Читать книгу - "Селфхарм - Ирина Горошко"

может, похвалит. Хочется поднять руку, как в школе, и ответить. Ане приходится сделать усилие, голос появляется не сразу, но вот она говорит:

– Это Кали, одна из индуистских богинь. Кали – это ярость и разрушение. Её призвали бороться с демонами, но она настолько разбушевалась, что после победы над демонами продолжила просто крушить этот мир. Гнев Кали – это освобождающий гнев, который помогает разрушить то, что больше не работает. Джульетта, помните перформанс Барбары, который Дубовский привозил, где она голая в крови танцевала? Там же тоже отсылка к Кали. Идея в том, что, чтобы создать новое, нужно уничтожить старое – вот это делает Кали. Мне кажется, в этом спектакле именно её образ даёт как раз надежду, что хотя бы у какой-то из сестёр получится, разрушив эти патологические, душные связи, выстроить что-то новое – и спасти себя.

– Аня, а тебе не стоит ли уже спать идти, а? Ты ж всё ноешь, как не высыпаешься, ну вот и давай, иди, завтра нам вообще в пять тридцать в аэропорт вставать.

Щёки Ани пылают, пальцы сжимаются, грудь сдавливает. Она это и правда только что услышала? Джульетта и правда так с ней разговаривает? Прямо при Игнатовой?

В горле застревает склизкий камень. Либо Аня сейчас что-то скажет, отхаркнёт, выплюнет его в рожу Джульетте, либо проглотит, и он упадет прямо в желудок – разлагаться и пропитывать ядом её тело.

– Всё, проси счёт, пора в отель, – Джульетта уставилась в экран телефона.

Не ты первая, Аня, пытаешься плюнуть в Джульетту своими этими выебонами о том, что ты там что-то в книжках читала. Люда таким же занималась и так же была обломана. Что, считаешь себя лучше Джульетты? Тыкаешь Джульетту носом в то, что она чего-то не знает? Магистерскую она про театр писала, фу ты ну ты. А слабо фестиваль сделать? Денег найти, со всеми договориться? А? Вот же девки, думают, что потянут, что можно вот так, не принимая ничего всерьёз, чего-то добиться, просто трепля языком?!

Сожрёшь это, Аня, сожрёшь?

Сожрёшь.

*

Лежать можно или на правом боку, или на левом. Лежишь на спине – болит поясница. Лежишь на боку – ноет плечо, причём раньше только правое, а теперь и левое туда же.

Если вдруг случается глубокий крепкий сон, то Джульетта просыпается на спине от боли. Поясницу сжимают в кулак, копчик и крестец, все мышцы. Сжали – и продолжают сжимать сильнее, накручивать, тянуть, растягивать. Боль сосредотачивается в спине и ползёт ниже, по ягодицам, по бёдрам. Даже если умудришься подняться, а это не такое простое дело, то боль сразу не пройдёт. Чем дольше лежала на спине, там больше будешь ходить и кряхтеть, как бабка старая.

Лучше бы и не спать вовсе, и, кажется, Джульетта именно к этому и приближается.

К кому только ни ходила с этим: неврологи, нейрохирурги, остеопаты, массажисты и иглоукалыватели. Всё равно боль всегда возвращается. На операцию так и не решилась, да и нейрохирурги эти, ну что такое, у троих была, самых крутых в Минске, и все трое не рекомендовали операцию, потому что «нет уверенности, что данный симптом вызван именно грыжей». А чем, блядь?

Подружка у неё была, Маринка, вся такая прибабахнутая, в йоге и медитациях, так нарыла где-то, что «по психосоматике» проблемы с поясницей – это «генерализованное самообесценивание». То бишь не в костях и костном мозге дело, а в том, что Джульетта саму себя ни во что не ставит и потому тело «ломается» в самой своей опоре, на главной оси.

Какая чушь.

А в опоре ломается, продолжала Маринка, потому что тебе опереться не на что и не на кого, Джульетта! Всё на себе тянешь, никому помочь по-настоящему не позволяешь. Мужик твой на шее сидит, мамашка тоже, ну так и понятно, не выдерживает ось, ломается. Надо разгружать. Учиться быть слабой, зависимой. Просить о помощи. Пробуждать женственность, вот Боря твой когда тебя трахал в последний раз?

Ну и тут Джульетта взорвалась. Одно дело всю эту чушь толкать про психосоматику, другое – лезть к ней в постель.

Больше они с Маринкой не общаются. Хотя Джульетта скучает. Иногда им было весело.

Январь 2016

Ручка падает на пол.

Вода в стакане.

Стакан на столе.

Пить, дышать, дышать, пить.

Не получается.

Не получается, блядь!

Да что не так? Это же LIFT, театральный фестиваль в самом Лондоне! Сначала «Арт энд блад» дали всего одно место с покрытием расходов на перелёт, но Джульетта, милая, добрая Джульетта выбила грант ещё и для неё, для своей помощницы Ани!

Аня, просто же.

В графу «Пассажир 1: имя» – своё имя.

В «Пассажир 2: имя» впиши – Julietta.

«Пассажир 2: фамилия» набирай – Gromovskaya.

Пальцы трясутся, не держат стакан. Не держат карандаш. Зачем карандаш? Просто набирай.

Клавиши разбегаются, как по ним вообще попасть?

Мне приснилось небо Лондона.

Кто же из нас первый упадёт

Вдребезги на…

Простейшая операция: заполнить заявку на бронирование авиабилетов, ты сто раз это делала. Внести паспортные данные. Отель в центре города забронирован, номер крохотный, но это же

ЛОНДОН!

Представь, как охренеют Вика и все остальные. Представь, как эпично это всё будет.

Аня пытается ввести имя.

Аня не может.

Лондон. Джульетта. Вместе.

Ты же мечтала об этом, Аня.

Спектакли.

А может, и нет.

Джульетта.

Джульетта.

Номер с одной кроватью, как всегда.

Не в этом дело.

Кто же из нас первый упадет…

…вдребезги на…

Стакан летит на пол. Поднять стакан. Не получается. Правая рука отключилась. Тело не шевелится, воздух в него не проходит.

Горло сжимает.

Грудь каменная.

Не продохнуть.

Плакаты на стенах пляшут, потолок перетекает в пол, пол – в потолок. Она поднимает куски тела с кресла и выносит их из офиса. Почему никого нет? Куда все делись?

Сердце разламывает грудину и вылетает. Воздуха нет, он закончился.

так вот ты какая, смерть

зато уж точно никуда не нужно

никакого лондона не будет

никакой ани

никакой джульетты Февраль 2016

Аня сутулится за рабочим столом, из деревянной рамы свистит ветер. Кутается в шерстяной свитер, пальцы нависают над клавиатурой.

Из раскрытой настежь двери соседнего кабинета орёт:

– Блядь, Катя, ты понимаешь, что так дела не делаются? Где отчёты по продажам билетов, где технические параметры декораций, кто этот проект вообще ведёт?

Аня затыкает уши наушниками. Включает радио.

– Аня, что там с площадками? – Джульетта слишком близко, летучие вещества тошнотворных Джульеттиных духов атакуют рецепторы.