Читать книгу - ""Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов"

снова стало ровным.

Зураб неожиданно тихо рассмеялся. Смех отозвался в груди слабостью, пришлось перевести дыхание.

— Хороший он у тебя.

— Знаю.

— Злой только.

— Тоже знаю.

— Весь в отца.

Кор-Дум наконец посмотрел на него.

— Спать хочешь?

— Уже да.

— Вот и спи, пока я не решил, что тебе пора проверять вторую ногу.

Зураб прикрыл глаза.

— Кор-Дум.

— Что?

— Если опять полезет туда, куда не надо, сначала сам держи. Я второй раз не встану.

Дворф тихо хмыкнул.

— Договорились.

На этот раз сон пришёл без огня.

* * *

Лекс проснулся от трёх коротких сигналов.

Писк. Писк. Писк.

Короткая пауза.

Писк. Писк. Писк.

Он открыл глаза раньше, чем успел понять, где находится, и рука сама рванулась вперёд, к несуществующей красной рукояти.

Плечо прострелило болью.

— Чёрт.

Айрин поднялась рядом мгновенно.

— Что?

Лекс уже смотрел на медицинскую панель. В углу одной из погасших капсул мигал маленький жёлтый знак, и каждый раз, когда он появлялся, динамик выдавал три ровных сигнала.

Не тревога.

Не лаборатория.

Не Земля.

Он медленно выдохнул.

— Ничего.

Айрин проследила за его взглядом.

— Звук?

— Тот самый.

Она не спросила, какой именно. Наверное, потому что уже слышала у костра про установку, Романа и белую вспышку, а может, просто видела его лицо.

Три сигнала повторились.

Лекс поднялся на ноги. Мир сразу качнулся, и он упёрся ладонью в капсулу.

— Сиди, — сказала Айрин.

— Уже встал.

— Это не довод.

— Мне надо понять, почему она пищит.

— Тебе надо поспать ещё.

— Если здесь что-то ломается…

— Тогда разбудим Грыма и Кор-Дума.

Рука Лекса застыла в нескольких сантиметрах от панели.

Айрин стояла между ним и панелью. Не закрывала дорогу намеренно, просто оказалась там, но этого хватило, чтобы он вспомнил собственный кивок несколько часов назад: если придётся снова лезть в интерфейс, сначала сказать остальным.

Он опустил руку.

— Хорошо.

— Вот так просто?

— Не привыкай.

Она улыбнулась краем губ.

— Поздно.

Три сигнала прозвучали снова.

На этот раз проснулся Грым.

— Кто умер?

— Никто, — сказал Лекс.

— Тогда зачем шумите?

— Капсула пищит.

Грым сел, придерживая бок.

— Какая?

Кор-Дум уже тоже не спал. Он поднялся, взял топор и только потом посмотрел на мигающий знак.

— Дроид.

Служебная машина отозвалась не сразу. Жёлтые линзы вспыхнули, корпус дёрнулся, будто дроид тоже выходил из сна, хотя Лекс сомневался, что ему вообще нужно было спать.

— Состояние системы?

— Резервный фильтр… требует обслуживания.

— Опасно? — спросила Айрин.

— Для текущих пациентов… нет.

Кор-Дум опустил топор.

— Тогда не трогаем.

Грым уже смотрел на нижнюю панель капсулы.

— Если фильтр забьётся совсем, потом может понадобиться.

— Потом и посмотрим.

— Я просто посмотреть.

— С места.

— Отсюда ничего не видно.

— Значит, отлично посмотришь на стену.

Грым недовольно прищурился, но остался сидеть.

Лекс тоже не подошёл к панели, хотя удержаться от этого было неожиданно трудно. Перед глазами всё время стоял жёлтый знак, и инженерная часть сознания уже сама строила цепочку: резервный фильтр, доступ, крепления, диагностика. Он мог хотя бы снять крышку, спросить дроида, попытаться понять — поэтому и не двигался. Айрин это заметила.

— Пойдём.

— Куда?

Она указала на противоположный угол сектора, где между двумя неработающими капсулами оставалось свободное место.

— Туда. Три шага. Это тебе сейчас по силам.

— Очень смешно.

— Я не шучу.

Они отошли. Лекс снова сел, но теперь так, чтобы не видеть мигающий знак напрямую.

Айрин устроилась рядом.

— Хочешь рассказать?

— Про писк?

— Про то, почему ты едва не полез туда сразу.

Он провёл ладонью по лицу. В голове ещё держалась сонная тяжесть, смешиваясь с воспоминанием о темноте интерфейсного слоя и линиях, которые рвались к нему, стоило Архитектору открыть аварийный доступ.

— Потому что я умею чинить, — сказал Лекс после паузы. — Или думаю, что умею.

— Разница есть?

— Огромная.

Айрин ждала.

Лекс посмотрел на свои пальцы. Под ногтями всё ещё оставалась чёрная грязь из шахты, на двух подушечках кожа была содрана, поперёк ладони шёл красный след от перекладины носилок.

— Дома я привык, что если вижу систему, то могу хотя бы разобраться, что она делает. Не всегда починить, не всегда быстро, но понять. Здесь это не работает. На полях я увидел связи в пульте и решил, что понимаю больше, чем понимал. В мастерской полез в накопитель — опять получил по голове. Здесь Архитектор открыл мне кусок своей системы, и я вообще не знаю, что он со мной сделал.

— Но Зураба спас.

— Да.

— Значит, не зря.

— Я не про это.

— Знаю.

Лекс замолчал. Белый свет ложился на её лицо ровно, без теней; от этого Айрин казалась более усталой, чем обычно. На щеке оставалась тонкая царапина после дороги, волосы сбились и местами слиплись от пыли. За последние сутки она почти не отдыхала, таскала носилки, держала Зураба, следила за капсулой, считала воду, перевязывала Грыма и его самого — а теперь сидела рядом и ждала, пока Лекс сформулирует то, чего он сам до конца не понимал.

— Когда эта штука откликнулась на цепочку, — продолжил он, — у меня на секунду появилась очень плохая мысль.

— Какая?

— Что раз она меня признаёт, значит, я имею право здесь командовать.

Айрин нахмурилась.

— Ты так подумал?

— На секунду. Потом Зураб дёрнулся в капсуле, и стало не до того. Но мысль была.

Он покрутил цепочку под рубахой, не вытаскивая наружу.

— Тот голос в накопителе назвал меня Наследником. Теперь Архитектор признал цепочку маркером доступа и открыл аварийный допуск. И знаешь, что страшно? К этому можно привыкнуть. Начать считать, что если дверь открывается от твоей руки, значит, ты лучше остальных понимаешь, куда за ней идти.

Айрин выслушала его до конца и спросила:

— Ты сейчас не пошёл к панели.

— Потому что ты встала перед ней.

— Нет. Я стояла рядом.

Лекс опустил руку от цепочки.

— Хорошо. Потому что вспомнил, что обещал сказать.

— Вот. Значит, пока не привык.

Он усмехнулся без веселья.

— Слабое утешение.

— Другого нет.

Три сигнала снова раздались в другом конце сектора. Лекс вздрогнул уже меньше.

— Роман тоже был инженером? — спросила Айрин.

—