Читать книгу - ""Зарубежный детектив 2026-29". Компиляция. Книги 1-10 - Леонардо Падура"

– Инспектор Деликадо, вы можете отправляться туда, откуда пришли. Обвиняйте меня в чем вам будет угодно, я не стану говорить. Вы скрываете от меня данные, полученные в процессе следствия.

– А какое право вы имеете знакомиться с данными, полученными в процессе следствия? Вы ведь находитесь здесь не в качестве журналиста, а в качестве обвиняемого.

– Мне плевать! Я не стану говорить, ни за что не стану! Вам не удастся использовать меня так же, как вы используете всех этих бедолаг, которых пачками задерживаете каждый день.

Адвокат пытался успокоить его, он взял Ногалеса за руку и подвел к стулу. Он был обескуражен и не понимал, почему тот повел себя так. Для меня же, наоборот, что-то вдруг стало проясняться в его характере, дрогнула непробиваемая каменная кладка, и сквозь щели забрезжил свет. Я бросила взгляд на Гарсона – тот по-прежнему сидел с самым невозмутимым видом и даже не шевелился. Пожалуй, пришло время рискнуть, пустив в ход еще один весьма нетрадиционный прием.

– Ногалес, хотите заключить со мной сделку?

Реакция Гарсона и адвоката была совершенно одинаковой – оба дернулись. Затем оба одновременно резко выпрямили спины. Ногалес поднял на меня взгляд и как-то сразу сумел взять себя в руки:

– Какую сделку вы имеете в виду?

Адвокат хотел вмешаться, но Ногалес велел ему помалкивать. Я не отводила от него взгляда.

– Вы рассказываете мне все, как оно было – с самого начала, а я вам сообщаю главное из признаний киллера.

– Признание означает, что…

– Выслушайте меня внимательно, пожалуйста. На самом деле вам терять нечего. Я всего лишь прошу, чтобы вы облегчили мне дедуктивную работу, хотя это дело в основе своей уже раскрыто, и вы в любом случае будете обвинены в убийстве Вальдеса.

– Хорошо, – прошептал он.

– Инспектор, я обязан вас предупредить, что… – произнес адвокат.

– И пусть ваш адвокат покинет помещение – это тоже является частью нашего соглашения, – добавила я.

– Тогда должен выйти и вот он, – сказал Ногалес, кивая на Гарсона.

Я могла легко отклонить подобное требование, но решила согласиться. Приказа отдавать не пришлось – хватило одного моего короткого взгляда, чтобы младший инспектор вышел из комнаты для допросов, не проронив при этом ни слова. Зато взгляд Ногалеса, посланный адвокату, был куда более красноречивым и даже угрожающим. Наконец и тот вышел, хотя на лице его были написаны тревога и страх.

– Можете начинать, – позволил мне Ногалес.

Я улыбнулась:

– Неужели вы так до сих пор и не осознали своего положения? Давайте, Ногалес, можете начинать и не забывайте, что тут приказы отдаю я.

– Я бы в любом случае рассказал все, что знаю, потому что мои объяснения сняли бы с меня львиную долю вины.

– Сгораю от нетерпения, желая услышать вашу оправдательную речь.

В ответ на мою иронию он едва заметно поджал губы, потом продолжил:

– Я познакомился с Мартой Мерчан на каком-то приеме в посольстве Франции. Она специально приехала из Барселоны, так как представляла фирму, на которой работала. Мы очень быстро полюбили друг друга. Мне почти пятьдесят, но я холостяк. И никогда прежде не влюблялся. Когда я узнал, что она бывшая жена Эрнесто Вальдеса, это меня, мягко говоря, не обрадовало: хорошая была бы пожива для моих врагов. И мы с ней решили переждать определенное время, прежде чем появиться на публике вместе. Кроме того, Марта имела бы возможность как следует узнать меня – таким, какой я есть на самом деле.

– А какой вы есть на самом деле?

– Человек с большими амбициями. Неужели вы до сих пор этого не заметили?

– Вроде бы заметила.

– Марте пришел в голову некий план, который помог бы мне в профессиональной карьере. Ее бывший муж перелопачивал огромное количество информационного мусора. Она подумала, что, пожалуй, некоторые факты из личной жизни политических деятелей могли бы заинтересовать меня, и свела нас с Вальдесом.

– И вы платили ему за каждую находку.

– Да, вне зависимости от того, пригодилась она мне или нет.

– Эти персоны подвергались шантажу?

Он промолчал.

– Ответьте, пожалуйста.

– В конце концов – да.

– Я не совсем вас понимаю, объясните подробнее.

– Мне эти данные требовались исключительно в профессиональных целях, но если я по какой-то причине решал не публиковать полученную от Вальдеса информацию, то позволял ему заработать на ней деньги. Зато, если сведения попадали в печать, платил ему только я.

– Из фондов “Универсаля”?

Он выдержал довольно долгую паузу, но потом ответил коротко:

– Да.

– В любом случае своего вы добивались, правда? Вы получали определенную власть над людьми, которым было что скрывать. И превращались в очень влиятельного человека, оставаясь при этом в тени. А возможности воздействовать на политиков и предпринимателей перед вами открывались безграничные: назначения на должности, альянсы и, если угодно, даже свержение правительства… Поползли слухи, что конечной целью ваших газетных разоблачений был рывок в политику.

– Это выходит за рамки моего заявления, и я отвечать не стану.

– Сейчас вы скажете, что вас интересовали отнюдь не деньги.

– На самом деле меня волновало благополучие нашей страны, я хотел помешать коррумпированным политикам дорваться до власти или же оставаться при ней. Я потратил на это много, очень много часов, в немалой степени пожертвовал своим благосостоянием…

Я оборвала его, придав голосу максимальную холодность:

– Как вы только что прекрасно выразились, причины выходят за рамки вашего заявления.

– Вы правы, и вряд ли в политике кого-то волнуют чьи-либо побудительные мотивы.

– Продолжайте, пожалуйста.

– Как-то Вальдес сказал мне, что мы с ним можем оказать давление на министра здравоохранения. Он уже успел встретиться с Росарио Кампос, и она даже согласилась помогать нам – естественно, за деньги, тут уж, само собой, идеологической подоплеки искать не приходилось. Но что-то не сложилось между ними, и девица стала угрожать Вальдесу, что разоблачит всю интригу. Он пришел за советом ко мне, я посоветовал заплатить ей больше, чем было первоначально условлено, но этот негодяй Вальдес, этот сукин сын, не сказав мне ни слова, даже не предупредив, не посчитавшись со мной, убил Росарио. Когда я об этом узнал, мне захотелось умереть!

– Как он ее убил? Кого-то нанял?

– Не знаю!

– Подумайте, пожалуйста, это важно.

– Наверное, тут подключился кто-то из его помощников, из тех, кто пользовался доверием Вальдеса, но он ничего мне не сказал. Да и какая разница, ведь зло уже совершилось. Я просто обязан был остановить этого типа – он был убийцей, он нес в себе опасность, он создал прецедент, неужели вы не понимаете? У меня не было