Читать книгу - "Фантастика 2026-215 - Александр Изотов"

— Ну обижаешь, бросская ты тетеря! Первым испытанием в магии пыли — сделать стекло из песка! А песок я найду даже посреди океана…

Я усмехнулся. Внутри, в крохотной капельке, я чувствовал знакомую силу Тёмного Жреца. Как и связь с печатями в Таше, до которого нам было около часу пешего пути.

— Хм-м… Магия пыли весьма полезна, — я улыбнулся.

— Знаю, — буркнула она, — А теперь дай поспать! Хоть пару часов… А то я, кажется, скоро сама в пыль рассыплюсь.

Я не стал спорить. Укрыл её своим плащом и отошёл к Дайю, которая уже возилась с гарпиями. Девушка выглядела бодрой после ночной охоты, благодаря которой у нас теперь был плотный завтрак.

— Как далеко то святилище? — спросил я, глядя на восток, где уже занимался рассвет.

— До него лететь около часу, — Дайю кивнула в сторону горизонта. — Я помогу тебе, Малуш!

— Ты поможешь, если присмотришь за няней.

Я хлопнул себя по карманам. Кроме пробирки с кровью Улуга, у меня оставалось ещё три бирки. На всякий случай, если всё же придётся пробираться в Таш при активной магической защите Тёмного Жреца.

Две я передал принцессе.

— А теперь покажи мне мысли о том, как оно выглядит, это святилище…

Девушка надулась, но открыла мне разум при помощи тёмной связи.

— Присматривай за староханцами, — сказал я, забираясь на гарпию. — Сдаётся мне, они могут чего-нибудь учудить.

* * *

Святилище Яриуса, о котором говорила Дайю, оказалось громадным заброшенным храмом, вросшим в склон горы, которая возвышалась далеко на востоке от Таша. Когда я подлетел, то увидел массивные колонны из белого камня, потемневшего от времени, и покоящийся на них полукруглый купол. Всё это было окружено ореолом старой, потускневшей, но всё ещё могучей магии.

Я приземлился в сотне шагов от главной лестницы, ведущей к святилищу. Гарпия, потянув носом, беспокойно зашипела и попятилась — дальше она бы точно не пошла.

— Я тоже чувствую, — усмехнувшись, я похлопал её по плечу.

Тяжёлая магия, отпугивающая всё живое, волнами распространялась от святилища. Аура была настолько отвратной, что трудно было сказать — и вправду внутри какой-то кровавый жертвенник, где убили тысячи невинных, или это просто имитация? Историю храма я не знал, да и мне было неинтересно.

Но любой обычный смертный, если бы оказался здесь случайно, даже не рискнул бы заглянуть внутрь. Его бы прогнало чувство страха…

Я же спокойно двинулся вперёд, по ступеням, рассекая тяжкую ауру своим спокойствием, словно корабль. Не родился ещё Тёмный Жрец, который мог бы меня напугать.

Вскоре я ступил под громадный купол. Внутри было пусто и тихо. Эхо от моих шагов гуляло под высокими сводами, каждый скрип будто бы сопровождался чьими-то угасающими криками. В воздухе висел запах застаревшей магии. Стены были исписаны фресками, изображающими Яриуса в его лучшие годы — светлого, лучезарного, с мечом, разящим тьму. Сейчас эти фрески казались насмешкой.

Алтарь с давно отвалившейся побелкой, стоящий в центре, был увенчан статуей Яриуса, только с отломанной головой. Ну что ж, символично.

Я прошёлся вокруг, понимая, что в святилище больше ничего нет. Лишь алтарь и крыша над ним… Приложив руку к плите, я закрыл глаза, ощупывая окрестности аурой.

Загадка оказалась довольно лёгкой. Дверь, скрывавшая вход в подземелье, была у подножия алтаря. Закрытая, естественно… Ну а натёртый до блеска палец Яриуса, и это посреди общего запустения, намекал, что механизм скрыт не очень-то и хорошо.

Тёмные Жрецы на самом деле народ нервный. Если где-то есть что-то, что легко может их убить, они всегда будут ошиваться рядом — проверять, всё ли нормально. Вот и эти Адгам с Улугом, едва заключили друг с другом смертный договор, наверняка чуть ли не каждый день сюда наведывались, подозревая друг друга в обмане.

Помня, что везде могут быть ловушки, я попытался двинуть каменный палец магическим щупальцем. И удивился, когда понял, что материал статуи не реагирует на магическое воздействие.

Смердящий свет! Паранойя Тёмных Жрецов начинает уже бесить…

Ну что ж. Отбросив все страхи, я подошёл и взялся за палец, косясь на безголового Яриуса, который оттопырил пятую точку в боевом замахе. Усмехнулся, вспомнив старинную шутку, и потом дёрнул за пальчик.

Послышалось шипение, только совсем не там, где полагалось по шутке. Массивная плита под ногами отъехала в сторону, пахнув на меня тёмной магией — мощной и очень даже свежей.

Спуск был долгим. Каменные ступени уводили всё глубже и глубже в недра горы, воздух становился тяжелее, пропитывался сыростью и эхом моих шагов.

Наконец, я оказался в огромном круглом зале, освещённом магическими факелами. В центре его, на постаменте, лежал артефакт. Это было сердце — огромное, пульсирующее, и в нём чувствовалось две ауры. Скорее всего, сердце какого-то магического животного, использованное для обряда. Обычное дело в Магии Крови.

Вот он, договор Адгама и Улуга. Их общая смерть, если кто-то нарушит этот самый договор.

— Двух зайцев одним ударом, — с усмешкой сказал я, делая шаг вперёд. Но встал, вдруг сообразив, что попал в ловушку.

И в этот момент зал озарился светом. Из ниш, скрывавшихся за кругом света, вышли фигуры. Несколько десятков тёмных послушников, вооружённых до зубов — посохи, артефакты, мечи и луки.

А за их спинами, скрестив руки на груди, стоял Адгам Певчий. Тёмный бард собственной персоной…

— Ты немного задержался, бросс Малуш, — пропел он своим мелодичным голосом. — Негоже заставлять меня ждать… Смотрю, ты удивлён?

Я лишь повёл бровью, глядя на небольшую армию.

— Неужели ты думаешь, они меня остановят?

Судя по глазам некоторых послушников, даже они, со своей скудной тёмной аурой, почуяли, какой я противник. В рядах адгамова отряда зародился страх, когда я улыбнулся.

Тёмный бард театрально взмахнул руками:

— Не бойся, бросский воитель, мы подготовили тебе достойного противника.

С этими словами он подошёл к огромной, окованной железом двери в стене зала, тоже скрывавшуюся в тени. Он приложил к ней ладонь, я почувствовал веяние отпирающей магии, и дверь со скрежетом отворилась.

А потом я увидел его…

— Смердящий свет! — вырвалось у меня, и я отступил на шаг, — Да ты же идиот…

Адгам уже подготовил свою победную улыбку, но его лицо перечеркнулось обидой.

— Это как-то невежливо…

Это был упырь, но совсем не тот, которых я видел раньше. Это был гигант, ростом с меня, с кожей, покрытой ровным слоем мелких