Читать книгу - "Лучше, чем настоящая жизнь - Брук Кроуфорд"

Они ели молча: Нетта, скрестив ноги на диване, а Мо в одном сапоге не по размеру, положив ногу на ногу. С каждым куском Нетта чувствовала, как живот сжимается при мысли о предстоящем разговоре. Она должна была рассказать Мо про выкидыш и свои планы на ребенка. И ей надо было узнать про Лорену. Он задолжал ей объяснение причин своего исчезновения после Маргита.

Мо взял ее пустую тарелку и поставил вместе со своей на кофейный столик. Он повернулся к ней. Его лицо было напряжено.

– Итак, – начал он, – нам надо многое обсудить.

Глава пятьдесят восьмая

Нетта

– Я был в полном унынии, – покачал головой Мо. – Лорена сама мне позвонила, попросила помочь с записью песни – она хотела, чтобы я ее продюсировал. И я пошел на встречу. Мне нужно было на чем-то сосредоточиться, кроме… Ну, ты поняла. – Он постучал пальцем по лбу. – Она предложила выпить в небольшом баре внизу студии, и, когда мы выходили, нас уже ждала толпа фотографов.

– Она сама их вызвала?

– Да, потом призналась. Я знаю, все выглядело так, будто мы были на свидании, но Лорена меня не интересует. – Он потер заднюю часть шеи и посмотрел Нетте в глаза. – Она же не Нетта Филипс.

Эта фраза зависла в воздухе, словно воздушный шар, готовый унести их обоих прямиком в небо. Мо смотрел на Нетту, но она быстро отвела взгляд и сосредоточилась на своих сложенных на коленях руках.

– Дело в том, что… – начала Нетта, едва сдерживаясь от слез, – что я уже не та Нетта Филипс, которую ты знал. По крайней мере не та, что была в Лондоне.

Мо взял ее руку в свою.

– Что ты хочешь сказать?

И вдруг в Нетте словно прорвалась плотина, сотрясая ее тело, заставляя сердце неистово биться.

– Просто я… теперь другая, – прошептала она. – И я не знаю, смогу ли стать прежней после всего, что случилось.

– Боже, Нетта. – Лицо Мо скривилось от сострадания. – Прости меня за то, что я сделал. Я не хотел…

– Не ты, – уточнила Нетта дрожащим голосом. Она убрала свою руку, и Мо немного отстранился, словно чувствовал, что ей нужно дать немного пространства. – После приезда домой я узнала… – Она всхлипнула. – Что беременна.

Глаза Мо округлились. Он молча указал пальцем себе на грудь и вопросительно поднял брови.

– Нет, он был не твой, – помотала головой Нетта. – А Пита.

Мо немного помолчал.

– Погоди, ты сказала был? В прошедшем времени?

Нетта выпрямилась и слабо кивнула.

– Несколько недель назад у меня был выкидыш. – Она сжала губы и, не глядя на Мо, попыталась побороть слезы. – Это было… Ужасно.

– Нетта, мне так жаль. – Мо потянулся, чтобы обнять ее, но она отстранилась, уверенная, что от этого станет только хуже.

– Я была так счастлива – и напугана одновременно, – когда тест оказался положительным, хотя и знала, что это ребенок Пита. А потом я его потеряла… – Нетта сделала глубокий вдох, прежде чем продолжить. – Это меня опустошило. Беременность казалась такой естественной, такой правильной. Словно я наконец оказалась в нужном месте после долгих лет блуждания по неведомым закоулкам. – Она посмотрела в его озадаченные глаза. – И тогда я поняла, как сильно хочу ребенка. И мне пришлось смириться с тем, что у меня осталось не так много времени. Мне уже сорок. Я не могу больше ждать. Я принялась за дело и уже начала тратить на него деньги, полученные после гала-вечера.

Мо молчал, обдумывая сказанное.

– Ты будешь потрясающей матерью, Нетта. Идеальной.

Она благодарно улыбнулась.

– Не думаю, что на свете существуют идеальные матери. Но знаю, что всегда буду делать все возможное – если мне повезет и я снова забеременею. – Она сделала глоток виноградного сока, прикинувшегося вином. – И если ничего не получится, то я хотя бы не буду всю жизнь жалеть о том, что даже не попыталась.

Мо вдруг заметил, что с ноги все еще свисает сапог.

– Надеюсь, у тебя все получится. Ты этого заслуживаешь, Нетта.

– Ну вот, думаю, я все сказала. А что ты? Ты тоже кажешься другим человеком.

Мо скинул сапог и подался вперед, обхватив голову руками.

– Да. Можно сказать и так.

– Поделишься?

– Для начала, нового альбома не будет.

– Значит, это не просто пауза?

Он мрачно улыбнулся.

– Нет. Но это моих рук дело. Я знал, что случится, если я не предоставлю материалы, и я их не предоставил. Не смог. Я не могу притворяться лучшим человеком, чем я есть, – это моя вина.

– И что ты будешь делать теперь? – Нетта зажгла лампу, стоявшую на столике у дивана, и ее мягкий свет наполнил комнату. – И как же расширение «Играй ярко»? Оно тоже отменяется?

– Если честно, я не знаю, что буду делать дальше, – покачал он головой. – Музыка – это все, чем я занимался последние несколько десятилетий. – Он откинулся на спинку дивана, на его лице заплясали отброшенные светом лампы тени. – Но что касается «Играй ярко»… Оказалось, что интервью было хорошей идеей. Мы еще немного ее раскрутили, и теперь у Мава нет отбоя от желающих сделать пожертвование. Мы сейчас в процессе оформления организации как публичного фонда, и расширение идет полным ходом.

– Это потрясающе, Мо, – улыбнулась Нетта. – И, возможно, перерыв в карьере пойдет тебе на пользу.

– Возможно. Но дело в том, что именно работа держала меня на плаву все это время. Она словно отделяла мое настоящее от прошлого, если ты понимаешь, о чем я.

Нетта провела пальцами по его плечу, чувствуя, как напрягаются его мышцы.

– Ты имеешь в виду то, что случилось с твоей мамой?

Мо кивнул.

– Последние несколько недель были ужасными. – Он печально улыбнулся, глядя в пол. – Словно внутри меня огромный кратер, и, пусть это, конечно, глупо, но теперь я понимаю, что от падения в пропасть меня удерживала работа. – Мо замолчал и взял бокал вина. – Когда я рассказал тебе про маму… – Он поднес бокал к губам и сделал большой глоток. – Дело в том, что я хотел быть с тобой честным. Я желал тебе о ней рассказать. В тот уик-энд я чувствовал с тобой такую близость, что не хотел тебе лгать. Я мечтал, чтобы ты увидела меня – настоящего меня, – чтобы ты чувствовала себя так же, как и я, и между нами все было серьезно. Я не хотел прятаться за маской того, кем я обычно притворялся.

Помедлив, Мо сделал еще один глоток вина.

– Но после того, как я произнес это вслух, нечто во мне сломалось. Словно кто-то выбил почву у меня из-под ног и