Читать книгу - "Шепот старых стен - Анастасия Ватутина"

Усадьба «Гнилово»

– Тебе не кажется странным вешать в спальне портрет чужого мужа? – пробормотал Андрей.

– Еще как! – согласилась Клара.

– Может, они тоже были любовниками? – предположил Андрей.

– Не слишком ли много измен за один день? – вздохнула Клара. – Думаешь, узнав о неверности своих супругов, они решили таким образом им отомстить?

– Кто знает, – пожал плечами Андрей. – А потом Рихтер всех убил и исчез, Самойлова после всего случившегося тронулась умом и стала затворницей.

– Странно это, – протянула Клара. – Она производит впечатление холодной и расчетливой женщины, вряд ли измена мужа могла настолько ее шокировать. Все-таки они много лет жили порознь, наверняка она догадывалась, что у супруга могут быть романы, да и сама Ольга Николаевна наверняка увлекалась другими. В данной ситуации я бы предположила, что умом тронулся Рихтер, потому что его предали сразу двое близких людей: друг и возлюбленная. А для Самойловой смерть мужа стала, скорее освобождением: она унаследовала все его огромное состояние и могла распоряжаться им по своему усмотрению.

– Но не сделала этого.

– Не сделала, – согласилась Клара. – Прошу прощения! – она подняла руку, и десятки глаз удивленно уставились на нее.

Экскурсовод поджала губы, явно недовольная тем, что ее так грубо прервали, но Клара не обратила на это никакого внимания.

– Скажите, а как можно получить доступ к письмам Лизы Рихтер, адресованным Николаю Самойлову?

Экскурсовод бросила извиняющийся взгляд на свою группу, нервно поправила очки на переносице, после чего посмотрела на Клару:

– Только если однажды они станут предметом экспозиции в музее, – отрезала экскурсовод и, демонстративно отвернувшись от Клары, повела группу в следующий зал.

– Любопытно, – пробормотала Клара, провожая взглядом удаляющихся экскурсантов. – С каждым днем узнаю все больше странных и противоречивых фактов о Рихтере.

– Но его фраза из дневника о том, что Самойлова о чем-то догадывается, все еще не имеет никакого смысла, – согласился Андрей. – Если Рихтер знал об изменах жены, зачем ему беспокоиться о том, что графине станет известно об изменах мужа.

– Только если он не задумал месть и не боялся, что графиня испортит его план. Стоп, – Клара подняла на него глаза, – ты что, поверил в то, что мои видения реальны?

– Я только что стоял у портрета Рихтера, который мы обнаружили в усадьбе графини, которая привиделась тебе в театральном павильоне. Ни ты, ни я не слышали о ее существовании до этого дня, какие еще могут быть доказательства?

Из груди Клары вырвался смешок.

– В таком случае предлагаю вернуться в усадьбу и продолжить чтение дневника. Раз уж мы отыскали графиню С., вероятно, Лиза готова дать нам следующую подсказку.

– Слушай, – Андрей замер и нерешительно посмотрел на Клару, – а можно в этот раз я буду читать? Вдруг у меня тоже получится что-нибудь увидеть?

– Не боишься? – Клара с подозрением прищурилась и хитро улыбнулась.

– Насколько я понимаю, это просто воспоминания, – Андрей пожал плечами. – Фильм, который включается сам по себе и который нельзя поставить на паузу.

– Тогда поехали, – Клара бросила последний взгляд на портрет Рихтера и подтолкнула Андрея к выходу из музея.

Проливной дождь перешел в противную морось, и Кларе как никогда хотелось поскорее оказаться у теплой печи в усадьбе. Она спрятала озябшие руки в карманы вымокшей насквозь куртки и трусцой припустила по тропинке к главному дому. Во флигеле сторожа дернулась занавеска, что явно свидетельствовало о том, что их появление не осталось незамеченным.

– Странно, что он сегодня на месте, – вполголоса сказал Андрей, наклоняясь к Кларе.

– Решил для разнообразия поработать, – усмехнулась Клара.

Едва ли не бегом она припустила к усадьбе, представляя, как всем телом прижмется к все еще теплому боку печи.

– До холодов здесь оставаться нельзя, – стуча зубами, пробормотала она, вбегая в комнату.

– Клара, – он присел рядом с ней и забросил в печь пару поленьев, – ты же понимаешь, что мы не обязаны со всем этим разбираться? Наша задача – подготовить материалы для будущей реставрации, а не копаться в тайнах прошлого и не ловить хулиганов, которые вздумали пугать нас по ночам. Мы вполне можем сосредоточиться только на работе, а с остальным пускай разбирается новый владелец имения. Или вообще откажемся от этого проекта, в конце концов, найдем другое здание для реставрации. Без привидений.

– Если бы все было так просто, – тяжело вздохнула Клара.

– О чем ты?

– Видишь ли, с моей репутацией большая удача заполучить хоть какую-то работу.

– Не понял, – насторожился Андрей. – О чем ты говоришь? Я думал, что Штерблих выбирал лучшего реставратора для своего проекта.

– Возможно, год назад так и было, – тихо сказала Клара. – Не сказать, что я была лучшей, но определенной популярностью пользовалась. Прозвучит странно, но я умею чувствовать здания и могу легко представить, какими они были до того, как время изменило их облик. Я словно переношусь на сотни лет назад, и это очень помогает в работе, дает возможность именно восстановить былое величие, а не создать заново интерьеры, которые имеют мало отношения к историческому виду здания. Год назад я выполняла реставрацию в доме девятнадцатого века. Меня попросили восстановить росписи на потолке в одном из залов. Все основные ремонтные работы уже были закончены, поэтому в особняке я почти все время находилась одна. У меня был ключ и код от охранной сигнализации. Я уже заканчивала восстанавливать роспись, когда однажды утром приехала и обнаружила около дома полицейскую машину, – Клара ненадолго замолчала, собираясь с силами. – Мне навстречу выбежала заплаканная заказчица. Она сообщила полиции, что вернулась из поездки и обнаружила пропажу бесценной картины.

– Картины? – Андрей удивленно вскинул брови.

– Да, – выдохнула Клара. – Во время ее отсутствия доставили картину, которую она купила за баснословные деньги на каком-то аукционе. Честно говоря, я не вникала в детали, сказала только, чтобы картину оставили в одной из пустых комнат. И вот она исчезла. А подозрение пало на меня.

– Как это?

– Вот так, – вздохнула Клара. – Следов взлома не обнаружено, кроме картины, ничего больше не пропало. Заказчица решила, что я украла полотно и теперь пытаюсь выставить все как ограбление.

– А как же камеры наблюдения? Сигнализация?

– Я уверена, что включила сигнализацию, когда уезжала, но кто-то отключил ее сразу после полуночи.

– Но у тебя же наверняка было алиби. Кто-то мог подтвердить, что ты ночью не выходила из дома?

– Только мой муж.

– Муж? – Андрей выглядел так, словно из всего рассказа его шокировало только то, что Клара была замужем.

– Уже бывший, – поправила она. – Я рассчитывала на его поддержку, но, как оказалось, напрасно. Он первым от меня отвернулся. Заявил, что разочарован во мне, – горько усмехнулась Клара. – В любом