Читать книгу - "Тайные войны спецслужб. Англосаксы и Ватикан - Иосиф Борисович Линдер"

уступить СССР большие части своей территории, то позже, как сказал финский президент Ристо Рюти в своей речи по радио 26 июня 1941 г., «представители Советского Союза выражали мнение, что этот договор гарантирует безопасность Ленинграда, для защиты которого Советский Союз предпринял военные действия. Советские делегаты на переговорах заверяли также, что этот мирный договор гарантирует безопасность Мурманской железной дороги к северо-востоку от Ладоги, которую Советский Союз считал важной коммуникацией». Но советское правительство дезавуировало и эти заявления.

(9) Соглашение о проливах, заключенное в Монтрё 20 июня 1936 г., регулировало прохождение торговых и военных судов через Дарданеллы.

(10) Попытка путча в Румынии была предпринята «Железной гвардией» 23–24 января 1941 г.

(11) Югославия присоединилась к Тройственному пакту 25 марта 1941 г.

(12) Переворот в Югославии произошел 27 марта 1941 г. Правительство Цветковича было свергнуто.

(13) Договор о дружбе между СССР и Югославией был заключен 5 апреля 1941 г.

(14) В коммюнике германского вермахта от 9 апреля 1941 г. сообщалось: «Мобильные войска и пехотные дивизии под командованием генерал-фельдмаршала Листа, выступив из Болгарии, прорвали югославскую оборону на границе, несмотря на трудные условия горной местности, продвинулись на 100 км в глубь долины Ускюб (Скопле) и форсировали реку Вирдар, отрезав тем самым югославские войска от греко-английских».

(15) Коммюнике вермахта от 10 апреля 1941 г.: «Продвигающиеся из Югославии по долине реки Вирдар танковые части заняли Салоники».

(16) Об этом говорилось в румынской ответной ноте на британский ультиматум от 30 ноября 1941 г., опубликованной 7 декабря: «После первых успехов агрессии СССР против Румынии (в июне 1940 г.) провокации советского правительства не прекратились, в чем выразилось намерение СССР продолжать свою экспансию. Доказательством служат непрерывные вторжения русских самолетов, которые с апреля по июнь 1941 г., несмотря на все протесты Румынии, от двух до семи раз в день залетали на румынскую территорию, что свидетельствовало о подготовке военных операций, а также о сосредоточении огромных сил на северной и юго-восточной границе Румынии с явно наступательными целями. Имели место и постоянно провоцировавшиеся разведывательными отрядами конфликты. Советские вооруженные силы, стянутые на границу Румынии, насчитывали 30 пехотных дивизий, 8 кавалерийских дивизионов и 14 моторизованных бригад».

(17) Генерал горнострелковых войск Эдуард Дитль, горный корпус которого с сентября 1940 по май 1941 г. находился в Северной Норвегии, а позже в районе Киркенеса. Двадцать девятого июня 1941 г. этот корпус вступил в бой с советскими войсками. После того как 15 января 1942 г. Дитлю были подчинены все немецкие и финские войска в Северной Финляндии, фюрер во время своего визита в Финляндию по случаю 75-летия маршала Маннергейма произвел его в генерал-полковники.

(19) Барон Карл Густав Маннергейм — его, как главнокомандующего финской армией, по случаю взятия Выборга 30 августа 1941 г. фюрер наградил рыцарским крестом, который по поручению фюрера был вручен Маннергейму генералом Йодлем 4 сентября. В день 75-летия (4 июня 1942 г.) фюрер лично поздравил Маннергейма и вручил ему Большой золотой крест Ордена германского орла, высшую германскую награду.

(20) О предыстории германо-советского конфликта Гитлер рассказал в речи перед своими старыми соратниками в пивной Лёвенбройкеллер в Мюнхене 8 ноября 1941 г.:

Когда мы вели наступление на Западе, Советская Россия начала наступление на Востоке. Был момент, когда мы имели в Восточной Пруссии три дивизии, тогда как Россия мобилизовала в Прибалтийском регионе 22. И они усиливались из месяца в месяц. От нас это не укрылось. Мы могли точно установить, где, как и когда передвигается каждое отдельное соединение, и делали это почти каждый месяц. С этим была связана огромная работа на нашем фронте, что тоже не осталось без внимания. На протяжении нескольких месяцев русские начали строить и частично уже построили не сто, а девятьсот аэродромов. Нетрудно было понять, с какой целью происходит такое гигантское, выходящее за пределы воображения, массовое сосредоточение русских ВВС. Плюс к этому началось создание базы для наступления, базы столь мощной, что по одному этому можно было судить о масштабах готовящегося наступления. Параллельно в неслыханных размерах увеличилось производство вооружений. Строились новые заводы, о которых вы, товарищи, не имеете представления. Там, где два года назад была деревня, сегодня стоит завод, на котором работают 65 тысяч человек. Рабочие живут в землянках, только заводские корпуса и административные здания ГПУ спереди выглядят как дворцы, а сзади это тюрьмы с камерами для самых жестоких пыток. Параллельно с этим шла переброска войск к нашей границе не только изнутри страны, но даже с Дальнего Востока этой мировой империи. Число дивизий превысило 100, потом 120, 140, 150, 170.

Находясь под впечатлением этих данных, я пригласил тогда Молотова в Берлин. Вы знаете результаты берлинских переговоров (12–14 ноября 1940 г.). Они не оставили никакого сомнения в том, что Россия решила начать наступление самое позднее осенью этого года, а может быть, уже летом. От нас требовали, чтобы мы сами, так сказать, мирно открыли ворота для этого наступления. Но я не принадлежу к тем людям, которые, как скот, сами идут на бойню. Поэтому я тогда в Берлине быстро распрощался с Молотовым. Мне стало ясно, что жребий брошен и что события неизбежно примут самый трагический оборот.

Это подтверждалось деятельностью Советской России, прежде всего на Балканах, той подпольной деятельностью, которую мы в Германии хорошо знаем по собственному опыту. Повсюду большевистские агенты, повсюду новые евреи и подрывная литература. Началась подпольная работа, которую вскоре уже нельзя было больше скрывать, да ее и не хотели скрывать. И у нас начали вести новую пропаганду. Правда, она не имела успеха — сказалась эффективность проделанной национал-социалистами работы.

Наконец, настал момент, когда о завершении русской подготовки к наступлению можно было судить по тому, что, за исключением пары дивизий вокруг Москвы, которые явно держали для защиты от собственного народа, и нескольких дивизий на Востоке, все остальные были на Западном фронте. К тому же в Сербии разразилось организованное Россией известное вам восстание 27 марта 1941 г. — путч, затеянный большевистскими агентами и английскими эмиссарами, и сразу же, 5 апреля 1941 г., был заключен пакт о дружбе между Россией и Сербией. Тогда г-н Сталин был убежден, что эта кампания, может быть, задержит нас на целый год и что тогда скоро наступит момент, когда он сможет наконец выступить на сцену, используя не оружие, а свой гигантский людской резервуар. Но сегодня я могу впервые сказать: мы знали об этом кое-что еще.

В 1939 г., 4, 9 и 30 июля 1940 г. в Лондоне состоялись несколько так называемых закрытых заседаний британской палаты общин, и на этих закрытых заседаниях г-н Черчилль, накачавшись виски, выражал свои мысли, свои