Читать книгу - "Идеальная дочь - Федерико Аксат"

21

Когда Бишопу пришло сообщение с неизвестного номера, он сидел у себя в комнате и играл на гитаре.

С тех пор как распалась группа, он почти не брал в руки инструмент, но тем утром почему-то захотелось поиграть. Загорелся экран телефона. Наверное, Тим что-то придумал, решил Бишоп. Но сообщение было анонимным. Бишоп уже хотел его удалить, но так и замер, увидев единственную строчку текста: «Видео с Дженис Хобсон». Затем появилось изображение. Сначала нечеткое: видео загружалось. Это продолжалось целую вечность, а возможно, пару миллисекунд: восприятие времени у Бишопа исказилось.

А потом у него перехватило дыхание. Там была Дженис с голой грудью. Видео длилось тридцать секунд.

Бишоп отложил гитару в сторону и зачарованно уставился в экран. Он знал, что посмотрит это видео: устоять перед таким невозможно. К тому же Дженис его подруга, и надо понять, не розыгрыш ли это – действительно ли там то, что он думает.

Бишоп нажал на «плей». Как он и предполагал, видео было снято на заднем сиденье джипа Дилана. Голая по пояс Дженис стояла на коленях. Она прикрывала руками грудь и улыбалась в камеру. Безошибочно узнаваемый голос Гаррета говорил, что ему это нравится. Дженис слегка раскачивалась, открывала рот и приближалась к камере.

Бишоп окаменел. Он смотрел в телефон, словно ожидал увидеть там что-то еще. Никогда в жизни он не испытывал подобных чувств.

Конечно, сцену орального секса он видел не впервые. Но здесь была Дженис. И пусть в те несколько секунд ее явно ни к чему не принуждали, что произошло потом, Бишоп не знал. Ясно одно: после этого эпизода Дженис отдалилась от друзей и стала вести себя крайне странно. Произошедшее явно сильно на нее повлияло.

Немного придя в себя и восстановив способность мыслить хоть сколько-нибудь ясно, Бишоп отправил сообщение Тиму: «СРОЧНО ПРИЕЗЖАЙ КО МНЕ. КОД КРАСНЫЙ».

Тим примчался на велосипеде через пятнадцать минут. Про красный код они иногда шутили – это был сигнал тревоги, которым они еще никогда не пользовались всерьез. Тим, не звоня в дверь, вошел в дом и сразу проследовал в комнату Бишопа.

– Что случилось? – Тим сразу понял: это не шутки.

– Мне пришло анонимное сообщение, там видео с Дженис и Диланом. По крайней мере, его часть.

Тим молчал. Очень медленно он опустился на кровать и взглянул на телефон в руках Бишопа.

– Прости, Тим, но я тебе его не покажу.

Тим кивнул, устыдившись своей первой реакции.

– Да, конечно. Там все серьезно?

Бишоп кивнул.

– Я не знаю, почему видео прислали мне. Если его получил кто-то еще, завтра в школе будет скандал.

– Что будем делать?

– Я не знаю. – Бишоп встал. – Главное – не повторить ту же глупость и не рассказать Киту. Иначе он точно его убьет.

– А девочкам расскажем?

– Возможно.

Бишоп вышел из комнаты, Тим последовал за ним.

– Хотя нет. – Бишоп обернулся. – Может, им и не стоит рассказывать. Я имею в виду, чем меньше людей в курсе, тем лучше, верно?

Тим не знал, что и думать. Все, что говорил Бишоп, имело смысл, хотя он то и дело противоречил сам себе.

– Может, сам Дилан мне его прислал.

Бишоп скорее рассуждал сам с собой. Он осматривал гостиную подозрительным взглядом, словно среди заваленной всякими предметами мебели скрывался ответ на его вопрос.

– Хочет отомстить Киту за то, что тот ему навалял, – подхватил Тим.

– Именно. Они слили видео, чтобы опозорить Дженис.

Бишоп хотел добавить что-то еще, но тут со стороны кухни раздался голос его матери:

– Какое видео, сын?

Бишоп чуть не вскрикнул. Тим вытаращил глаза: еще немного, и они выскочат из орбит.

– Никакое, мам. У нас тут своя тема.

Бишоп отлично знал это выражение лица Лены: ни переговоры, ни отговорки не помогут. Тим никогда еще не видел ее такой серьезной.

– Дай телефон.

– Что?! – возмутился Бишоп. – Не дам я тебе телефон.

– Сын, не трать мое время. Или отдашь его мне, или придется отдавать шерифу Холту. Этот Гаррет – он же из выпускного класса, так? То, что он сделал, – преступление.

Тут оба поняли: Лена слышала почти весь разговор.

– Дай, пожалуйста, телефон, – спокойно, но твердо повторила Лена.

Бишоп понимал: его мать настроена серьезно. Когда дело касалось насилия над женщинами, она всегда была настроена серьезно.

Бишоп протянул ей мобильник.

– Ты отнесешь его в полицию?

– Сначала я поговорю с папой Дженис.

– Нет! – хором выпалили Тим и Бишоп.

– Мам, это плохая идея. Если Дженис узнает, она жить дальше не захочет. Ее папа и брат… в общем… вряд ли они спокойно это воспримут.

Лена кивнула.

– Идите в комнату и ни с кем ничего не обсуждайте. Я позвоню кое-кому посоветоваться.

– Мам…

– Сын, пожалуйста. Все очень серьезно. Насколько я понимаю, если Гаррет сам разослал видео, его будут судить как взрослого. И неважно, знала Дженис, что ее снимают, или нет.

Бишоп кивнул. В глубине души он испытывал облегчение: теперь не придется разбираться с этим самому. Он посмотрел видео всего один раз, но образ Дженис в джипе так и стоял у него перед глазами. Всеми фибрами души он желал, чтобы Дилан Гаррет получил по заслугам. Мало того что по его вине Дженис ушла из группы: этим видео он чуть не разрушил ей жизнь. Он его снял, а значит, прямо или косвенно нес ответственность.

Бишоп и Тим сидели в комнате, перебирая теории, кому и зачем