Читать книгу - ""Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов"

остатки схемы питания. Она была не чертежом в земном смысле, а набором условных отметок на внутренней крышке шкафа. Кор-Дум узнавал часть символов по старым дворфийским копиям, Грым — по устройству распределителей, Лекс сопоставлял с тем, как шли линии поля. К вечеру стало ясно только одно: основная линия когда-то питалась сразу из нескольких контуров, но два из них были перекрыты вручную.

— Вот сюда, — Грым показал на заглушенный канал. — Если дать питание, оно сюда не уйдёт.

— Может, и не должно, — сказал Лекс.

— Может.

— Тогда нужно проверить, куда уходит аварийный сброс.

Грым посмотрел на него с явным одобрением.

И всё же на четвёртый день они ошиблись.

Позже Лекс смог восстановить цепочку почти по минутам. Отдельный накопитель держал напряжение. Два механических фиксатора были в штатном положении. Кор-Дум проверил приводы вручную. Грым ещё раз показал на заглушенный канал и сказал:

— Мне не нравится, что мы не нашли второй выход.

Лекс стоял у панели и смотрел на знак, который браслет переводил как «возврат состояния» с той же раздражающей уверенностью в шестьдесят два процента.

— Мы не запускаем производство, — сказал он. — Только возвращаем привод в исходное положение. Посмотрим, что двинется, и остановим.

— А если «возврат» — это не привод? — спросил Грым.

— Тогда увидим.

— Лекс.

В его голосе не было ни шутки, ни привычного горячего вызова.

— Стой.

Надо было послушать.

Лекс нажал сенсор.

Сначала ничего не произошло. Затем под полом протяжно загудело, и тяжёлый манипулятор над линией дёрнулся назад. Кор-Дум коротко выругался.

— Питание снимай.

Лекс уже тянулся к размыкателю, когда с противоположной стороны цеха ударил пар.

Не белое облако — сначала именно удар: глухой, будто кто-то огромный врезал молотом по закрытой трубе. Потом крышку бокового короба сорвало с креплений. Металл пролетел над линией, ударился о стойку, и только тогда зал заполнил горячий туман.

— На пол! — крикнула Айрин.

Второй удар пришёл снизу.

Лекс успел повернуться к Грыму и увидел, как тот отступает от панели, прикрывая лицо. Потом что-то толкнуло Лекса в плечо и грудь. Пол ушёл из-под ног.

Когда он снова услышал людей, первым был голос Кор-Дума.

— Не вставай.

Лекс открыл глаза. Над ним висел серый потолок, поперёк зрения медленно плыло светлое пятно. В ушах звенело так, что собственное дыхание казалось далёким.

— Я и не собирался.

Слова вышли хуже, чем хотелось.

Айрин опустилась рядом.

— Смотри на меня. Как зовут?

— Айрин.

— Не меня. Тебя.

— Это нечестный вопрос.

— Лекс.

— Лекс.

Она провела пальцами по его виску, затем по затылку.

— Сознание терял?

— Наверное.

— Сколько?

— Если бы знал, не терял бы.

— Меньше минуты, — сказал Зураб откуда-то справа. — Я считал после первого удара.

Кузнец сидел у стены. Повреждённую ногу он вытянул, лицо побледнело от боли, но новых ран на нём не было. Кор-Дум прижимал кусок ткани ко лбу; кровь уже почти не шла. Грым держался за бок и зло дышал через нос.

— Шов? — спросила Айрин.

— Не разошёлся.

— Покажешь.

— Потом.

— Сейчас.

Он показал.

Лекс попытался сесть. Рёбра отозвались тупой болью, плечо жгло под разорванным рукавом. Айрин разрешила подняться только после того, как убедилась, что его не ведёт в сторону.

Цех выглядел хуже, чем они сами. С одной трубы сорвало кожух, часть пола залило мутной технической жидкостью, а манипулятор застыл поперёк направляющей. Никакого самоуничтожения не было. Никакого злого древнего протокола тоже. Просто линия попыталась привести систему в состояние, которое когда-то считалось штатным, а аварийный контур оказался перекрыт старой заглушкой. Давлению некуда было уйти.

Грым стоял у панели.

— Я сказал остановиться, — произнёс Грым тихо.

Лекс помолчал.

— Сказал.

— А ты нажал.

— Нажал.

Кор-Дум перевёл взгляд с сына на Лекса, но не вмешался.

Лекс подошёл ближе. Каждый шаг отдавался в рёбрах.

— Ты был прав не потому, что знал, что случится. Ты сказал «стоп», потому что у нас не было ответа про второй выход. Я решил, что неполного ответа достаточно.

Грым сжал губы.

— И что теперь?

— Теперь это правило.

Зураб поднял пластину с записями.

— Какое именно?

Лекс оглядел повреждённый узел и только потом сформулировал правило.

— Не запускаем неизвестный механизм, пока не знаем три вещи: что он должен сделать, что ему для этого нужно и как его остановить. И каждое из трёх подтверждаем двумя способами, если можем.

— Если не можем? — спросил Грым.

— Тогда пишем «не знаю».

— И?

— И «не знаю» не считается половиной «да».

Кор-Дум принял правило без возражений.

— Вот теперь похоже на ремесло.

Остаток дня они не ремонтировали линию. Сначала перекрыли безопасный участок, собрали инструменты и вынесли то, что могло пригодиться независимо от питания: тиски, измерительную стойку, сменные головки, две грузовые платформы и малый ручной нагреватель. Большую линию Грым отметил углём прямо на кожухе: «НЕ ТРОГАТЬ ОДНОМУ».

Кор-Дум добавил ниже: «И ВДВОЁМ, ЕСЛИ ОБА ДУРАКИ».

— Это уже оскорбление инструкции, — сказал Лекс.

— Зато запомнишь.

Вечером, когда Айрин закончила перевязки, Лекс записал в общий журнал собственную ошибку. Не «авария при запуске». Не «неизвестный протокол». Написал: «Запуск выполнен при неполном понимании схемы отвода. Предупреждение Грыма проигнорировано».

Грым прочитал через плечо.

— Можно было короче.

— Можно.

— И неприятнее.

— Поэтому так и оставил.

На следующий день они не включали ничего сложнее нагревателя.

Через два дня решили проверить изолированный участок питания, который шёл к мастерской и соседнему сервисному коридору. На этот раз проверка заняла почти утро: механический разрыв Кор-Дум осмотрел сам, Грым подтвердил положение двух заслонок, Лекс сравнил показания браслета до и после пробного подключения малой нагрузки. Только когда всё сошлось, питание подали на одну линию.

Свет зажёгся сразу.

Потом в дальнем коридоре что-то ответило металлическим щелчком.

— Выключай, — сказал Грым.

Лекс уже держал руку на размыкателе.

— Сначала слушаем.

Щелчок повторился. Из проёма выдвинулось низкое устройство на четырёх опорах — не боевой голем и не человекообразная машина, а старый технический механизм с манипуляторами. Его корпус был покрыт ржавыми пятнами, одна опора двигалась рывками.

Он повернул сенсорный блок к ним и резко ускорился.

Кор-Дум толкнул Грыма за колонну.

— Оружие!

Лекс успел схватить доработанную винтовку. Первая очередь не прозвучала — оружие стреляло отдельными сухими