Читать книгу - "Секрет Аладдина - Елена Ивановна Логунова"

Денис посмотрел на меня и съязвил: — Если уж очень интересно, то у некоторых тут есть телефончик самого Алексея Алексеевича, можно ему позвонить и спросить.

— Не буду я ему звонить! — возмутилась я. — Тем более с таким вопросом. Не только олигархи имеют право на приватность, обычные люди тоже.

— Да и бог с ним, с Аликом! — Мамуля подставила свою тарелку, и папуля шлепнул в нее стейк. — Как будто мне больше писать не о чем. Да у меня такие сюжеты есть… Ай! Кто это мне на ноги наступил?

Мы с Трошкиной переглянулись: обе, значит, быстро среагировали, не позволив мастерице слова проболтаться об алмазе.

— Ты ешь, ешь. — Я добавила к стейку на мамулиной тарелке сочный помидор, а Алка — пупырчатый огурец. — Отличное, кстати, мясо получилось, папуля!

— Мне Денис помогал. — Покрасневший от удовольствия папуля похлопал по плечу зятя, и застольный разговор благополучно перешел на другие темы.

Утром, уже сидя в нашем штабном апарте за большим столом, мы никак не могли дождаться, пока к нам присоединится мамуля. Она бродила по комнатам, хлопая дверцами шкафов и стуча ящиками тумбочек, рылась в вещах на полках, переставляла с места на место предметы и ворчала, ворчала…

Папуля, Зяма и я следили за ее перемещениями с невозмутимым видом, менее привычные Денис и Трошкина волновались.

Мамуля что-то искала. А мамуля, которая что-то ищет — не важно, смысл жизни или резиночку для волос, — неподготовленных зрителей всегда до крайности волнует. Она удивительно умело вовлекает их в процесс своих поисков, заставляя если не всеми силами помогать, то всей душой сопереживать. Эффект достигается сочетанием нервических метаний, драматической, в стиле немого кино, жестикуляции, выразительной мимики и напряженного монолога.

Опытные люди, то есть близкие родственники мамули, имеющие сомнительное счастье переживать такие моменты регулярно на протяжении многих лет, прекрасно знают, что включаться в процесс нельзя ни в коем случае: он просто ничем не закончится. Искомое так и не будет найдено, зато кто-то наиболее слабонервный в конце концов забьется в истерике.

В подобных случаях нужно действовать совершенно иначе.

— Бася, сядь уже, твой кофе остывает, — спокойно сказал папуля, положил в чашку ложку сахара и принялся его старательно размешивать.

Мамуля оборвала на полуслове нескончаемую тираду, на пятьдесят процентов состоящую из слова «где» и еще на тридцать — из относительно приличных слов, теоретически не являющихся ругательными, но практически имеющими негативную коннотацию. Типа «скотство», «свинство», «гадство», «подлость», «безобразие» и т. д., и т. п.

— Всего одну ложку, Боря! — напомнила она папуле, который снова потянулся к сахарнице. — Не превращай мой кофе в мерзкий сироп! — и снова злобно забурчала про гадство и скотство.

Папуля демонстративно хлопнул себя по лбу и поспешно вернул ложечку в чашку, не нагрузив ее второй порцией сахарного песка.

— Кто-то хочет последнюю булочку? — громко спросил Зяма.

— Уже последнюю?! — неприятно удивилась мамуля, снова сделав паузу и замерев.

— Можно мне? — Я потянулась к упомянутой булочке, сиротеющей на большом блюде в гордом и отвратительном одиночестве. — И йогурт я тоже доем, если не возражаете.

— А я тогда доем клубнику, — сообщил Зяма.

— А я?! — с надрывом вскричала мамуля, всплеснув руками, заломив брови и опустив уголки губ, как Печальный Пьеро. — Что доем я?! Или вам абсолютно безразличны все мои страдания?

— Абсолютным бывает только зло, — с удовольствием напомнила я ее же слова и взяла ту самую булочку.

Папуля незаметно покачал головой: не перегибай, мол.

— А это ваше тотальное равнодушие — это разве не зло?! — Мамуля подошла ближе к публике, а значит, и к столу.

— Да гадство, конечно, — беззаботно сказал Зяма.

— И свинство, — поддакнула я.

— И скотство, — кивнул папуля.

— И сущее безобразие, — неуверенно добавила Алка, кажется, уловив тему.

Все, включая мамулю, требовательно посмотрели на Дениса.

— Что? — озадачился он.

— Скажи «и подлость», — просуфлировала я.

— И подлость, — послушно повторил милый.

— А я вам о чем уже битый час твержу! — охотно согласилась со всем сказанным мамуля, выдвинула стул и села за стол. — Где мой кофе?

Папуля поставил перед ней чашку, я положила булочку, Зяма придвинул йогурт.

— Всем приятного аппетита, — светски молвила мамуля и принялась завтракать.

— А… — Трошкина открыла рот, наверняка собираясь спросить, что, собственно, являлось предметом нервических поисков, но я взглядом заставила ее замолчать.

Рано было вовлекаться. Надо было еще немного подождать.

— Еще булочку? — спросил папуля, следя за мамулей внимательно, как опытный сапер — за подозрительным тикающим механизмом.

— А разве эта не последняя?

— Есть еще. — Папуля встал, открыл духовку, вытянул противень с припасенными булочками.

— Какой же ты коварный, Боря! — В голосе мамули соотношение возмущения и восхищения было уже в пользу последнего. — Может, и клубника еще осталась?

— Конечно. — Папуля сдернул салфетку с мисочки на кухонном столе и переставил ее на обеденный. — И ветчина, и сыр, и масло… Только скажи, чего ты хочешь.

— Я хочу оторвать голову горничной, — беззлобно сообщила мамуля и сунула в рот крупную ягоду. — Кто так делает уборку?

— Вроде стало чисто? — Трошкина огляделась.

Горничная, которую наконец-то завел Пыжиков, привела в порядок все наши апарты накануне вечером, пока мы отдавали должное папулиному барбекю.

— Чисто, — согласилась мамуля. — И пусто! Где, скажите, мой схематический план? После ее уборки я не могу его найти.

— А где он был до уборки? — спросил Денис.

Наивный!

— Откуда же мне знать? — искренне удивилась мамуля. — Как я могу это помнить? Он был… где-то здесь! — И она покрутила в воздухе кистью руки, будто изображая вертолетный винт в процессе вращения.

— В стиралке смотрела? — поинтересовалась я.

Был у нас такой опыт…

— А в микроволновке? — это спросил Зяма.

— А в морозилке? — это папуля.

У нас было много разного опыта.

— И даже в бачок унитаза заглядывала. — Многоопытная мамуля вздохнула. — Его нигде нет. Я в полном отчаянии. — И она принялась методично, но неторопливо и изящно выбирать ложечкой из баночки йогурт.

— Как жаль, мы не увидим ваш новый план-схему, — посетовала Трошкина, но сделала это недостаточно искренне.

План-схемы, по которым мамуля создает свои романы, по-настоящему шедевральны, но оценить их может только человек с очень крепкими нервами. Когда мы с Зямой были детьми, то дрались за право повесить очередной мамулин план-схему над своей кроватью, а маленькая Трошкина при виде них зажмуривалась и иногда даже плакала.

Бася Кузнецова не столько записывает рожденные ее буйной фантазией сюжеты, сколько зарисовывает. Ее план-схемы пестрят изображениями разнообразных монстров и пронзенных кинжалами, повешенных, обезглавленных человечков, а также редких артефактов и обычных предметов быта, имеющих особое значение для сюжета: пузырьков с ядом, зазубренных ножей, мыльных веревочек, оскаленных челюстей… В промежутках между этими