Читать книгу - "Проклятие сестер Зыонг - Кэролин Хюин"

Марк открыл рот и сразу закрыл. У него над головой как будто появилось облачко, как у героев комиксов. Он начал что-то отвечать, но подошла официантка и поставила перед ними два пива. Марк спросил у нее, из какой она части Вьетнама. Присцилла приготовилась к очередному долгому разговору с очередной официанткой.

Девушка, к огромной радости Марка, оказалась с севера. Он посмотрел на Присциллу, мол, «я же тебе говорил», и пустился в рассуждения о том, какой север все-таки замечательный. Завел длинный монолог о бухте Халонг: она поражает воображение, когда видишь ее впервые; ветви баньяна низко висят над землей в переулках вокруг кофеен, люди сидят на пластиковых красных стульях, и Марк обожает их разглядывать. Присцилла стала вся пунцовая, чувствуя, как ее отодвигают все дальше и дальше, не вовлекают в разговор. Она пожалела, что заговорила по-вьетнамски в начале вечера. В те редкие разы, когда она говорила на родном языке, это всегда выходило ей боком.

Официантка придвинула стул, потому что Марк пригласил ее сесть рядом, и смеялась над его рассказом о том, как он прятался в барах во время комендантского часа. Потом они заговорили о политике — о том, как много коррупции в некоторых северных регионах, как местные бизнесмены дают взятки полиции, и потому даже в час ночи на «улице куриных лапок» все стоят на ушах. Присцилла молча цедила пиво. Может, рассказать им, каково это — вернуться во Вьетнам, будучи американкой вьетнамского происхождения? Но ее никто не спросил, и она ушла в себя. Присцилла ждала.

Ждала и ждала. Как хорошая собака.

Ждала, пока Марк вспомнит. Вспомнит, почему на работе они указали номера друг друга на случай экстренной ситуации. Почему провели прошлое Рождество вдвоем, а не каждый со своими родственниками. Почему она не отходила от него, когда его сестра попала в больницу после автомобильной аварии. И почему он был рядом с ней, когда она рыдала после скандалов с матерью.

* * *

Причина расставаний — человеческий фактор. Их с Марком расставание случилось в два часа ночи. Присциллу разбудила вибрация его телефона прямо возле ее уха. Они лежали в постели, голые и липкие после секса. Марк уснул, положив руку ей на талию, телефон выглядывал из-под подушки. Она что-то сердито буркнула и потянулась к трубке, чтобы отключить вибрацию. Тут она увидела сообщения от Мэгги.

«Остановимся в одном отеле в Китае?»

«Блин, все уже разбились по парочкам»

«Это что, акция „Возьми свою девушку в командировку“? Хорошо, что ты не такой зануда и к тому же свободный»

«Давай напьемся? И поедем потом в Сингапур:)»

«Или во Вьетнам?)))»

Мэгги не имела ни малейшего понятия о том, кто такая Присцилла, и от этого Присцилле стало противно, тошно, мерзко. Мэгги даже не в курсе, что у Марка есть девушка! Зато Присцилла знает о существовании Мэгги уже несколько месяцев. И даже успела нафантазировать себе, что ее соперница — идеальная азиатская женщина. Молодая, ничем не обремененная, свободная. Присцилла из кожи вон лезла, только бы стать для Марка лучшей версией Мэгги, а Мэгги и не догадывается, кто она такая!

И тут ее терпение лопнуло.

Все, что Присцилла запомнила о той ночи, были ее душераздирающие вопли. Азиатские нотки в голосе с южнокалифорнийским акцентом. Так мать орала на отца много лет, пока Присцилла была маленькая. Так мать орала на дочерей, предостерегая их «никогда не выходить замуж за вьетнамцев», потому что они нгу дот, идиоты. Из-за этих воплей десятилетняя Присцилла закрывала уши и ужасно хотела быть японкой или китаянкой, только не вьетнамкой. Хотела быть нормальной азиаткой.

— Ты любишь Мэгги?! — Голая Присцилла расхаживала взад и вперед по комнате, схватившись за голову. По лицу катились слезы.

— Нет, конечно! Почему ты такая ревнивая и неуверенная в себе? — Марк посмотрел на часы. Четыре утра. Он простонал и ударил себя подушкой по лицу, его сморщенный после секса пенис задрожал в лунном свете. — Утром мне готовить большую презентацию для китайской командировки. Зачем ты так со мной сейчас?

— Покажи телефон. Я хочу посмотреть все твои переписки.

— Не покажу. Ты должна мне доверять.

— Я тебе доверяю. Телефон покажи. Можешь мой посмотреть.

— Знаешь что, Присцилла? Моя бывшая, тайка, никогда со мной так не разговаривала.

— И чего ты на ней не женился тогда, а?!

— Потому что не хотел платить за нее син сод! Это прошлый век!

— Какой еще син сод?! — вопила сбитая с толку Присцилла. — Я не тайка! Откуда мне знать, что это такое?

— Это выкуп, который в Таиланде платишь за невесту! Больше я ничего не знаю! — заорал в ответ Марк, запуская пальцы в волосы. — Жених должен передать семье невесты деньги или типа того. Я не узнавал!

Присцилла резко остановилась и посмотрела на Марка, словно перед ней незнакомец. С кем она провела последние три года? Ее голос задрожал:

— То есть ты встречался с девушкой три года и не захотел жениться на ней из-за выкупа?

— Почему мы вообще обсуждаем это сейчас? Какая разница?! — Марк всплеснул руками. — Это было сто лет назад! Я был молодой! Все уже давно все забыли!

— Ты совсем не понимаешь, что ты сделал? Морочил девочке голову несколько лет. И мне сейчас морочишь голову. — Присцилла не верила своим ушам, она старалась не расплакаться и сохранить каменное выражение лица. Трещина в их отношениях дошла до ее сердца, и Присцилла с трудом держала себя в руках. — Что стало с тем мужчиной, в которого я влюбилась и который полюбил меня? Я думала, мы знаем друг друга. Ты единственный человек, к которому я могу обратиться за помощью. Ты моя семья, Марк, у меня нет никого, кроме тебя.

Марк тяжело задышал.

— Я думал, что смогу быть таким человеком для тебя, Прис, но я ошибся. Для тебя я и парень, и лучший друг, и мать, и отец, и все твои сестры — я, блин, все на свете! Кто вообще способен оправдать такие высокие ожидания? Я не заменю тебе остальных людей, Присцилла. Никто не заменит.

Она пошатнулась. Как будто Марк наотмашь ударил ее по лицу. Сейчас, конечно, можно сделать шаг назад, передохнуть, выйти на улицу, остыть, но ей это надоело. Она всю жизнь первая делала шаг назад.

— Отлично. Убирайся. Найди себе очередную азиатку, тебе не впервой! Азиаток в мире миллиард, а я просто одна из них.

Она швырнула подушку ему в лицо.

— Господи, ну почему ты вечно все усложняешь?! Да никто в здравом уме не захочет с тобой