Читать книгу - ""Зарубежный детектив 2026-29". Компиляция. Книги 1-10 - Леонардо Падура"

за водой. Приемник подсоединен к моему ноутбуку. Каждое произнесенное здесь слово записано и загружено. Кассетный магнитофон дублировал запись, но он не нужен. Все настроено на автопубликацию, и сегодня в полночь она появится в моем блоге. Ничто, ну может, только атомный взрыв, этому не помешает, – она плюнула на его форму тяжелый сгусток крови. – Можешь прямо сейчас вернуться в Магма-Спрингс, разбить еще и мой ноутбук, если хочешь. Но это тебе никак не поможет. Все уже сделано. Твое признание записано на ноуте и вот-вот появится в сети.

Он все понял.

Лена не могла сдержаться и расхохоталась. Кожу на щеках тянуло, они распухли.

– Думал, я такая наивная? Думал, я рассчитывала из перестрелки выйти победителем?

Он ничего не сказал.

– Я готова рискнуть собственной жизнью. Даже отказаться от нее. Но я не стану рисковать правдой. Правда слишком ценна. Ради правды я подстраховалась, мир должен ее знать. Пусть ценой моей жизни.

«А ты еще смеялся, что я работаю в магазине электроники», – чуть не добавила она, схватилась за раскалившееся на солнце ограждение и попыталась встать. Лучше умереть стоя.

– Край моста вот тут, – продолжала она, показывая пальцем. – На тот случай, если тебе захочется… ну, ты сам понимаешь. До того, как у тебя в отделе узнают, что ты на этой неделе сбросил ребенка в колодец.

Казалось, Райсевик уменьшился в размерах. Этот самозванец в форме полицейского ссутулился и как-то сжался. В его руке дрожал пистолет, и сам он тоже дрожал, словно в лихорадке. Он понял, что завтра его объявят в розыск по всей стране, и на него начнется охота. Это понимание ударило по нему, словно на него высыпалась тачка, заполненная шлакобетонным камнем.

– Но… – Лена запнулась. – Но в одном я точно уверена.

Он снова на нее посмотрел. Она улыбнулась.

– В понедельник ты не вернешься на работу.

Полицейский тоже улыбнулся. Но это была очень странная улыбка – уголки его рта будто зацепились за сучок. Мышцы на лице, казалось, не могли договориться друг с другом. Мгновение – и его лицо опять ничего не выражало. Он принял решение. Лена легко поняла его.

– Можешь меня убить, – добавила она. – Для тебя это ничего не изменит.

– Но не для тебя.

Он прижал «Беретту» к ее лбу и нажал на спусковой крючок.

Раздался оглушительный выстрел.

Кэмбри ударило волной сжатого воздуха, она закричала, стоя над пропастью. Ее ботинки теряют сцепление с бетонной поверхностью, но она успевает зацепиться кончиками пальцев за ограждение. Долго ей так не выстоять.

– Пять. Это был предупредительный выстрел. Пуля пролетела у тебя над головой, – Райсевик прицеливается, опуская винтовку пониже. – А следующий выстрел будет прямо в голову, и ее разорвет на части. Твои проблемы закончатся, а как насчет мамы, папы и сестры? Для них они только начинаются.

Кэмбри теряет силы, слабеет. Она сильная, агрессивная и задиристая, но мышцы стали как у покойника. Пальцы покрыты холодным потом. Она соскальзывает, сдается силе тяжести, с каждым дюймом приближаясь к бездонной пропасти.

– Четыре. Отпускай ограждение, Кэмбри, – его голос снова стал мягче. – Не беспокойся. Я напишу очень милую предсмертную записку твоей семье. Отправлю СМС-сообщение твоей сестре. Договорились?

Пластикмен смеется и пародирует молодой женский голос:

– Пожалуйста, прости меня. Я не могу с этим жить…

У них за спинами слышится какой-то шум, напоминающий хриплое бормотание. Двигатель «Тойоты» наконец заглох. Сожжена последняя капля топлива. Сколько еще она бы проехала, если бы попыталась сбежать? Одну милю? Тут не угадаешь. Никто не знает, сколько в баке было топлива в самом начале, когда она сорвалась с места.

Сухое русло внизу – черная пустота, которая зовет ее. А голос Райсевика – ядовитый шепот у нее в ухе:

– Никто не будет по тебе скучать, Кэмбри. Ты же знаешь это, так ведь?

Боже, надеюсь, она ему не поверила.

– Ты – психически больная одинокая девушка, что бежит от своих проблем. Каждый год таких, как ты, умирают тысячи. Согласно статистике…

О чем думала моя сестра, глядя вниз с моста Хэйрпин? Никому это не известно. Непросто дается мне эта часть.

– Три.

Боже, как бы мне хотелось знать.

– Два.

Но в глубине души я верю: она решила спасти нас. Кэмбри Линн Нгуен взвесила все за и против, поняла, что выхода у нее нет, и сделала продуманный выбор, чтобы защитить мать, отца, и меня от мести этого полицейского-психопата. Она должна была понимать, что мы никогда не узнаем правду. Мы поверим в ложь Райсевика, в то, что на заброшенном шоссе в Монтане она стала жертвой своих собственных фурий. А мама еще и будет считать, что ее дочери суждено отправиться в ад.

Она сделала это ради нас. Шестого июня она стала нашим ангелом-хранителем.

– Рай-Рай, убивай суку.

Райсевик прицелился и повысил голос:

– Один…

Моя сестра разжимает руки.

________________

«Я умерла».

Лена не сразу поняла, что она все еще жива.

Вдали бушевал пожар, секунды продолжали свой бег, бешено стучало сердце в груди, а «Беретта» в руке Райсевика – ее оружие в его руке, нацеленное ей в лоб – не сработало. «Беретта» не выстрелила! Он снова нажал на спусковой крючок, сильнее, а потом уставился широко раскрытыми глазами на пистолет, который его подвел.

Внутри Лена ликовала. Ее переполнял восторг. Ей снова хотелось смеяться, прямо в его раскрасневшееся лицо, потому что капрал Раймонд (Рик) Райсевик, который уже признался в сокрытии четырнадцати убийств и убийстве ребенка (и все это записано), тот, кому завтра предстояло стать главной новостью по всей стране, не мог даже пристрелить ту, благодаря кому о нем узнает каждый встречный.

«Кэмбри», – подумала Лена, и холодок пробежал у нее по спине.

Она все поняла. Она знала, что произошло на самом деле. Но все равно она продолжала мысленно повторять:

«Спасибо, Кэмбри, спасибо…»

Она откатилась от Райсевика и поднялась на ноги, пропитанные кровью волосы развивались на ветру. Ключи от «Тойоты» были зажаты у нее в кулаке. И она бросилась к машине – тяжело дыша и стараясь не обращать внимания на боль.

«Спасибо, сестра, за твою помощь. В последний раз. Теперь я все сделаю сама».