Читать книгу - "Мститель Донбасса. Вира кровью - Александр Анатольевич Пересвет"

– Дальше он вроде бы опять в Чечне, с 99-го до 2005 года. Ранен, награждён. Получил я тут… э-э, в одном месте данные о его операциях во время второй чеченской, причём командовал он отдельной группой. В целом создал о себе впечатление, что неплохой штабист, но слабый командир. То есть план операции разработать может неплохо, а вот боем руководить не способен, на обстановку реагирует слабо, замедленно. При резкой смене обстановки уходит в себя, теряет инициативу и командовать бросает. Откатывается на роль рядового бойца.

Так что успехи были, но в целом как о командире впечатление оставил между нулевым и негативным. А в прошлом году его – прикинь, уже полковника! – увольняют по сокращению штатов! Да ещё «без права ношения мундира»! А? Как тебе?

– Подожди-ка, – Кравченко нахмурил лоб. – В 95-м лейтенант, а в 13-м – уже полковник? За восемнадцать лет службы?.

Тихон пожал плечами:

– Ну, выслуга, возможно. Я не знаю точно, как там у них, в ФСБ, за сколько год на боевых идёт. Может, за три. Как раз и получается от лейтенанта до полковника. Хотя сам понимаешь – получил ли он это звание на самом деле, я не поручусь. Вот как-то не осветили мне именно эту информацию так, чтобы я поверил.

К тому же знал я оттуда одного настоящего офицера. Правда, из ПГУ, из внешней разведки по нынешнему… Фамилию не скажу, он живой ещё, а зовут Евгений Тимофеевич. Прикинь, когда-то самого Конана Молодого от провала спас: перехватил у него портфель с компрометирующими документами, когда у того контрразведка супостата не на хвосте, а уже на загривке висела. И спокойно на метро в посольство наше отвёз. Без всякого прикрытия.

Алексей вспомнил своё подобное приключение в Москве. Тихон словно подслушал его мысль:

– Помнишь, я тебя раз так прогнал? В качестве прикрытия? Это я тот рассказ запомнил. И показалось мне, что правильно будет и в наших делах такой вариант отрабатывать. Но дело не в этом, а в том, что этот самый Евгений Тимофеевич при подобных заслугах до полковника только к концу службы дошёл. А ведь прошёл ещё Германию послевоенную, Испанию при смене Франко, Ливан во время гражданской войны. В операции по освобождению захваченных там наших дипломатов участвовал. Техник был от Бога, такие прослушки устанавливал! Молодёжь учил…

Шеф помолчал, то ли вспоминая, то ли раздумывая, стоит ли делиться ещё чем-то. Видимо, решил, что не стоит, и продолжил:

– С Бегловым другое интересно: отзывы о нём довольно смутные. Отморозком его почему-то считали. По слухам, даже психолога на него натравили.

– В общем, с вопросами у парня биография, – после паузы подытожил Ященко. – Вроде бы всё возможно, но вероятности друг с другом не вяжутся.

Он помолчал, потом махнул рукой:

– В Крыму он был в параллель с нами. И туда его заводила, как я понимаю, «пятёрка» – ну, нынешняя, имеется в виду. Сам знаешь, кто это. Подводили его к Аксентьеву, когда тот стал премьером, через Молодая, он у того стал советником по информации и пиару. Ты с ним не общался, а я пересекался пару раз. Там какая-то сложная каша была вокруг Аксентьева. Сам он, если помнишь, – Алексей кивнул, – был лидером «Русского единства» крымского, так что контакты соответствующие. Ещё в ноябре к нему подошло «Отечество» в лице Буравлёва, председателя. Затем возникло несколько патриотических движений и клубов, были подписаны соглашения и всё такое. Опять же, сам понимаешь: каналы. Прикинь?

Оба синхронно усмехнулись.

– Ну, что у них, у ребят этих, есть склонность приписать себе чужие заслуги, – этого не отнять. Тебя тогда в Крыму ещё не было, это 26-го было, февраля. Тогда меджлисовцы напали на Верховный Совет, два человека погибло, а те даже первый этаж захватили. Мы тогда с казаками людей подняли, отряды казачьи сбили, байкеров. В общем, выгнали меджлисовцев. Они же такие – смелые, когда десятеро на одного, да власти сочувствующие за спинами. А тут – и не рыпнулись. Мы тогда на ночь караулы расставили, а утром, часа в четыре, уже «вежливые» нарисовались. Мы им здание передали. В смысле – передали здание казаки. Местные.

Тихон хитро посмотрел на Алексея.

– За это «Мужество» дали? – сообразил тот.

Награждение Ященко орденом Мужества отмечали в своё время весело. Но за что конкретно тот его получил – шеф не говорил. Не сказал и сейчас.

– По совокупности, – промолвил значительно. – Неважно. Но, в общем, эти Аксентьевы поначалу обсели, а потом в ЦК это было предъявлено как результат их и только их усилий.

Но результат оказался противоположный. Записали за ними косяк. Кровь пролилась – и по их вине. Или недосмотру, неважно. В таких ситуациях любой недосмотр – вина. А был там такой генерал Тимофеев, когда-то в Приднестровье служил. Тот вообще ставил вопрос об аресте нашего героя. Но Аксентьев за него тогда заступился. Тем не менее в ЦК ребята не дурные, видят всё получше нас – и этих, в общем, решили держать от дел подальше. Тем более вопросов накопилось к ним немало.

– Славянск? – сообразил Алексей.

– В частности, – кивнул Ященко. – Похоже, решили шельмецы свою игру сыграть. Пользуясь обстоятельствами и авторитетом России, который она за Крым сильно подняла. Это я свой такой вывод делаю.

– Смотри. Активные люди берут администрации и управления СБУ в Харькове, Луганске, Донецке. Всё практически одновременно, да. Посол России давно отозван. У президента на столе – разрешение вводить войска на Украину для защиты людей и нормализации обстановки. Дальше – сам понимаешь – крымский сценарий: собираются депутаты, отказывают в легитимности киевской хунте. Но свою собственную легитимность как местного законодательного собрания полностью сохраняют. Принимают нужные законы, подчиняют милицию и войска. И – дело сделано! Без крови и пыли!

– Помнишь, кое-кто подсмеивался над президентом, когда тот сказал: мол, помните, за людьми будет стоять российская армия! С понтом: ну да, армия будет за спинами прятаться! А президент не оговорился. Сказал именно то, как должно было быть: люди отвергают власть хунты, людей защищает власть местных депутатов. А на случай, если хунта захочет наказать протестующих вооружённой силой, – вон она, армия России! За спинами у людей Донбасса стоит! Поди, тронь их!

Словом, «вежливые» опять: вы тут голосуйте, референдумы проводите, всё сами, а мы тут вас охранять будем, чтобы фашисты киевские на вас не лезли с карательными планами. Нормально?

Алексей кивнул: ну, естественно.

Ященко предложил ещё по одной, промочить горло.

– Ты извини, что я тут подробно так распинаюсь, – сказал он совсем не характерную для себя фразу. – Просто когда знаешь, как оно должно было быть, как оно спланировано было…

И вот прикинь: в эту самую развивающуюся операцию, когда в Луганске и Донецке, да