Читать книгу - "Что скрывает прилив? - Мария Орунья"

Антонио Марин, ероша густую каштановую шевелюру, с обычным для него жизнерадостным выражением на лице смотрел на лейтенанта и думал: нет, ее не преследует злой рок, на самом деле она просто не избегает жизни. Она рискует, принимает решения и доводит их до конца. Это его в Валентине восхищало – это и еще то, что она не была такой уныло предсказуемой, как большинство человечества.

– Я составил довольно четкое представление о ситуации, лейтенант. Дело будет передано в гражданскую гвардию. Несомненно, смерть президента клуба и ее секретаря с разницей всего в двадцать четыре часа дает веские основания как минимум подозревать связь между ними.

– Да, ваша честь, однако способы убийства разные. Если мы имеем дело с одним и тем же преступником, видимо, у него есть доступ много куда.

Хотя инспектор Мигель Мансанеро только что узнал, что не он станет расследовать смерть Маргариты, это дело все больше его занимало.

– Если эту женщину убили с помощью цианистого калия, то, по крайней мере, со способом убийства не предвидится больших сложностей. Этот яд сравнительно нетрудно раздобыть, – заметил он. – А вот с убийством на шхуне тебе придется попотеть. Если дело обстоит так, как ты рассказала, вам можно только посочувствовать – это же невозможное преступление!

– Я совершенно уверен в профессионализме и способностях лейтенанта Редондо, – возразил судья.

В его внешности не было и намека на внушительность – невысокий, черты лица смазанные, словно неоформившиеся, официальная манера изъясняться, так не вяжущаяся с его юным обликом. Судья продолжил, глядя на Валентину:

– Судя по послужному списку, лейтенант – выдающийся следователь, так что она прекрасно справится даже со столь необычайным делом.

Бесстрастное лицо Валентины дрогнуло в удивлении от столь решительно высказанного доверия. Она едва знала молодого судью, ей лишь рассказывали, что он любит пошутить в зале суда и будто ничего не принимает всерьез, хотя его манера наблюдать за людьми говорила об обратном. Валентина уважала прежнего судью, Хорхе Талаверу, однако между ними всегда была дистанция. Может, причина тому она сама, ее сдержанность, неэмоциональность. Но этот судья лет на десять ее моложе и смотрит на нее не с недоверием, а с искренним интересом.

– Благодарю за доверие, ваша честь, – сказала она. – Однако произошедшее на шхуне и в самом деле трудно поддается объяснению, так что разобраться с этим делом будет непросто. – Валентина повернулась и посмотрела на тело Маргариты: – Что касается дела секретаря, то и тут не проще. Если окажется, что ее действительно отравили, получается, она была убита в комнате, полной людей, и при этом никто ничего не видел.

– Это правда, – вставил Ривейро. – Одну убили в запертом пустом помещении, а другую – в окружении толпы. У нашего преступника специфическое чувство юмора.

– Да и способы очень разные, – сказала Валентина. – Возможно, все же надо искать не одного убийцу, а нескольких. Или же мы имеем дело с одним преступлением, а смерть секретаря может объясняться банальным инфарктом.

Мансанеро поморщился, давая понять, что считает такой вариант маловероятным и не думает, что Валентина предлагает его всерьез.

– Пока у нас не будет заключения судмедэксперта и отчета от криминалистов, мы не можем отвергать никакие версии и не должны ничего прнимать на веру.

– Видите, инспектор? – с лукавой улыбкой вопросил судья Марин. – Ничего не принимать на веру… Я доверяю только лучшим, – добавил он и подмигнул Мансанеро.

Полицейский собирался ответить, но послышались торопливые шаги. Прибыли судебный секретарь и Клара Мухика, чтобы оформить транспортировку тела. Судьи нечасто приезжали на место первыми, но Марин, похоже, ни в чем не следовал устоявшемуся порядку. Клара Мухика подошла ко всем. Несмотря на скромный рост и еще более скромное телосложение, судмедэксперта окружал несомненный ореол авторитета. Кто мог предвидеть, что ей второй раз за одно дежурство придется иметь дело с возможным убийством?

– Простите за опоздание, – сказала Клара, обойдясь без формальных приветствий, – попали в страшную пробку по дороге, потом задержались, беседуя с врачами “скорой”, которые оказывают помощь гостям. Да еще и у въезда на Ла-Магдалену полно журналистов…

– Этого следовало ожидать. – Валентина улыбкой поприветствовала Клару. – Гости успели раззвонить о случившемся. Наверняка уже половина Сантандера в курсе.

– Не исключено, – согласилась судмедэксперт, внимательно глядя на Валентину.

Поначалу Валентине показалось, что та ее разглядывает, как будто не узнавая.

– Что-то случилось?

Клара вздохнула, обвела взглядом присутствующих и снова посмотрела на Валентину:

– Некоторым гостям на выходе стало плохо, врачи “скорой” ими занимаются.

– О, так, может, мы и правда имеем дело с обычным пищевым отравлением?

– Нет, я так не думаю, в основном больше похоже на паническую атаку. Должна тебе сообщить, что Оливер среди тех, кому потребовалась медицинская помощь.

– Что? – У Валентины отлила кровь от лица. – Как это? Мы же только что с ним говорили…

Лейтенант посмотрела на инспектора Мансанеро, как будто искала у него подтверждения, что этот разговор ей не приснился. Инспектор кивнул. Клара взяла Валентину за локоть:

– Он сказал, у него сильно разболелся живот, но не исключено, что это от стресса. Как бы то ни было, ему оказывают помощь, и меня заверили, что тех, у кого не получится сразу установить диагноз, отвезут в больницу.

– В больницу… – пробормотала Валентина, даже не пытаясь скрыть беспокойство.

Только бы с Оливером ничего не случилось!

– Я тебе сообщу, как он там, – шепнула Клара. А потом сказала так, чтобы слышали все: – Ну что, меня тут тело ждет…

Она открыла свой чемоданчик, достала перчатки и необходимые инструменты, и как раз в этот момент прибыла бригада криминалистов. Ясно было, что через несколько минут зал заполнится специалистами, методично фотографирующими все вокруг, снимающими отпечатки пальцев, обследующими каждый уголок. Такие меры могли показаться излишними, ведь версию о смерти от естественных причин еще не опровергли. Но, едва приблизившись к телу Маргариты, Клара Мухика нахмурилась. Судмедэксперт заговорила как будто сама с собой, не замечая никого:

– Кожа светлого красного оттенка, почти розового… Трупное окоченение ускоренное и равномерное, не соответствует правилу Нистена…

– Скажите, какое ваше мнение, Клара?

Судья Марин, вопреки заведенному порядку, тоже подошел к трупу и восхищенно наблюдал за судмедэкспертом. Она подняла на него взгляд:

– Вы не чувствуете этот запах?

– Нет… никакого запаха не чувствую.

Судья втянул воздух крючковатым носом, то был единственный элемент на его лице, принадлежавший взрослому мужчине, а не мальчику. Валентина подошла ближе, тоже принюхалась, но не уловила ничего необычного. Клара выпрямилась и посмотрела на лейтенанта:

– Это нормально, что вы его не чувствуете. На самом деле характерный запах цианистого калия способны воспринимать всего процентов двадцать-тридцать людей. Кроме того, горьковатый запашок не всегда присутствует. Разумеется, не могу ничего утверждать, пока мы не проведем вскрытие.

– Еще одна ничего не принимает на веру без доказательств, – удовлетворенно заметил судья.

Клара посмотрела на него так, как если бы перед ней был странный и эксцентричный индивид. Не то чтобы судья Марин ей не нравился, но ей не хватало Талаверы – они дружили, и к тому же с ним она всегда знала, чего ожидать. А этот новый судья с растрепанными каштановыми волосами производил впечатление человека умного и экстравагантного, он словно после многих лет наедине с книгами вдруг окунулся в реальную жизнь, однако взгляд у него остался книжный, не способный постичь подлинную жестокость.

– Но скажите,