Читать книгу - "Шепот старых стен - Анастасия Ватутина"

в темноте ориентировался плохо, поэтому едва сделав пару шагов, налетел на шкаф, с которого с грохотом посыпались какие-то коробки.

Защищая голову руками, Андрей отступил в сторону и сшиб стоявший на его пути стул, который с гулким стуком приземлился на пол.

Василич угрожающе зашипел, но его прервал спокойный ровный голос Штерблиха:

– Все в порядке. Наше присутствие в любом случае вскоре было бы обнаружено.

Василич еще раз раздраженно фыркнул и снова зажег свет. Андрей наклонился и с удивлением увидел, что в темноте налетел на стеллаж, с которого посыпались расставленные там коробки с книгами.

– И кому пришло в голову хранить книги в подвале, – пробормотал он себе под нос.

– Согласен, возмутительное отношение к библиотечным фондам.

– Так мы в библиотеке? – удивился Андрей, возвращая книгу на полку.

– Последние пятьдесят лет это помещение используется именно так.

– И вы думаете, что Клара здесь?

– Уверен. Если она обнаружила подземный ход в потайной части дома, то выйти могла только сюда. У нее ведь нет ключей от остальных дверей лабиринта.

Вслед за Штерблихом они поднялись по скрипучей лестнице, и оказались на узкой площадке.

Ян Карлович подошел к деревянной панели и уверенно потянул ее на себя, открывая темный проход.

– Каким бы роскошным ни был дом, лестницы для слуг всегда будут узкими и неудобными, – пробормотал он, когда они миновали очередной пролет.

Штерблих остановился и сделал знак остальным последовать его примеру. Он прижался к стене, прислушиваясь, после чего удовлетворенно кивнул, и, повернувшись к Андрею, прошептал:

– Похоже, с Кларой все в порядке, и мы успели как раз вовремя.

И в ту же секунду за дверью раздался полный ужаса женский крик.

Глава 24

Город Березов

Клара с трудом разлепила тяжелые веки. Ей снился какой-то кошмар, в котором она бесконечно долго бродила по темному лабиринту и никак не могла найти выход. Кто-то тянул ее за руки, она сопротивлялась и кричала, а потом внезапно сон оборвался, оставив после себя ломоту и тяжесть во всем теле.

Шея затекла, и она попробовала было поднять руку, чтобы ее размять, но запястье обожгло болью, и Клара удивленно вскрикнула.

Она распахнула глаза, но зрение было мутным, и ей никак не удавалось сфокусировать взгляд. Руки были связаны за спиной, а ноги примотаны веревками к ножкам стула.

– Видишь, что случается с непослушными девочками, – раздался смутно знакомый голос. – Тебя ведь предупреждали, что нужно уезжать отсюда, но ты не послушалась.

В поле зрения Клары появились темно-коричневые туфли с тоненьким ремешком. Прохладная рука коснулась ее подбородка, заставляя Клару посмотреть в лицо склонившейся над ней женщины.

– Такая молодая… Жаль, конечно, что в битве за жизнь тебе уготована смерть.

Женщина убрала руку, и голова Клары снова безвольно упала на грудь.

– Хотя знаешь, – в поле зрения Клары снова появились туфли с ремешками, – возможно, мое предупреждение ничего бы не изменило. Ты сама подписала себе приговор, забрав то, что тебе не принадлежит.

– О чем вы говорите? – голос Клары звучал хрипло. – Я ничего не брала.

– А это тогда что? – перед Кларой появился перстень, который она нашла в библиотеке и с тех пор носила с собой в кармане.

– Я хотела отдать кольцо Яну Штерблиху, новому владельцу усадьбы.

– Дорогуша, я потратила так много времени не для того, чтобы ты отдала мой ключ к вечной жизни какому-то самовлюбленному богатею, который понятия не имеет, какое сокровище попало ему в руки!

– Я вас не понимаю, – Кларе наконец удалось поднять голову, и сквозь мутную пелену она увидела стоящую перед ней женщину.

Когда они встретились впервые, Марья Ивановна казалась ей кроткой, слегка наивной, но, в сущности, безобидной старушкой, которая предупреждала их с Андреем о том, что в усадьбе водятся призраки. Еще тогда они подумали, что Головлева неслучайно подсела к ним в кафе, и сейчас Клара могла в этом полностью убедиться. В лице Марьи Ивановны больше не было ни капли кротости. Она смотрела на Клару полным злобы взглядом, тонкие губы сжаты в полоску, а на щеках – лихорадочный румянец. В голове промелькнула мысль, что старуха совершенно безумна, и лучше ей не перечить. Клара надеялась, что ей удастся тянуть время до тех пор, пока к ней на выручку не придет Андрей. Как он догадается, где она, и что будет, если этого не произойдет, она старалась не думать.

– Так вам нужен перстень? – она все еще с трудом осмысливала происходящее. Клара не до конца понимала, как здесь оказалась и почему ее руки связаны за спиной. Где-то на задворках сознания теплилась мысль, что все это очередное видение или страшный сон, но боль в перетянутых веревками запястьях свидетельствовала о том, что все происходит на самом деле.

– А тебе нет? – едко поинтересовалась старуха. – Или ты настолько глупа, что даже не представляла, какую ценность все это время так беспечно носила в кармане?

– Это ведь перстень Рихтера? Я видела его изображение на картине в усадьбе графини Самойловой.

– То есть тебе все известно? – старуха удивленно вскинула мышиного цвета брови.

– Не совсем понимаю, о чем вы.

– Так я и думала, – бывшая медсестра повернулась к небольшому столику и взяла с него шприц. – Возможно, это и к лучшему. Тебе проще будет умереть, не зная, что ты была в шаге от бессмертия.

Отточенным движением она вскрыла ампулу и набрала в шприц какую-то жидкость.

– Не бойся, как будто комарик укусит, – она подошла к Кларе и закатала рукав ее свитера.

– Не надо! – Взвизгнула Клара и резко дернулась, едва не перевернув стул, к которому была привязана.

– Сиди смирно! – Крикнула старуха, крепко держа ее за руку.

– Пожалуйста, – прошептала Клара. – Отпустите меня, я никому ничего не скажу. Забирайте перстень, о нем, кроме меня, никто не знает, – соврала она. – Это же просто безделушка, – простонала Клара. – Я нашла его в старой библиотеке, он мне не принадлежит. Возьмите его и отпустите меня.

– Если бы все было так просто, – устало вздохнула старуха, и Клара с облегчением заметила, что та вернула шприц на столик. – Рихтер был гением. Он знал, что его открытие перевернет мир, поэтому сделал так, что философским камнем можно завладеть лишь после смерти его хозяина. Но как убить бессмертного? – Головлева горько усмехнулась. – Поэтому он создал яд, который нейтрализовал действие камня. Таким образом Рихтер не просто победил смерть, он подчинил ее, получив возможность самостоятельно решать, когда завершить свой земной путь. Об этом открытии знали единицы. Рихтер поделился им только со своей дурочкой-женой и близким другом графом Самойловым. Для