Читать книгу - "Стеклянный мир - Кун Кун"

красных чернил. Края отпечатка были искусно подразмыты. Процесс изготовления фальшивого пропуска занял всего один урок музыки. Пока учительница нажимала на клавиши синтезатора, Чжоу Вэй нажимала на тонкое лезвие ножа, вонзая его в мякоть редьки. Ближе к концу половина ящика парты была завалена изуродованными ошметками корнеплода, слипшимися друг с другом, будто лотосовые руки непочтительного сына Нэчжи, решившего отрастить себе новые конечности[49].

Рука Чжоу Вэй лежала на плечах Се Ижань, и, когда подруги вышли за ворота, их охватило чувство страха, какое охватывает всех беглецов. Се Ижань тут же потянула подельницу в переулок, и они пустились бежать. В какой-то момент их сердца едва не выскочили прямо из глоток, и только тогда они остановились, тяжело переводя дыхание. А потом расхохотались, после чего, снова крепко взявшись за руки, зашагали дальше в ногу.

В игровом зале с аркадными автоматами квадратные и цилиндрические блоки звуков проносились перед лицом Чжоу Вэй. Она суетилась, словно хлопочущая крыльями дикая утка, но Се Ижань явно была мастером своего дела. С каждым ударом барабанной палочки звуковые блоки плавно исчезали. Чжоу Вэй после нескольких неудачных попыток сдалась, отбросив свою палочку, и подруги отправились в ларек за мороженым: традиционная программа, когда они прогуливали уроки.

– Я тебя совсем испортила. – Се Ижань откусила кусочек от хрустящего вафельного стаканчика и вернула мороженое подруге.

Ничего не говоря, Чжоу Вэй осторожно надкусила оставшийся после Се Ижань полумесяц. От этого она испытала странное щекочущее чувство, будто от поцелуя. Ей стало стыдно от собственных мыслей, но ведь Се Ижань сказала, что это она ее испортила, так что сама Чжоу Вэй не виновата.

Так же было и с мамой Се Ижань, тетей Чжу, которой очень нравилась Чжоу Вэй. В один из дней подружки сидели за компьютером и читали сёдзё-мангу. Едва тетя Чжу повернула дверную ручку, Чжоу Вэй как мышка быстро метнулась на вкладку учебных заданий. Мама Се Ижань аккуратно поставила на стол тарелку с заботливо порезанными фруктами с воткнутыми в них зубочистками и погладила подругу дочери по волосам, сказав:

– Ах, если бы Се Ижань была такой же послушной и училась так же хорошо, я была бы на седьмом небе от счастья!

Чжоу Вэй чувствовала себя так, будто ее отхлестали кнутом, свитым из незаслуженной похвалы. Ей было очень стыдно, как в тот раз, когда она в пять лет вдруг задумала украсть из ящика матери пятьдесят юаней и растратить их, но очень скоро была поймана с поличным в школьном буфете.

Прирожденная воровка, аферистка-самоучка, она прошла сквозь огонь и воду, обманув и вспыльчивую Чэнь Сянлань, и подозрительную двоюродную сестру, и наивных теток, и даже лучшую подругу.

Однажды в сумке у Се Ижань неожиданно обнаружились сигареты. Это была красная пачка «Чжунхуа»[50] с картинкой площади Тяньаньмэнь на упаковке. Товарный поток пролегал через черный саквояж ее отца, внутри которого сигаретные пачки громоздились, как золотые слитки: «случайный» улов из очередной его командировки. Такие сюрпризы были постоянным явлением в семье подруги: конверт, втиснутый под обложку фальшивой книги, в котором пряталась стопка новехоньких серых[51] юаней, будто только что вылизанных языком печатного станка, или чудесным образом появлявшиеся из черных мусорных мешков ласточкины гнезда и китайский гриб-кордицепс – секрет вечной молодости мамы Се Ижань, тети Чжу. Конечно, чаще всего попадались сигареты и байцзю в обычных подарочных пакетах. Годы спустя сильный ливень повредил заброшенный особняк семьи Се Ижань, расположенный где-то на побережье, но тетя Чжу за игрой в маджонг лишь посетовала на кучу испорченных ящиков с маотаем[52], хранившихся в подвале.

– Мой отец даже не помнит, сколько ящиков он получил. Ни разу их не пересчитывал.

Единственная домовая мышь в хозяйской кладовой, их очаровательная круглоголовая дочурка, без зазрений совести сунула красную пачку «Чжунхуа» в сумку и уверенным шагом пересекла гостиную, бросив на ходу всего одну фразу:

– Пойду к Чжоу Вэй, позанимаемся вместе.

Занятая нанесением маски для лица тетя Чжу что-то промычала и кивнула, давая разрешение.

И вот теперь Чжоу Вэй – обладательница почетного пропуска, из года в год проходившая техосмотр, как автомобиль, и регулярно входившая в число лучших учеников, добрая наставница и лучшая подруга детей, пользовавшаяся безграничным доверием их родителей, – тоже стояла на крыше и держала между пальцев сигарету. Будучи новичком в мире курильщиков, после первой затяжки она выпустила дым через нос, будто в голове у нее полыхал пожар. Се Ижань так и покатилась от хохота, и свеженанесенная помада размазалась у нее по зубам. Чжоу Вэй только предстояло усвоить табачную науку, ведущую во взрослый мир. Учебная программа включала следующее: как натренироваться пропускать дым через легкие, как делать ртом плотные колечки из дыма и как принимать непринужденную позу курильщика. Господин Никотин открыл рот, принимаясь поучать неофитку: «Пожелтевшие зубы сразу не получишь, эти окаменелости формируются годами. Дело требует времени и опыта, и даже хороший ученик потерпит фиаско, если будет слишком торопиться». Ну а дальше началась история о погружении в мир никотина.

Сначала Чжоу Вэй обхватила сигарету губами, вытянув их трубочкой. Струя дыма, разбавленная легким северным ветром, осторожно влетела в полость рта. Тут сзади разбушевался вихрь, и купол небес взметнулся еще дальше. Кожа на затылке разом натянулась, точно парус, позволяя дыму плавно проскользнуть в акваторию трахеи. Водное пространство было узким, и немало солдат, сражавшихся в первых рядах, кануло в реку крови, после чего о них больше никто и никогда не слышал. Основные силы продолжали наступать, их цель лежала впереди: необозримый континент кислорода, неизведанная девственная земля. «Вперед!» – отряды табачных колонистов гордились собой. Еще один мир, которым им довелось поживиться; еще один берег, где они смогли высадиться и насадить свое учение. Ступив на розовую свежую почву, они в первые же секунды вторжения принялись рассеивать заразу, шаг за шагом вспахивая мягкие и блестящие земли легочной плевры, используя пересекающиеся реки кровеносных сосудов для непрерывного орошения и транспортировки.

– Новый Свет распахнет вам объятия! – Лидер группы захвата в высокой шляпе с желтыми полями размахивал тростью над огромным материком и описывал идеальную картинку. – Вы испытаете чувство телесной и душевной легкости. Только представьте: вы качаетесь на залитых солнцем волнах, дует легкий бриз, в воздухе разливается благоухание никотина, все ваши проблемы и печали остаются на пепелище Старого Света. Нам с вами, свободным гражданам, нужно сделать всего одно.

– Что же?

– Вдыхать, вдыхать глубоко. Вдыхайте никотин и выдыхайте застоявшийся воздух старого мира.

Когда догорел огонек, видение исчезло. Испытание сигаретного мира длилось в общей сложности четыре минуты