Читать книгу - "После моей смерти началась месть - Марина Исайр"

— Не меньше четверти часа, миледи. Повязка промокла, а рана снова открылась.

— У нас нет четверти часа, — возразил Каэль, даже не посмотрев на него. — Перевяжите так, чтобы я мог двигаться.

— Милорд, Ваша рана не обязана подчиняться приказам.

— Сегодня обязана.

Я встретилась с Каэлем взглядом и поняла, что заставить его остаться здесь всё равно не получится. Спор только отнимет ещё больше времени.

— Десять минут, — сказала я мужчине. — Остановите кровь и закрепите руку. Остальным займётесь после возвращения.

— Очень разумное решение, — негромко заметил Каэль, пока с его плеча снимали испорченную ткань.

— Я ещё не решила, разумно ли позволять Вам идти со мной.

— Тогда лучше минуты потратить на перевязку, а не на сомнения.

— Не пользуйтесь тем, что я спешу.

Уголок его губ едва заметно дрогнул, однако улыбка сразу исчезла, когда лекарь коснулся ожога. Каэль побледнел, но не издал ни звука, и я отвернулась раньше, чем он успел заметить, насколько внимательно я следила за каждым его движением.

Адриан тем временем отправил стражу проверить дом и распорядился открыть коридор к Залу предков. Уже через несколько минут стало известно, что внутри никто посторонний не появлялся, хотя возле западной стены нашли свежие следы. Мира оставила людей осматривать двор и старый водосброс, а мы, не задерживаясь в комнатах, поднялись на второй этаж. Я едва успевала замечать знакомые детали: потемневшие балки, серебряные гербы на дверях, белого ворона над камином и длинные окна, за которыми лежал серый северный двор. Дом казался суровым и холодным, но впервые за много лет я не чувствовала себя в нём гостьей.

У дверей Зала предков Адриан остановился, достал старый ключ и на несколько мгновений задержал руку возле замка.

— Ниша за портретом первого хранителя, — напомнил он, поворачивая ключ. 

— Насколько тесная ниша?

— Двое детей поместились, но взрослому мужчине там не развернуться, — ответил Адриан, поднимая лампу. — Поэтому внутрь пойдёт Элиана. Мы останемся у входа и не позволим стене закрыться.

В дальней части зала висел портрет Серины Вейр. Хранительница Тернового договора была изображена с серебряным ключом на раскрытой ладони, а над плечом сидел белый ворон. Я подошла ближе и провела пальцами по массивной тёмной раме. На первый взгляд в ней не было ни замка, ни скрытой защёлки, однако нижний серебряный шип оказался острее остальных.

— Здесь? — спросила я, оглядываясь на Адриана.

Он кивнул и подошёл ближе, но не коснулся рамы.

— Отец порезал ладонь именно об этот шип. Тогда ниша открылась случайно, а закрылась сразу после того, как мы забрались внутрь.

Я сняла перчатку и прижала палец к острию. Кожа рассеклась неглубоко, на металле выступила кровь, и серебряный терновник вдоль рамы медленно засветился. За портретом что-то щёлкнуло, тяжёлая рама отошла от стены всего на несколько пальцев, открывая узкую тёмную щель.

Я ожидала увидеть небольшой проход, но даже нишей это можно было назвать лишь условно. За портретом находился тесный лаз глубиной в несколько шагов, куда взрослому человеку пришлось бы протискиваться боком, почти прижимаясь грудью к холодному камню.

— Как вы вдвоём туда поместились? — спросила я, заглядывая внутрь.

Адриан поднял лампу выше, и на его лице появилась невольная улыбка.

— Очень тесно. К вечеру мы уже ненавидели друг друга, дом и собственное любопытство.

Я коснулась края рамы, собираясь расширить щель, но та не поддалась. В этот момент Каэль подошёл с другой стороны, и серебряные ветви внезапно вспыхнули ярче. На внутренней поверхности рамы проступили два знака: белый ворон Вейров и меч Арденов, соединённые тонкой линией.

— Дом признал Вас, — сказала я, повернувшись к нему.

Каэль внимательно посмотрел на знаки и положил левую ладонь на серебряный меч. Камень тихо дрогнул, а рама отступила ещё немного, оставляя достаточно места, чтобы я могла протиснуться внутрь.

— Скорее он признал кровь Арденов, — ответил Каэль, не убирая руки. — Похоже, Вейр открывает тайник, а Арден удерживает его открытым.

— Значит, сегодня Ваша роль — не дать мне снова застрять там до вечера.

— Я рассчитывал принести больше пользы.

— Для человека с одной действующей рукой это вполне достойная задача.

Он посмотрел на меня так, будто собирался возразить, но вместо этого сильнее прижал ладонь к знаку.

— Найдите ключ и сразу возвращайтесь. Не исследуйте стены, не открывайте ничего другого и не пытайтесь понять, почему ниша больше внутри, чем снаружи, если вдруг окажется именно так.

— Вы сейчас перечисляете то, что сами сделали бы первым?

— Именно поэтому знаю, о чём говорю.

Адриан передал мне маленькую лампу, а Мира забрала плащ, чтобы он не зацепился за камень. Я повернулась боком и начала протискиваться внутрь. Лаз оказался ещё теснее, чем выглядел: рама почти касалась спины, холодная стена царапала плечо, а лампу приходилось держать перед собой на вытянутой руке. Через несколько шагов пространство закончилось небольшой нишей, в которой двое детей действительно могли просидеть несколько часов, но взрослому человеку было трудно даже опуститься на колени.

На каменном выступе стояла коробка из тёмного дерева. Она была небольшой, с потемневшими серебряными уголками и белым вороном на крышке, окружённым замкнутым терновым кругом. Никаких писем, пластин или других предметов рядом не было, словно всё это место создавали только ради неё.

— Я вижу коробку, — сказала я, и голос глухо отразился от камня.

— Сначала осмотрите её, — отозвался Каэль из-за портрета. — Не берите сразу.

— Вы действительно думаете, что спустя столько лет я начну проявлять осторожность именно сейчас?

— Я надеялся на чудо.

Я поставила лампу на