Читать книгу - "Рулька ноль два. Сборник актуальной фантастики - Михаил Владимирович Бычков"

То и дело она демонстративно доставала модный телефон.

— Недешёвый матюгальник! Навороченный! — махнула она им, перехватив любопытный взгляд Алексея. — Одна из последних моделей. Всё гениальное просто, красиво и дорого.

Алексей открыл перед ней дверь кафе. В гардеробе Катя задержалась у зеркала и осталась довольна своим внешним видом.

— Алексей Юрьевич! — слегка поправив причёску, бросила она. — Смотрю на себя и думаю — повезёт же кому-то сегодня!

О! Кто бы знал, сколько сил и средств было потрачено ею на поддержание облика, который нравился многим!

Катя критическим взглядом окинула кафе и резко повернулась к Алексею. С гримасой разочарования она сделала шаг назад и расправила плечи, демонстрируя своё глубоко декольтированное платье. Определённо, в этом была провокация. И Алексей отметил, что она сейчас так же притягательна, как в день их первой встречи. Эта мысль отсылала его на три года назад. Он захотел вспомнить ту самую необыкновенную минуту преображения, когда любовь проникает в сердце, накрывает сознание и вводит в состояние, близкое к помешательству. С первого взгляда…

Он увидел Катю летом на улице, в очереди, кажется, за апельсинами. Она ему сразу понравилась. Алексей до неприличия долго любовался её красотой. Когда Катя отошла от прилавка, он преградил ей дорогу и смущённо стал нести какую-то чушь. Он всегда стеснялся знакомиться с девушками на улице. Он считал, что выглядит в такие моменты нелепо, и от этого ещё больше смущался. Позже Катя рассказала ему о своём впечатлении от их знакомства:

— Ты был по-настоящему смешон, Алексей Юрьевич! — при этих словах она высоко подняла голову. — Ты выплыл ко мне откуда-то сбоку с идиотской улыбкой. Первые мгновения нашего знакомства ты стоял передо мной обалдевший, словно тебя пыльным мешком по голове огрели. Раз ударили! Второй огуляли! Третий накатили!.. Ты стоял и пожирал меня глазами. Они излучали дикий восторг. Растерянный, жалкий, беспомощный — классический портрет влюблённого! Как первобытный человек, ты выдавливал из себя восторженные звуки. Пык-мык, мык-пык. «Ты так настойчиво мычишь, что хочется раздеться», — улыбнулась я. Сразу было не ясно, умеешь ли ты говорить? Понятное дело — клиент втрескался! Или сумасшедший?.. Надо было безучастно пройти мимо и не оглядываться. Затеряться в толпе. Так советуют поступать психологи. Но я почему-то сразу отнеслась к твоему состоянию с сочувствием, а затем решила сдаться.

— Может быть, мы продолжим наш увлекательный диалог за чашечкой кофе? — предложила я сама, не дожидаясь твоего детского предложения, наподобие: «Девушка, давайте я вас свожу в кино, куплю мороженое…». Новичкам везёт.

— И ещё ты сказала о себе: «Красивая, жизнерадостная и весёлая девушка с оптимистичным взглядом на жизнь, тонкой душевной организацией, живым блеском в глазах и харизмой», — добавил Алексей и тут же прокомментировал: — Недаром в дикой природе всё красивое и привлекательное смертельно опасно.

— Да! Для одних я — солнышко, для других — солнечный удар, а кому-то и вообще ничего не светит! Могу согреть, а могу и сжечь дотла. Жил бы ты сейчас спокойной одуванчиковой жизнью, если бы не напоролся на меня! — хлёстко добавила Катя. — Но вернёмся к воспоминаниям о нашей первой встрече. Через пару минут знакомства печать острого недовольства на моём лице сменилась благосклонной улыбкой. Ты прекрасно знаешь — я не из тех, у кого на лбу зажигается табло: «Хочу замуж! Жду предложений! Но за очень страшного не пойду!» или «Согласна на мужчину любого возраста и наружности, за исключением прокажённых и буйнопомешанных!».

— Там было написано: «Хочу влюбиться! Ищу жертву!» — добавил Алексей.

— Подтруниваешь?.. Нет! Ты мне тогда определённо не понравился… Долговязый очкарик, застенчивый, сорокапятилетний индивидуум с правильными чертами лица и глазами непризнанного гения, неопытный в смысле уличных знакомств. Мямлил что-то несуразное о красоте Петербурга и его пригородов. Расточал в мой адрес комплименты. Тоска! Я и без тебя знаю, что безумно красива! Лихорадочно и безуспешно ты искал тему, интересующую меня. Я коротко обозначила круг своих интересов: «Кулинария, косметика, шмотки, шопинг и прочая женская дребедень». Боже мой, как безвкусно ты был одет! Безобразная футболка в стиле «винтаж шик», мятые джинсы как у хиппи, запорошённые пылью штиблеты типа «чоботы». Меня подмывало спросить: «А осенью вы носите телогрейку? Жаль, что теперь не осень!» Словом, выглядел ты как оборванец. «И этот тип посмел приблизиться ко мне?!» — с отвращением подумала я. Что ты мог противопоставить моей идеальной внешности? Успокойся! Ты никогда не обладал наружностью гусара, сокрушителя женских сердец. Я до сих пор не могу понять, зачем ты так загадочно и напряжённо держал правую руку в кармане куртки, словно стиснул там гранату? Ты решил на случай неудачи подорваться вместе со мной? Чтобы и мокрого места не осталось?.. Ха! Очень эффектно, очень романтично! Вот что делает с нами настоящее чувство! О нас написали бы в криминальных сводках! Наши останки показали бы по телевидению в репортаже под заголовком «Взрывоопасная любовь» или «Термоядерная страсть»! Я безошибочно определила, что ты так смел, потому что женат, и готова была гордо произнести: «Я не встречаюсь с женатыми мужчинами! А ваше враньё, молодой человек, рано или поздно выяснится!» Ты попытался обвести меня вокруг пальца! Когда я привела тебя в турфирму, помнишь — на вопрос о семейном положении в анкете ты ответил: «Безвыходное».

— Разве я тогда солгал? — грустно улыбнулся Алексей. — А ты в графе «Профессия» написала: «Красавица».

— И эта профессия меня кормит… Вернёмся к основной теме разговора. Твоя неуклюжая попытка познакомиться со мной была обречена на неудачу, но я решила сдать крепость без боя!.. Почему? Мне в тот момент было одиноко, я скучала. Меня ежедневно одолевал сплин. А одиночество — это состояние, о котором даже некому рассказать.

— «Любить, нельзя использовать» или «Любить нельзя, использовать» — куда ты тогда поставила запятую?

— Сам подумай! Надо же — великое счастье привалило! Какая мне была корысть тусить с тобой — женатым оборванцем?! Женить тебя на себе я не могла! Потрошить твои карманы? Было бы чего потрошить!.. Просто моё чуткое сердце тронули тогда твои откровенные и грустные стихи:

Людей не делает добрее

Капитализм — известный зверь.

Я потихонечку зверею,

Теряя счёт своих потерь,

Духовных, нравственных и прочих.

Всё на продажу!

Важен сбыт!

Под сенью лозунгов порочных

Врастаю прочно в волчий быт.

Зато растёт моя контора.

Куплю — продам,

Продам — куплю.

Пойму, наверно, очень скоро,

Что я давно уж не люблю