Читать книгу - "Зловещая мелодия - Эрик Фуасье"

ополчения пошли в атаку четыре дня назад. Их командир получил контрприказ, но подумал, что всеобщее восстание перенесут всего лишь на сутки или на двое. Остальные военачальники армейского корпуса его не поддержали, так что он со своими людьми сам начал боевые действия. Результат таков: после нескольких легких побед над отдельными постами регулярной армии его бойцы были взяты в окружение правительственными подразделениями, которые все прибывали и прибывали. Чтобы избежать массовой резни и уничтожения всех наших сил в регионе, местные командиры были вынуждены распустить свои отряды. В любом случае они наделали столько шума во всех западных землях, что теперь мы можем не рассчитывать на эффект внезапности, когда сами в начале июня поднимем восстание.

Валантен изобразил досаду, которая, разумеется, была фальшивой. Теперь он лучше понимал, почему в Може им пришлось столкнуться с таким количеством солдат регулярной армии. И в то же время он задался вопросом, была ли его миссия в Вандее так уж необходима правительству, учитывая полную дезорганизацию в стане легитимистов. Похоже, Луи-Филипп и его советники напрасно беспокоились из-за действий герцогини Беррийской и ее сторонников – никакой серьезной угрозы престолу этот экзальтированный мирок, в котором никто не мог друг с другом договориться, не представлял.

Инспектор уже собирался, несмотря на неподходящие обстоятельства, поделиться с хозяином замка своими умозаключениями по поводу убийств в бокаже и поставить точку в этом деле, но Ларош-Сент-Андре заговорил первым, и то, что он сказал, нарушило планы Валантена.

– Однако я не брошу камень в соратников, которых сбили с толку все эти отсрочки и перемены в нашей стратегии, произошедшие за последние месяцы. В нынешние смутные времена сложно принимать правильные решения. Герцогиня Беррийская и сама ошиблась, отправив вас вместе с Бовуаром в Мож. Она думала, что убийцы наших троих казначеев попытаются перехватить у вас золото Кателино на обратном пути. Вместо этого они воспользовались вашим отсутствием и совершили новое преступление здесь, под крышей моего замка.

Валантен был совершенно ошеломлен. Известие о четвертом убийстве опровергало все его выводы. Если убийцы – те люди, о которых он думал, тогда ими руководила исключительно жажда наживы, а значит, у них не было причин убивать кого-то из обитателей замка Мелье… если только преступление не совершено в течение нескольких прошедших часов, после того как вернулись с золотом Бовуар и его спутники.

– Когда это случилось? – быстро спросил Валантен. – Кто жертва?

– Убийство произошло две ночи назад. На сей раз проклятые душители поистине совершили кощунство, умертвив служителя церкви.

– Вы хотите сказать, что жертвой стал аббат де ла Нёй?

Вандейский дворянин ответил не сразу, словно ком встал у него в горле. Он ограничился кивком и опустил глаза.

– Как это произошло? – не отставал Валантен.

– Это… было необычное преступление, – выговорил наконец Ларош-Сент-Андре, словно через силу. – Мы нашли аббата мертвым рано утром у него в спальне. Он лежал на кровати. Вокруг шеи у него был обмотан длинный платок с завернутыми в ткань на концах булыжниками. Что самое удивительное – дверь в его комнату была заперта изнутри. Это поразило всех присутствовавших. Нам пришлось ее прорубить топором, чтобы попасть в спальню.

– Возможно, у убийцы был второй ключ, или он проник туда через окно, – предположил инспектор.

– Нет, невозможно. Ставни были заперты, и окно тоже. Что до ключа, со всей уверенностью могу сказать, что дубликата не существует. Нет, право слово, барон, это совершенно необъяснимо. Мои слуги с тех пор шепчутся, что у нас тут нечистая сила завелась. Они уверены, что душу аббата забрал мальвулан, как и трех остальных несчастных до него.

– Мальвулан?..

– «Тот, кто желает зла», – пояснил хозяин замка Мелье. – Так местные жители называют злокозненных духов. По древним поверьям, мальвулан умеет принимать разные обличья. Эта демоническая тварь бродит вокруг уединенных жилищ и часто нападает на запоздалых путников, особенно туманными ночами.

Валантен поморщился:

– Только не говорите мне, что вы тоже в это верите. У меня есть все основания полагать, что убийцы – такие же люди из плоти и крови, как вы и я, и что они руководствуются самыми низменными мотивами, а именно – убивают только ради наживы. Кстати, я как раз собирался с вами об этом поговорить. Однако должен признать, что в обстоятельствах смерти аббата действительно есть над чем задуматься. Кстати, что вы сделали с трупом?

Ларош-Сент-Андре указал пальцем в потолок:

– Он все еще в спальне. Я надеялся, что вы вернетесь достаточно скоро, и сказал себе, что вы наверняка захотите осмотреть тело и место преступления, поэтому распорядился ничего там не трогать, только окурить помещение душистыми травами. Если бы вы не прибыли сегодня-завтра, я бы велел похоронить аббата. Сейчас тепло, и скоро запах тления уже будет невыносимым.

– Весьма разумно. Что ж! Раз уж нам подкинули новую загадку, давайте без промедления поднимемся наверх и осмотрим тело жертвы. А заодно обследуем стены на предмет возможных входов и выходов. Любопытно, что за спальня такая, откуда можно исчезнуть, как по волшебству.

Старый слуга Прюдан впереди них поднялся по лестнице, освещая путь фонарем. Едва заметный сладковатый запах встретил их уже на верхних ступеньках. Так пахнут гниющие фрукты и увядшие цветы. Прежде чем ступить за сломанную и наспех починенную прибитыми крест-накрест досками дверь, Валантен позаботился снять шейный платок и повязать его так, чтобы прикрыть ноздри.

Лицо аббата являло собой зрелище не из приятных. Оно было синеватое, опухшее и казалось рыхлым, как будто тело долго пролежало в воде. Остекленевшие глаза вылезали из орбит, а рот, разинутый в каком-то непристойном оскале, обнажал два ряда желтоватых зубов и разбухший язык. Валантен, взяв мертвеца за руку, внимательно изучил его ногти. Затем развязал платок, обмотанный вокруг шеи, и осмотрел странгуляционные полосы. На коже не было царапин, хрящи гортани тоже оказались в порядке, в отличие от того, что он обнаружил при осмотре трупа Ванвёвра.

Валантен выпрямился, машинально вытирая пальцы о брюки. Прюдан и Ларош-Сент-Андре предпочли держаться подальше и остались стоять у порога.

– Почему вы решили взломать дверь? – поинтересовался инспектор, обернувшись к ним. – Кто-то опять слышал звуки рамсинги?

Вандейцы быстро переглянулись, и старый слуга дал тот самый ответ, которого Валантен ожидал:

– Звуки рамсинги? Никаких звуков мы не слышали вчера на рассвете. Ни флейты, ничего такого. И ночью тоже.

Глава 35

Силуэт в окне

Луи де Бовуара было не узнать. Из поездки он вернулся к вечеру, вымотанный донельзя, потрясенный и раздавленный. Оказалось, что в дороге местный знакомый испольщик, пришедший на ярмарку