Читать книгу - "Летний фарс - Долорес Медио"

много рифов, — только не заплывайте далеко! И тем и другим напоминаю, что у нас два долгих часа. Но очень прошу: к половине второго все будьте у машины. Нашему «Родольфо» предстоит сегодня одолеть больше километров, чем обычно, а к обеду он должен привезти нас домой.

Как всегда, почти никто не слушает последних слов. Дети, соревнуясь в ловкости, устремляются по крутой лестнице.

Гонсалито кричит:

— А ну, кто первый! — И несется вниз, как на санках.

Другие бегут за ним, а родители, чтобы не упустить детей из виду, вынуждены последовать их примеру.

Донья Амалита шокирует общество своими шутками:

— Ах ты, ах ты!.. Куда пес, туда и хвост!.. Вон как дон Элеутерио скачет, ноги в руки… Беги, беги, а назад полезешь — запыхтишь, как паровоз! Дорого тебе обходится… Он ведь не за детьми бежит, мне ли не знать! Он бежит за свояченицей! Да, да, я зря не скажу. Я все вижу… прямо как рысь.

Донья Клара спрашивает:

— Простите, кто? Как вы сказали?

— Да рысь же, рысь. У нее глаза острые.

— Господи, что ж это!

— А вы не знали? Рысь, она видит то, чего еще нет.

— Вон что!.. Это я понимаю… Как пророк…

— Ладно, пускай пророк. Теперь говорят «рысь»: «Он видит, как рысь».

— Вон что… Ну что творится… Это тоже на Ватиканском соборе постановили?

— Да что вы! Какие соборы! Когда я маленькая была, так говорили, а с той поры сколько воды утекло… Свекровь моя любила про рысь ввернуть. Она, мол, как рысь, ее не обманешь!

Марсела, девушки из Наварры и парни с гитарами, с удовольствием слушавшие старушечий диалог, подходят поближе:

— Боитесь туда спуститься? А пляж какой красивый!

— Красивый-то он красивый. Пейзаж, не пляж!.. Истинно пейзаж… Вон какие камни, полосками… Хе-хе… Прямо футболка! Бывает же, господи! Да вот лестница длинная…

— Не бойтесь, Мали. Идемте… И вы, донья Кармен, донья Клара. А подниметесь потом, слева, по песчаному склону… вон там, по дороге к кемпингу…

Донья Амалита решительно толкает вперед богомолок:

— Пошли, девицы, чтоб не сказали ничего! Молодежный фронт уже внизу!

Донья Кармен и донья Клара ломаются и не идут.

— Ой, нет! Правда, Клара? Завтра у нас все будет болеть…

— Нет, Кармен, нет!.. Ступенек столько…

Донья Амалита презрительно пожимает плечами:

— Ай-ай-ай… Вам же хуже!.. Ну и старушенции! Я свои болячки строго держу, с места не тронутся. Да я и не знаю, где их место. Пошли, ребята! Вперед, молодежь! — И кидается вниз, вслед за детьми. — Совсем не страшно! По мне — чик-чирик! А там — хоть все мухи налетай!

Дети смеются. Марсела, как всегда любезная, пытается ей помочь:

— Ладно, ладно, обойдемся без мух, возьмите-ка меня под руку!.. Вы мне должны рассказать…

Донья Амалита отталкивает ее:

— Иди, Марсела! Не ровен час, свалишься… А я и одна умею спускаться. Мне только первые семьдесят стукнуло, я просто розочка!.. Так говорила моя свекровь, царство ей небесное, хотя уж ей-то до розы… Глядите, где аристократы идут!.. Ах, Флорита, Флорита!.. Веером — р-раз… Пошли утки в воду… Да, прибывает народ…

Народ прибывает — из кемпинга, из «Солнца и тени». Даже супруги Канталапьедра и донья Флорита с доньей Ньевес идут на пляж, не отказываются от купанья. А дон Ильдо с женой хотят пофотографировать. Для доньи Паскуалиты это истинное приключение.

— Ах ты, господи, как будто мы в другой мир попали! На луну!.. Когда детям расскажем… Ильдо, не снимешь меня на этой скале? Постой, постой, платок повяжу…

Дон Ильдебрандо ворчит на ходу:

— На скале, на скале… Разве это пейзаж? Ничего не видно… Надо найти простор.

Донья Паскуалита с трудом поспевает за шагающим по песку мужем:

— Простор?.. Детям нужно мать увидеть… да что там, конечно, я не пейзаж и не памятник.

— Ну, оставь! Не обижайся… Я тебя сниму на фоне лестницы. Прекрасное фото! Будет видно, как низко расположен пляж.

— Хорошо придумал… На фоне лестницы… Ах, господи, что за пляж! Погоди минутку, разуюсь… Ты меня сними в воде, у этих скал. Смотри, какие красивые. Дети удивятся…

Дон Ильдебрандо снимает жену и там, и сям. Он радуется, когда она просит того, чего он и сам хотел.

— Дай мне аппарат. Теперь тебя снимем… Разуйся, закатай брюки… Нет, лучше без пиджака. С короткими рукавами будет совсем по-летнему… Ты так загорел… Не там, не там! Ты стой в воде. Вот так. Папа в воде… Дети скажут: «А дедушка-то, дедушка!» Не двигайся, я ведь плохо снимаю… Вот, все! Теперь у лестницы…

— На фоне лестницы ты снялась. Не надо повторяться. Еще поснимаем на маяке.

— Да, да, конечно… на маяке… Какой он красивый… Всего хорошего!.. Смотри, Ильдо: донья Амалита, Марсела и еще молодежь…

Дон Ильдо и его жена идут у самой воды, предупредительно кивая знакомым:

— Всего хорошего… Желаем поразвлечься, повеселиться…

— Купайтесь, купайтесь, вода теплая…

Когда они удаляются, донья Мали говорит:

— Откуда ей знать, какая вода? Она же идет по берегу за доном Ильдебрандо… Вон как скачет за мужем, птичка-невеличка! Самочка за самцом…

— Они очень хорошие.

— Такие милые.

— А я ничего не говорю! По мне, и они, и Херонимо с женой…

Никто не узнал, что думает об этих супружеских парах донья Амалита, — она что-то увидела:

— Глядите, кто там идет!.. Одинокий Волк. Я так думаю, он от чего-то бегает.

— Донья Мали, донья Мали, не фантазируйте! Хуану Крисостомо не от чего бегать. Разве что от людей. Он любит гулять один. Как я… Как все, кто хочет уединиться.