Читать книгу - "Что скрывает прилив? - Мария Орунья"

Клара, – не унимался Марин, – если бы вам нужно было дать ответ прямо сейчас, навскидку, что бы вы сказали? Цианистый калий?

– Весьма вероятно, – не могла она не признать.

Судья улыбнулся и повернулся к Валентине:

– Запрашивайте у меня любые ордера и следственные действия, какие потребуются, дорогая моя. Мне очень интересно посмотреть, как вы раскроете загадку невидимого кинжала Юдит Помбо и отравления этой бедняжки.

Марко Фьоре с женой спорили возле своей машины, но оба старались не повышать голос, чтобы не привлекать к себе внимания. Когда Ривейро вместе с еще одним агентом подошел к ним и попросил Марко вернуться во дворец Ла-Магдалена, тот явственно встревожился.

– Cazzo! Perché io? Perché?[21] Вам что, больше допрашивать некого?

– Мы хотим прояснить пару деталей. А сделать это тут или в комендатуре, решать вам.

– В чем меня обвиняют?

– Ни в чем, сеньор Фьоре. Пока что ни в чем.

Росана Новоа глубоко вздохнула, на ее лице проступил испуг.

– Иди с ними, Марко. Я позвоню адвокату, он сейчас же приедет.

– Но я ничего не сделал, клянусь тебе!

– Разумеется, Марко. Успокойся.

Она коснулась его руки, словно мать, желающая успокоить сына, волнующегося из-за безделицы.

– Успокойся, – повторила она. – Я пойду с тобой и подожду, пока эти господа будут беседовать с тобой.

Марко ничего не ответил и безропотно вернулся во дворец. Два агента проводили Росану, посоветовали подождать мужа в приемной, и она тут же набрала номер адвоката.

Марко отвели прямо в парадную столовую, где его ждали Валентина, Сабадель, Торрес и Ривейро. Судья распорядился вывезти тело и уехал вместе с остальными членами судебной комиссии, а криминалисты принялись прочесывать бальный зал и отсматривать имеющиеся фото и видео с коктейльной вечеринки. Инспектор Мансанеро тоже счел исчерпанным свое участие в этом расследовании, которое на следующее утро формально перестанет быть его ответственностью, и уехал, испытывая некоторое облегчение от того, что ему не придется вести столь запутанное дело.

Когда Марко вошел, Валентина поздоровалась с ним и постаралась успокоить. Свидетели и даже преступники часто склонны к большей откровенности, когда встречают заботливое обращение. Однако мысль о том, что Оливеру понадобилась медицинская помощь, что его, возможно, уже госпитализировали, не переставала крутиться у нее в голове. Неужели его отравили? А может, это просто нервы или переутомление? Вряд ли. Оливер выносливый, а его оптимизм, спокойный и невозмутимый характер помогали ему справляться почти с любыми проблемами. Лейтенант вздохнула. Ей надо черпать силы из темной незримой точки внутри, которая помогала ей держаться в последние месяцы.

– Марко, у нас есть свидетель, который сообщает, что несколько дней назад видел вас в этой самой комнате с Юдит Помбо.

– Что? Ну… Ну разумеется! Мы пересекались в некоторые дни конференции, это естественно. Но я же не ходил на все доклады. Я руководитель компании, у меня есть дела поважнее, чем слушать всякую болтовню, сами понимаете. А с какой стати вы задаете такие вопросы? Я ведь уже давал показания по поводу Юдит. Требую объяснений!

– Свидетель видел, как вы в этой столовой совершали с Юдит Помбо действия интимного характера, сеньор Фьоре. И сообщил, что Маргарита Родригес вас застала, из-за чего у вас с ней вышла ссора.

Итальянец побледнел и несколько секунд не мог оправиться от изумления.

– Но… но… Как нас могли увидеть, если мы тут были одни?

Валентина указала на два зеркала при входе в парадную столовую:

– Это не зеркала, а окна. Из комнаты переводчиков.

Итальянец мгновенно покрылся испариной, уже понимая, чем это ему грозит.

– О, ради всего святого! И теперь вы думаете, что я убил Маргариту? Нет, нет, нет… Ни в коем случае! У вас нет доказательств… Вы же видели, какая она толстуха? Да наверняка эту поганку просто удар хватил!

– Успокойтесь, сеньор Фьоре. Мы хотим знать, что произошло в тот вечер, когда Маргарита застала вас с Юдит в этом помещении.

– Это… это… она неправильно поняла! Слышите! Она неправильно все поняла! Не совершал я никаких действий с Юдит, совсем никаких! Мы просто разговаривали… И тут явилась эта секретарша, которая всюду сует свой нос, потому что ей больше нечем заняться – своей-то жизни нет, cazzo! Стала нести какой-то бред, Юдит велела ей перестать вести себя как безумная и пороть чушь, и она мигом успокоилась. Вот и все.

– Нет, сеньор Фьоре, – взгляд Валентины был чистый лед, – не все. Разве Маргарита не угрожала, что донесет на вас из-за ставок на спорт?

– Донесет на меня? Нет… Не знаю, не помню такого. Эта женщина всем угрожала по каждому поводу, обычная ее манера. Она была помешана на Юдит, да какое там, влюблена в нее! Любого, кто сближался с Юдит, принимала в штыки и начинала придираться, ясно? А что касается ставок – это в прошлом, и я чист. Сами проверьте! – заключил он и сжал губы.

Сабадель прищурился, пощелкал языком и вклинился в допрос:

– Уверены, приятель? Потому что если вы не чисты, мы это выясним за пару часов. Если вам есть что сказать, – он выдержал театральную паузу, – говорите сейчас.

Валентина обреченно глянула на Ривейро, подумав в который раз, что с Сабаделем нужно изрядное терпение. Она бросила предостерегающий взгляд на младшего лейтенанта, призывая его помолчать. Марта Торрес с интересом наблюдала за всей этой сценой, будто на практическом занятии в академии.

Марко Фьоре решительно поднялся. По его лицу было видно: он ни секунды не сомневается, что уголовной полиции нечего ему предъявить, и от этой уверенности сеньор Фьоре преисполнился невероятного достоинства. Что еще за нелепые разговоры о том, будто Маргарита застала его с Юдит? Неважно, кто там посмел сунуть нос в его дела и что-то углядел из-за зеркала, – обе женщины мертвы и не опровергнут его слова.

– Это все? У вас больше ничего нет? Если так, то я предпочел бы уйти и отдохнуть.

– Нет, – остановила его Валентина, – это не все, сеньор Фьоре. Скажите, где вы были, когда Маргарите стало плохо?

– Уверяю вас, что не с ней, потому что я ее терпеть не мог и держался от нее подальше.

– Понятно. Но я спросила, где вы были, а вы не ответили.

– Где я был? Это же коктейльная вечеринка, ради всего святого! На коктейле никто не торчит на одном месте, как статуя…

– Несмотря на то что видеозапись мероприятия не велась, мы установили, что некоторые гости снимали фото и видео. Оргкомитет конференции также вел фотосъемку. Поэтому убедительно прошу вас ответить честно и по существу. Мы проверим каждую секунду записей, не сомневайтесь.

Марко немного поколебался, но быстро собрался с мыслями.

– Я стоял там, где вы меня и видели, когда пришли, у окна. Я почти не отходил от жены. Больше мне сказать нечего.

После чего итальянец спросил, есть ли к нему еще вопросы или он может идти, и лейтенанту ничего не оставалось, кроме как отпустить его, настоятельно порекомендовав не уезжать из города, пока идет расследование. Она проводила Марко до двери. Росана, похоже, не ожидала, что все закончится так быстро. Ее муж снова обрел уверенность и спокойствие, и от Валентины не укрылось, каким удивленным и восхищенным взглядом Росана наградила супруга, когда тот предложил ей руку и решительным тоном сообщил, что спектакль окончен и они едут домой.

10

Если мы не докопаемся