Читать книгу - "У черты заката. Ступи за ограду - Юрий Григорьевич Слепухин"

– это я знал. Я сам перед отъездом позвонил старику и спросил его, нельзя ли временно предоставить помещение тому художнику, о котором мы говорили. Он сейчас чертовски нуждается, сказал я ему. А он говорит: «Ладно, пускай живет, мне-то что! Все равно у нас с ним предстоят деловые отношения, так что это даже удобнее. И насчет платы, дескать, я скажу администратору, чтобы его не беспокоили». Так он мне и сказал, Бусс, верьте слову! А что случилось?

– Что случилось… Случилось то, что он потом предложил мне заплатить за все прожитое время. Я с ним совсем было порвал. Ну а после такого требования…

– Вот сукин сын! Но в общем-то вы поладили?

– Да… Кое-что я для него сделал, – нехотя сказал Жерар. – Знаете, я был уверен, что эту штуку с квартирой подстроили вы… Теперь-то мне уже наплевать… – Он пожал плечами. – Теперь мне вообще на многое наплевать. Даже на то, что я продолжаю, как видите, здесь жить. Словом, не будем говорить на эту тему.

– Отлично, мой мальчик, как вам угодно, – с явным облегчением поспешно сказал Брэдли. – Поверьте, я понимаю ваше состояние – угрызения совести и всякие такие штуки. Но я уже высказывал вам свою точку зрения на этот счет… В такое уж гнусное время мы живем, что ж делать.

– Угрызения совести? – задумчиво переспросил Жерар. – Нет, Аллан… Тут похуже чем просто совесть. Ну, довольно об этом.

– Правильно, Бусс, не мучайте себя и не расстраивайтесь. Денег-то хоть подработали?

– Да… На год-другой хватит.

– Великолепно. Теперь вам следует жениться, мой мальчик, мало ли в Байресе красоток…

– А я уже женился.

– Да ну? – Брэдли просиял. – Чего ж вы молчали до сих пор, такие вещи полагается сообщать сразу! Где же ваша миссис?

Жерар отпил глоток и потянулся за лимоном.

– Ушла в кино, смотреть каких-то космических убийц. Подождите до восьми – познакомитесь.

Брэдли посмотрел на часы и вздохнул:

– К великому сожалению, никак не смогу. Придется отложить до другого раза, сегодня вечером у меня чертовски много дел. А жаль. И как же выглядит миссис Бюиссонье?

– Как миллион долларов. – Жерар выплюнул лимонное семечко. – Кстати, ее зовут не миссис Бюиссонье, а мисс Монтеро.

Брэдли, приготовившийся уже провозгласить тост за здоровье новобрачных, явно смутился и в замешательстве опустил стакан.

– А… Вот как… – пробормотал он.

– В чем дело, ваше пуританское сердце шокировано?

– Бусс, мой мальчик, не нужно относиться к этому так… так легкомысленно, – отеческим тоном сказал Брэдли. – Я не шокирован, нет, но… Просто я считаю это достойным сожаления. Вы понимаете, Бусс, внебрачное сожительство…

– Это разврат, – докончил за него Жерар. – О, разумеется, еще бы. Писать порнографические картины – это бизнес, в этом нет ничего страшного, в такое уж время мы живем. А сойтись с женщиной, не сделав положенных визитов к мэру и кюре, – это разврат.

– Не нужно над этим смеяться, Бусс! – Голос Брэдли выразил страдание. – Не нужно, мой мальчик! Впрочем, я надеюсь, что вы и сами рано или поздно захотите узаконить свои отношения с… со своей женой. Если вы ее любите…

– Конечно, я ее люблю, черт побери! – вспыхнул Жерар. – При чем тут это идиотское «если»?

– Ну и отлично, мой мальчик, и отлично, – примирительно забормотал Брэдли, снова поднимая свой стакан. – За здоровье вашей миссис, за ваше счастье…

Они чокнулись, выпили. Жерар пожевал лимон и вздохнул.

– Дело в том, что я уже не раз предлагал ей «узаконить», – сказал он, криво усмехаясь. – Но у нее свои соображения, что же делать…

– Ничего, – бодро сказал Брэдли, – надо полагать, вы ее убедите. Молодой парень, красивый, у вас все впереди. Еще раз от души желаю счастья вам обоим.

Жерар, занятый своей трубкой, поблагодарил молчаливым кивком. Брэдли извлек из кармана толстую сигару и тщательно раскурил ее, сразу сделавшись похожим на карикатурное изображение отдыхающего бизнесмена. Жерар покосился на него и скрыл усмешку за клубами дыма.

– Хотите, Аллан, я напишу ваш портрет? Разумеется, даром, в благодарность за ваши услуги. Мы его выставим под названием… ну хотя бы «Homo americanus». Согласны?

– Благодарю, Бусс, – польщенно отозвался тот, попыхивая своей «гаваной». – К сожалению, некогда, а то бы с удовольствием. Вы уж лучше заставьте, чтобы вам попозировала ваша squaw[14]. Она и в самом деле хорошенькая?

– Точнее – красавица. Глаза как фиалки и волосы цвета старого флорентийского золота.

– Красивое сочетание, – одобрительно кивнул Брэдли, – красивое и редкое. Вам повезло, Бусс.

– Еще бы! Мне вообще чертовски везет с того дня, когда я вас встретил.

– А я что говорил? Со мной не пропадете, мой мальчик.

– Везет настолько, что я даже начинаю уже побаиваться. В жизни есть такой скверный закон равновесия – за всякую удачу рано или поздно приходится платить…

– Бросьте, Бусс. В жизни все гораздо проще – одному везет, другому нет, и никому не приходится расплачиваться. Повезло вам – хватайте леди Удачу за волосы и держите покрепче, иначе эта потаскушка изменит вам с первым встречным. Кстати, мне сейчас пришла в голову одна мысль…

Подняв голову, Брэдли выпустил к потолку длинную струю голубого дыма и положил сигару на край пепельницы.

– Понимаете, – сказал он, отхлебнув из стакана, – теперь вам следует основательно подумать о своем будущем… Тем более что вы уже семейный человек. Я как раз подумал вот о чем. У вас сейчас есть какие-то деньги – не так ли? Но если вы не найдете постоянного заработка, то этих денег вам хватит очень ненадолго. Вы рассчитываете прожить на них год-другой, но я готов держать пари, что уже через десять месяцев вы окажетесь в таком же положении, в каком были полгода назад. Мало того что будете тратить больше, чем заранее предполагаете, – следует также учесть то обстоятельство, что ваши деньги будут с каждым месяцем таять, даже если вы не станете их трогать. В стране начинается катастрофическая инфляция. Боюсь, что вы этого не учитываете, а это чертовски серьезная штука, будь я негр. Я не знаю, что тут думает ваш мистер Перон, но похоже на то, что он со своей «экономической независимостью» зашел в тупик. Вы видели сегодняшний валютный бюллетень?

– Нет, не слежу. А что такое?

– То, мой мальчик, что на прошлой неделе курс доллара был 26,70, а сегодня он уже 31,25. А это значит, что аргентинская экономика начинает трещать по всем швам. Вообще я должен сказать, что уже сейчас за границей мало кто отваживается иметь дело с аргентинским песо. И неудивительно, ведь его курс падает, как давление в проколотой камере… Я что хотел сказать – если уж вы заработали какую-то сумму и пока не имеете возможности зарабатывать дальше, то нужно позаботиться хотя бы о том, чтобы заработанное не улетело в трубу. Верно?

– Конечно, но я не представляю себе, что тут можно