Читать книгу - "Аромат апельсинов - Кэти Джордж"

Иду назад и заглядываю в ближайшую дверь. И кого же я там вижу? Мистера Руфуса собственной персоной! Мое сердце вздрагивает, замирает и тут же пускается вприпрыжку.

– Нэнси…

Он чуть склоняет голову. Ему хватает такта изобразить смущение.

Я вхожу. В лавке пусто, и нам едва ли кто-то помешает.

– С чего это вы следите за мной?

– Не хотел разговаривать с тобой в «Калеках», – отвечает он. – Там нас могли бы увидеть.

– Верно, – говорю я, скрещивая руки на груди. – Вы хотели меня видеть?

– Можно и так сказать. Пожалуй, даже не по одному поводу.

Он смотрит на меня, и я стараюсь не думать о том, что, возможно, мы оба хотим одного и того же.

– Но самое неотложное дело – это возвращение бамбино.

Я хмурюсь.

– Нэнси, только не притворяйся, что не знаешь, что значит «бамбино».

– О, я знаю, сэр. Знаю. Но не понимаю, о каком бамбино идет речь.

– Вечер у тетушки Мод. В стеклянном блюде. Изящный младенец, пухлый и золотой. Он исчез, – говорит мистер Руфус. – Он у тебя? Ты, случайно, не взяла его? Дорогая тетушка Мод очень хотела бы вернуть его. Фоксли говорит, она не в себе. Она понятия не имеет, куда запропастилась фигурка. Фоксли сообщил мне о пропаже. Если она у тебя, ты не могла бы ее вернуть, Нэнси?

Он тяжело вздыхает. Это и в самом деле тяжело. Хотя бы потому, что мешает мне заниматься главным – присматривать за Оливером.

– Не понимаю, о чем вы говорите, мистер Руфус, – удивленно смотрю на него я.

Он нервно теребит белые кружевные манжеты, выглядывающие из-под рукавов сюртука. На меня он не смотрит. Значит, ему неудобно, он не уверен в своих обвинениях.

– Зачем мне обкрадывать гусыню, которая вот-вот снесет золотое яйцо?

– В самом деле, зачем?

Мистер Руфус смотрит на меня.

Я – на него.

Я всматриваюсь в его темно-карие глаза. И меня охватывает страстное чувство, я понимаю, что краснею. Я жду, когда он моргнет. Он не моргает…

– Ага! – восклицает он. – Ты моргнула.

– Я моргнула, потому что мне пришла в голову одна мысль, – я замолкаю.

– Говори, – требует он.

– Разве не может быть, что его взял кто-то из слуг? – я стараюсь говорить торжественно, немного подражая Фейги.

– Невозможно, – мистер Руфус взволнованно постукивает тростью по каменным ступеням. – Это долгая история, и когда-нибудь я тебе все объясню.

Он вежливо откашливается.

– А куда ты сейчас направляешься, Нэнси? Ты шла очень целеустремленно, – он окидывает меня взглядом, и я замечаю в нем не только любопытство. – Ты же не собираешься на встречу с клиентом?

– Нет, я не собираюсь на встречу с клиентом, – отвечаю я, радуясь тому, что он прекратил разговор о безделушке. – Фейгин послал меня по делу.

И это даже не слишком далеко от истины.

– Понятно, – отвечает он. – Я могу помочь?

– Помочь? – я качаю головой. – Нет. Боюсь, нет, сэр.

Он удручен. Можно сказать, опечален. Еще несколько ударов трости по камням. Казалось, мысль о том, что придется провести остаток дня в собственной компании, причиняет ему муки.

– Мне просто нужно сходить по одному адресу, – говорю я.

Нет ничего плохого, если он об этом узнает.

– Я могу тебя отвезти? – спрашивает он с надеждой в голосе.

Я прикусываю губу. Пожалуй, он может. Это ведь не опасно?

– Хорошо, – говорю я.

Наступает затишье. Я жду на крыльце лавки, пока он найдет экипаж. Экипаж, в котором нас никто не сможет разглядеть. Вернее, где никто не сможет разглядеть мистера Руфуса. Я – та, кто я есть, а ему нужно думать о собственной репутации.

Когда я поднимаюсь на подножку экипажа, возчик спрашивает: «Куда?», и я отвечаю: «Гайд-парк». Это неправильный адрес, но сойдет и так.

«Привет», – мысленно говорю я, потому что занавески на окнах опущены.

Внутри темно, но уютно. Мистер Руфус сидит с краю, и в лице его читается пустота и печаль. Ни слова не говоря, он сажает меня на колени. Словно я ребенок. Он прижимает мою голову к своему плечу. Согревает меня теплом своего тела. Не отпускает меня.

– Нэнси, – шепчет он, словно вспоминая мое имя.

Экипаж рывком срывается с места. Колеса стучат под днищем, отзываясь вибрацией в наших телах.

Снаружи слышен стук лошадиных копыт, дребезг повозок и крики торговцев, мальчишек-газетчиков, девушек, торгующих зеленью, женщин, предлагающих цветы «по две охапки за пенни». Снаружи – холодный воздух, мелкие капли дождя, шум и облака пыли, зловонный дым заводских труб. Тут же и река – грязная Темза, вязкая от угольной пыли, маслянистой лентой вьющаяся через весь Лондон.

Но сейчас все это далеко. Сейчас это всего лишь тихий нестройный шум. Мы вдвоем заключены в кокон, словно пара младенцев в накрытой одеялом корзине. Мы в собственном мире. Мое тело уютно устроилось на надежной опоре, мое бедро прижимается к его бедру. Сердце стучит, и меня снова охватывает это кружащее голову чувство.

Я замечаю, что темно-карие глаза мистера Руфуса смотрят на меня. Подняв голову, я касаюсь губами его губ, и его рыжие усы щекочут мою кожу, когда он отвечает на мой поцелуй. Густые волосы падают ему на лицо. Прикосновения, ласки, влажные губы, столкновения языков, плавные, осторожные движения рук и ощущение пульсирующего жара, жажда обладать и желание… желание… и боль где-то глубоко внутри, которая все усиливается…

– Гайд-парк!

Экипаж останавливается, и мы снова прижимаемся друг к другу.

Мистер Руфус моргает и смотрит на меня, ничего не понимая. Словно он был в ином мире.

– Нэнси… – шепчет он. – Нэнси! – повторяет он тревожно, словно желая удержать меня.

Я не обращаю на него внимания. Тихо подняв упавшую с плеч шаль, я открываю дверь, выхожу в реальный мир и исчезаю.

Это требует храбрости. И силы воли. Но, видите ли, я должна была оставить его именно сейчас. В это трудно поверить, но я никогда прежде не испытывала агонии блаженства с мужчиной. Нет, с самой собой у меня это получалось, ведь доставить себе удовольствие – лучший способ уснуть крепким сном. Но ни разу этого не было с мужчиной, даже с мистером Сайксом. Они всегда слишком спешат, слишком рвутся оросить своими соками. И они слишком грубы, и обычно все заканчивается, едва я начинаю ощущать первые признаки удовольствия.

По пути в Пентонвиль я не могу не думать о том, что с мистером Руфусом впервые была близка к тому, чтобы достичь этого неуловимого блаженства с мужчиной. Это стоит запомнить. И не только это. Впервые в жизни я – подумать только! – с нетерпением жду сами знаете чего.

Удивительно, как женщины могут