом. Когда щель стала достаточно широкой, Лекс снова проверил воздух.

Внутри стояли стеллажи.

На нижних полках — тёмные герметичные коробки. Выше — длинные цилиндрические контейнеры с медицинской маркировкой. Не лечебные капсулы, в которые можно уложить человека, а именно ёмкости для состава: тяжёлые, с двумя ручками и узлом подключения.

Кор-Дум постучал по одному ногтем.

— Вот это унести можно.

— Один, — сказал Лекс. — Сначала один.

— Почему один?

— Потому что мы ещё не знаем, что внутри не разложилось.

Смотритель подтвердил, что четыре контейнера ближайшего ряда проходили самодиагностику, но Лекс не принял это на веру. Они проверили пломбы, температуру, отсутствие давления на аварийном индикаторе. Лишь после этого Егор и Зураб сняли один контейнер со стеллажа.

Он весил больше сорока килограммов.

— Сорок семь таких, — сказал Пахом и присвистнул. — Да мы неделю таскать будем.

— Больше, — ответил Зураб. — Неделю ты будешь ныть. Таскать будем дольше.

Пахом фыркнул.

Еда оказалась ещё прозаичнее: плотные брикеты в защитных коробках, уложенных внутри крупных транспортных контейнеров. Сколько таких коробок приходилось на один контейнер и сколько порций оставалось пригодными, без полной инвентаризации было не определить. Открывать упаковки без нужды не стали.

Лекс записал маркировку на бумаге.

Никаких «мы спасены» он не произнёс.

Даже если всё содержимое было пригодным, его ещё требовалось поднять на несколько сотен метров, проверить, распределить, подключить часть оборудования и не потерять людей по дороге. А через две недели на Кристаллических полях могло оказаться столько освобождённых, что найденные запасы исчезнут быстрее, чем они успеют привыкнуть к мысли о них.

— Подъёмник, — сказал Кор-Дум. — Если он жив, вот тогда