Читать книгу - "Что скрывает прилив - Мария Орунья"

в этом деле потребуется проявить недюжинную фантазию. Сержант приблизился к двери и тщательно ее осмотрел. Она не была герметичной и совсем не походила на корабельную – просто красивая крепкая дверь из пихтового дерева, какие встречаются в старинных гостиницах, и ключ по-прежнему торчал в замке.

Итак, это было место преступления, но Валентине оно так ни о чем и не сказало. Похоже, здесь не найдется никаких зацепок или ответов, а значит, чтобы выяснить, как было совершено преступление, понадобится изучить действующих лиц, их цели и мотивы. Кому была выгодна смерть Юдит Помбо? А главное, что за человек она была? По своему опыту Валентина знала: чтобы понять убийцу, принципиально важно изучить личность жертвы. Что ее вдохновляло, каковы были ее интересы, привычки, вкусы. Что ее радовало, что огорчало, с какими неудачами и потерями ей пришлось столкнуться и как она на них реагировала. Скрывала или старалась у всего найти положительную сторону?

Но нужно иметь в виду, что и сам убийца, совершив преступление, меняется. Открывает в себе силу, которая делает его опаснее и смелее. И страх. Первобытный страх быть пойманным обостряет ум и хитрость.

Валентина оглядела пол.

– Капитан сказал, под каютой трюм, так?

– Да. И ты сама видишь, что здесь никаких люков или чего-то подобного.

– Или мы их просто не нашли. Итак, под полом трюм, над потолком небо, справа море, а за остальными стенами – другие помещения корабля… Позвоню Лоренсо, уточню, что именно они тут сделали.

– Если бы они нашли что-то имеющее отношение к делу, он бы уже сообщил.

– Да, но криминалисты могли ограничиться только тем, что сняли отпечатки пальцев и сфотографировали место преступления. А я говорю про тепловизор, металлоискатель, георадар или другой инструмент такого рода, чтобы убедиться, что из этой каюты нет потайных выходов.

Лейтенант позвонила Лоренсо Сальвадору, начальнику отдела криминалистики, и несколько минут с ним говорила. Он заверил, что каюту прочесали от и до, прощупали стены и перекрытия по всему периметру, но как раз сегодня утром собирались еще раз заехать на судно, чтобы перепроверить размеры каюты и обследовать ее с помощью комплекса цифровой радиографии, потому что судья Марин распорядился провести самое детальное обследование. Для этого и остался дежурить агент морслужбы – следит, чтобы корабль не подвергся манипуляциям и вмешательству со стороны третьих лиц.

– Повезло нам с судьей, – удивленно заметила Вален-тина.

– Ах, молодость, божественный дар! Ну а что ты хочешь, парню не терпится всем доказать, чего он стоит.

– Да я только рада. Главное, чтобы не выдохся. Хорошо, спасибо, Лоренсо. Надо будет еще взглянуть на кабинеты жертвы в теннисном клубе и в ее компании, вдруг там найдутся материалы, которые смогут что-то прояснить.

– А в доме?

– И в доме тоже. Но всему свое время, сначала побеседуем с ее семьей. А что касается жертвы – как ты думаешь, не мог убийца специально так расположить тело, чтобы запутать криминалистов?

– Нет, мне так не показалось. Жертва умерла там, где ее нашли, не было никаких признаков, что тело перемещали. Те два пятна на ковровом покрытии очень маленькие, и у меня сложилось впечатление, что это не брызги от удара, а гравитационные пятна.

– Что ты имеешь в виду? Что из раны просто капнула кровь?

– Верно. Конечно, не поручусь, что дело именно в этом, но чего не было, так это брызг, возникших непосредственно при нанесении раны. Полагаю, жертва после ранения просто начала истекать кровью и в конце концов упала на кровать и потеряла сознание.

– Либо ей кто-то помог лечь.

– Это не исключено. Я пока делаю выводы только на основании визуального осмотра. Еще мы обработали всю каюту люминолом, и я точно говорю, что больше там ничего не было.

– Ясно, спасибо. Мы тут пока закончим осмотр. Сообщи, пожалуйста, как только будут результаты структурных исследований.

Валентина попрощалась с криминалистом и уже собиралась покинуть каюту, как ее посетила идея. Она полностью открыла дверь и встала за ней.

– У тебя ноги видны, – сказал Ривейро, сообразивший, о чем подумала лейтенант.

– Но представь, что я убийца. Вот я убиваю жертву, она издает крик, и я слышу, как за дверью поднимается суета. Покинуть каюту незаметно я не смогу. Тогда я быстро запираю дверь на ключ, чтобы выиграть время. Люди снаружи собираются выбить дверь. Им это удается, но они выбивают не саму дверь, а ломают косяк. Дверь распахивается внутрь, и я прячусь за ней. Кровать, на которой лежит Юдит, в дальнем конце помещения, внимание всех приковано к ней… Когда в каюту набивается целая толпа, как в той комедии братьев Маркс, я выскальзываю из-за двери и делаю вид, будто зашла последней, еще и заглядываю за дверь, словно проверяю, не прячется ли тут кто-нибудь.

– Не знаю, – с сомнением произнес Ривейро. – Слишком много глаз и внутри, и снаружи каюты, чтобы провернуть такой трюк, тебе не кажется?

Валентина толкнула дверь, и та скрипнула, будто жалуясь на грубое обращение, которому ее подвергли накануне.

– Может быть, убийца прятался в ванной, вышел, когда в каюте оказалось достаточно людей, и незаметно смешался с толпой.

– Ты забываешь про повара-китайца и официантку, – возразил сержант, сверившись с записями в своем блокноте. – Оба сказали ребятам из морслужбы, что стояли у двери с того момента, как ее выбили, и до тех пор, пока все не вышли, и ничего необычного не заметили.

Валентина улыбнулась и посмотрела на сержанта. Иногда у нее было ощущение, что коллега ей как старший брат – не из-за покровительственного отношения или разницы в возрасте, а потому что она так хорошо его знает. Неизменное спокойствие, блокнот, логика, скрупулезность во всем. Хорошо, что в ее команде есть такой надежный человек, голос здравого смысла.

– Я про них помню… Но кто знает, они могут быть сообщниками убийцы, как предположил Камарго. Кстати, – добавила она, кивнув на блокнот сержанта, – исправь, повар не китаец, а японец. Ладно, пора идти.

– Куда?

– Искать ответы. Для начала побеседуем с капитаном и экипажем. И надо выяснить, что за человек была Юдит Помбо.

4

Опасно опираться на неточные данные[5].

Артур Конан Дойл, «Пестрая лента» (1892)

Большинство дней в нашей жизни проходят, не оставив следа, и тонут в забвении, но бывают такие, что меняют всё, размывают самую нашу суть, чтобы направить нас иным путем. Кто знает, может быть, эти переломные моменты – та самая судьба, и нам не укрыться от удара, призванного разрушить то, какими мы были.