Читать книгу - "Берлога зеркального карпа - Дарья Донцова"

появлялась с вкусной едой, конфетами и объясняла: «Как только начнете вести себя правильно, жизнь изменится в лучшую сторону! Главное, хорошо работать и ничего не просить». Такой метод воспитания изобрела лично Зоя Игнатьевна!

— Макаренко и Фрейд сейчас в гробу перевернулись бы, потом сели бы и зарыдали! — выпалил Кузя.

— Похоже на то, — согласился Сеня.

— Пожалуйста, поверьте, перед вами тихая, скромная женщина, — зашептала Серафима, — я не сволочь, не гадина…

— У меня о вас сложилось иное мнение! — воскликнула я. — Боря, не стой в углу, садись за стол.

— Я ее боюсь, — прошептал мальчик, показывая пальцем на свою мучительницу.

— Пенсия крохотная, — всхлипнула та, — просто деньги зарабатываю. Вела себя так, как Зоя приказала. А куда Борис-то делся? Ты, ваще, с какого бока здесь? А?

— Какой Борис? Рассказывай все, что с тобой приключилось, — велела я подростку, — только нормальным языком, а не новоязом.

— Ну, — протянул паренек, — тут много чего говорить надо. Я не один. Двое нас…

Глава тринадцатая

— Начинай, — велел полковник, — мне тоже интересно узнать, о каком еще Борисе идет речь.

И мы услышали рассказ мальчика.

У Бори нет родителей. Вернее, они есть, но он их совсем не помнит, потому что еще в раннем детстве оказался на попечении Зои Игнатьевны. Ни отец, ни мать сына не навещали, а когда ему исполнилось пять лет, вообще отказались от ребенка.

— Такое возможно? — удивилась я.

— Да, — подтвердил Дегтярев, — но исключительно по уважительным причинам.

— Жил долго в комнате один, скучал. А потом появился сосед, которого тоже звали Боря, — у них судьба похожая.

Мальчик, который сейчас говорил, никогда не видел ни свою мать, ни отца. А у его компаньона по спальне, у Бориски, они были. Вот только ребенка пара не хотела, рассчитывали без детей жить, да вдруг сын родился. Никто малыша не любил, не обнимал, не хвалил, зато ругали охотно, били за любую провинность. В семь лет Бориска решил: раз я плохой, то должен себя гадко вести. И принялся хулиганить. Пожар устроил, правда, небольшой! Шубу матери изрезал! Еще много чего натворил, и его в интернат сдали.

— Мы в одной комнате оказались, подружились, — шептал Боря, — потом машина за Бориской приехала, чтобы его к Зое Игнатьевне отвезти. Шофер никого в лицо не знает, ну… вот… так… это…

— Ты сел вместо него! — догадался Кузя.

— Ну, да, — кивнул мальчик, — впереди устроился и начал кашлять. Водитель мне воду давал, по спине стучал, а Бориска в это время незаметно сзади влез и на пол лег. Ехали, ехали, добрались до Москвы, я сказал: «В туалет ужасно хочу». Шофер остановился у большого магазина, повел меня в тубзик, а Бориска убежал!

— Куда?! — воскликнули мы с Александром Михайловичем.

— К дедушке, — вздохнул Боря, — он жив, Бориска его адрес узнал. А мне следовало у Зои Игнатьевны дурака и хулигана изображать, чтобы она не сомневалась, что я именно Бориска! Тогда не стали бы искать того, который к дедушке удрал.

— Однако неплохо получалось, — улыбнулась я. — Может, знаешь, по какой причине Зоя Игнатьевна тебя к нам привезла?

— Она уверена, что именно я тот хулиган Бориска, — ответил мальчик, — ну, который родителей достал. Очень старался у нее по полной безобразничать. Боялся, вдруг догадается, что я не тот Бориска. Вещи в шкафу тетки сбрасывал с вешалок, духи выливал, в унитаз вату напихивал и говорил как тот Бориска: он все время в интернете сидел, у него есть свой ноутбук. Я просто слова заучил, которые он мне на бумажке написал. Ни планшета, ни телефона, ни компьютера своего у меня нет, — вздохнул паренек. — Вот выучусь на доктора, стану хорошо зарабатывать, тогда куплю себе айпад! Он — моя мечта!

В комнате стало тихо. Молчание прервала плачущая Серафима:

— Боречка, прости меня, бабу глупую! Зоя велела тебя через колено ломать, пока не перестанешь хулиганить. Испугалась она.

— Что так ужаснуло Зою Игнатьевну? — поинтересовался Семен.

— Мать Бориски, того, который настоящий безобразник, ей позвонила, сообщила, что не станет ей платить алименты, потому как они с супругом развелись. В семью деньги мужчина приносил, у нее зарплата маленькая, так что от сына она навсегда отказывается.

— Алименты в нашей стране никто не отменял, — тихо сказал Семен, — а процедура отказа отца от сына возможна лишь при оспаривании отцовства в судебном порядке или при усыновлении мальчика другим лицом.

— Верно, — опустив голову, произнесла Серафима, — только с ребенком оказия вышла. У дядьки завелась любовница. Захотела родить, а никак не получается. Вот она мужику и давай в уши петь: «Я-то здоровая, похоже, ты болен». Тот ей в ответ: «У меня сын есть». Услышав это, она предложила: «Сходи в лабораторию, сдай анализ. Может, чужого на тебя повесили». Прямо в мозг любовнику подозрение воткнула. Вообще-то, мужчины таких походов не любят, но отец Бориски согласился и выяснил: он стерилен! Выходит законная жена от кого-то другого родила. Дядька супругу к стенке припер, а та в слезы: «Очень ребенка хотела, а у тебя не получалось. Проверилась сама — здорова».

Муж с ней развелся и не собирается отсчитывать алименты — он же не родной мальчику, а у матери нет денег, вот она и решила официально отказаться от сына, и его должны были перевести в обычный интернат. Но тут неожиданно объявился дед, который начал оплачивать счета Зои Игнатьевны. Бориска ночью сумел войти в кабинет заведующей, порылся там, нашел свое личное дело, прочитал адрес дедушки и решил к нему поехать. Деньги на поездку он попросту украл, утащил кошелек у поварихи. Борис, с которым он жил в одной комнате, перед вами сидит. Зоя Игнатьевна поняла, что ее обманули! Борис, которого сдать в государственный приют следовало, удрал, а у нее другой Борька, не буду говорить, кто за него деньги вносит.

Сима замолчала.

— Почему бы родителям не отдать Бориса-два в обычный государственный приют? — спросил Собачкин.

— Так там сразу узнают, чей мальчик-то. А Зоя умеет молчать. Кроме нее никто понятия не имеет, откуда дети. Думают, они от «левых» отношений известных людей. Или депутатов! Это надо у Зои выяснять. Мне лишь одно понятно: простой человек никогда столько денег за детдом отдать не сможет. Значит, думать надо о богатых и знаменитых. Зойка сейчас злая-презлая! Что делать, она пока не знает, но понимает, что денег теперь от деда Бориса ей шиш достанется. А куда второго паренька девать-то? — Сима всхлипнула: — Я не знаю, откуда Бориска-первый взялся. Зоя его привезла годовалым, и ничего мне про него не сообщила. Платит кто-то за