Читать книгу - "Зловещая мелодия - Эрик Фуасье"

– Господин барон, я очень рад вас видеть. Прошу, прошу!

– Вы как будто меня ждали…

– Скорее надеялся на ваш визит. Вы и представить не можете, какие душевные муки мы с сестрой пережили за последние две недели. Знать о том, что тхаги снова угрожают нам местью, невыносимо. И ведь мы были уверены, что оставили их далеко за морями-океанами! Должен признаться, мы очень рассчитывали на ваше прибытие из Парижа. Вы наша последняя надежда избавиться от проклятия.

Удивительно, но в этот прекрасный солнечный день вестибюль усадьбы был погружен в сероватый полумрак. Все окна были закрыты тяжелыми темными шторами. Лорд Блэкберн, заметив недоумение Валантена, счел необходимым пояснить:

– Прошу прощения за столь… как это сказать по-французски?.. замкнутую атмосферу. Видите ли, с тех пор как моя сестра Эмили так страшно пострадала от ожогов, она не выносит прямой солнечный свет – ей неприятно, когда он попадает на открытую кожу. Потому мы вынуждены жить в постоянном полумраке. Конечно, это не способствует налаживанию связей с соседями – мы крайне редко принимаем гостей. Лишь несколько друзей, в том числе месье де Ларош-Сент-Андре, время от времени радуют нас своими визитами, нарушая наше полное уединение.

– Могу ли я просить об удовольствии познакомиться с вашей сестрой?

– Час для нее еще слишком ранний – врачи в это время суток рекомендуют ей отдыхать. Но скоро она спустится выпить чаю, и я вас представлю.

Пока англичанин вел его по дому, Валантен украдкой бросал на него взгляды, присматриваясь. Несмотря на безупречные светские манеры, сей почтенный подданный британской короны уже не казался ему человеком уравновешенным – бледный цвет лица, трепещущие веки, произвольное сокращение мышц щеки наводили на мысль о расстроенных нервах или о том, что этот господин испытывает постоянную боль.

Наконец они вошли в комнату – здесь, в отличие от вестибюля, занавески были открыты и обстановка казалась уютной. Это была гостиная и одновременно курительная комната, убранство которой приятно контрастировало своей экзотичностью с суровым внешним обликом здания. На дубовом паркете лежали великолепные тигриные шкуры. На стене висела большая цветная карта Индии, где были отмечены английские представительства Ост-Индской компании. Напротив красовалась целая коллекция диковинного оружия – палицы, пики, кинжалы и мечи с извилистыми лезвиями; также на стенах были развешаны причудливые охотничьи трофеи, наводящие на мысли о неведомых в Европе животных, пергаменты с цветными изображениями главных божеств индуистского пантеона и весьма необычные музыкальные инструменты.

Валантен остановился перед подобием охотничьего рога – большой трубой из красной меди, изогнутой в форме латинской буквы S.

– Не это ли пресловутая рамсинга, звуки которой оглашают смертный приговор для тех, кто имел несчастье прогневить богиню Кали? – осведомился он.

– Вы верно догадались! – отозвался Блэкберн, снимая инструмент со стены. – Эта рамсинга – из Пенджаба, земли на севере Индии. К несчастью, металлический корпус треснул, и теперь невозможно извлечь правильные звуки. – Он тотчас продемонстрировал это – поднес к губам мундштук, дунул, и в комнате прозвучала ломкая, нестройная нота.

Валантен задумчиво склонил голову. Длина этой трубы, если ее распрямить, составит не меньше двух метров, рассудил он. Такую тяжелую ношу несподручно таскать по лесам и болотам, а тем более если при этом есть задача оставаться незамеченным и вовремя сбежать в случае опасности.

– Все рамсинги такого размера? – уточнил инспектор.

– Примерно. Некоторые музыканты подвешивают их к потолку на шелковых шнурах, чтобы легче было играть.

– Звук слышен издалека?

– Понимаю, к чему вы клоните. В тех случаях, которые нас с вами интересуют, не было необходимости в том, чтобы музыкант находился в непосредственной близости от жертвы. В Индии рамсинги обычно используют на погребальных церемониях из-за низкого торжественного звучания и большой громкости. Громкость, конечно, зависит от силы дыхания исполнителя, но иногда мелодию можно услышать и на расстоянии нескольких сотен метров.

Повесив инструмент обратно на стену, Блэкберн подвел гостя к застекленной раме со страницами из старинных манускриптов. Под надписью коричневыми чернилами, состоящей из знаков неизвестного Валантену алфавита, был цветной рисунок – поразительный, завораживающий образ. Женщина с синей кожей и чувственными формами плясала, высунув язык, на распростертом человеческом теле, одной рукой держа за волосы отрубленную голову, другой потрясая огромным кривым мечом. Помимо этого, на рисунке имелись и другие наводящие ужас детали: грозная танцовщица была в ожерелье из человеческих черепов и в набедренной повязке из отрезанных рук и ног.

– Это и есть Кали, что означает «Черная», – проговорил английский лорд, – та самая грозная богиня разрушения и преобразования, чей изуверский культ проповедуют тхаги. Согласитесь, их идеалы довольно далеки от Нового Завета и призывов возлюбить ближнего своего.

Валантен наклонился, чтобы повнимательнее рассмотреть рисунок. Казалось, синяя фигура богини почти зримо окружена зловещей аурой.

– Да уж… Хотя это одна из самых чарующих танцовщиц, виденных мною, я бы не рискнул сразиться за право стать ее кавалером, – прокомментировал он, чтобы рассеять охватившее его вдруг неприятное тревожное чувство.

После этого мужчины устроились в изящных креслах, обтянутых кашемиром, и неспешно раскурили тонкие сигары. Валантен несколько раз с наслаждением пыхнул ароматным дымом, прежде чем без лишних слов перейти к главной причине своего визита:

– Мне показалось, вы абсолютно убеждены, что два убийства в бокаже совершены поклонниками страшной богини Кали. Тем не менее, насколько я понял на том собрании в Мелье, далеко не все с вами согласны…

– Вы, должно быть, намекаете на шевалье де Бовуара. Что ж, он молод и горяч. Ему не терпится сойтись в рукопашной с регулярной армией. Помимо него, Аликс д'Эгрефёй и еще несколько лихих голов уверены, что в убийствах виновны лазутчики Луи-Филиппа. Однако, боюсь, они принимают желаемое за действительное.

– И все же признайте, что ваша версия тоже выглядит фантастической. Тайное братство душителей, проклятие, которому неведомы границы, невидимые убийцы, делающие все, чтобы о них узнали…

Лорда Блэкберна эти слова Валантена, похоже, ничуть не обидели – наоборот, на его губах играла снисходительная улыбка, пока он небрежно стряхивал пепел сигары на серебряное блюдце.

– Определенно должен признать, что, изложенная в таком виде, моя история должна вызывать недоверие. Однако, если бы вы имели представление об истинном могуществе тхагов, наверняка сочли бы ее правдоподобной.

– Что вы хотите сказать?

– Это тайное общество сеет смерть больше двух веков на обширнейшей территории, да так, что о его существовании мало кто догадывается. Очевидно, что такое возможно лишь при наличии железной дисциплины внутри самой организации, а вернее, секты, где у каждого члена есть строго отведенная ему роль. Бхутоты вершат ритуальную казнь с помощью румала. Шамсиасы держат жертву за руки и за