Читать книгу - "Тайные войны спецслужб. Англосаксы и Ватикан - Иосиф Борисович Линдер"

дипломатии, когда она впервые оформилась как отдельная профессия, был невысок. Дипломаты XVI и XVII веков часто давали повод к подозрениям <…>. Они давали взятки придворным, подстрекали к восстаниям и финансировали восстания, поощряли оппозиционные партии, вмешивались самым пагубным образом во внутренние дела стран, в которых они были аккредитованы, они лгали, шпионили, крали.

Посол той эпохи считал себя „почетным шпионом". Он был глубоко уверен, что частная мораль — нечто отличное от общественной морали. Многие из них воображали, что официальная ложь имеет мало общего с ложью отдельного лица. Они не считали, что и бесполезно и недостойно честного и уважаемого человека вводить в заблуждение иностранные правительства преднамеренным искажением фактов.

Британский посол сэр Генри Уоттон (1568–1639) выразил мнение, что „посол — это честный человек, которого посылают за границу лгать для блага своей родины"»[205].

«Указания на ведение разведки мы находим у шведов Карла Поммеринга и Эрика Пальмквиста, Адольфа Эберса, Иоганна де Редеса, Лилиенталя, немцев Якова Рей-тенфельса, Августина Майерберга и Адама Олеария, голландцев Исаака Массы и Конрада ван Кленка, англичан Джона Меррика и Сэмюэля Коллинза, французов де ла Пикатьера и де ла Невиля и многих других иностранцев, издавших свои записки о России. О многочисленных польских лазутчиках, засылавшихся в Московское государство на протяжения всего XVII века, и говорить не приходится, так как они засылалась специально с разведывательными целями»[206].

В 1674 году для тайных католических посланцев в Московию Я. Рейтенфельсом было разработано несколько инструкций, что еще раз подтверждает: использование тайных методов против нашей страны постоянно совершенствовалось. Стоит добавить, что инструкции весьма показательны с точки зрения уровня осведомленности папского престола о российской жизни.

С.177–178.

КРАТКОЕ НАСТАВЛЕНИЕ К ПУТЕШЕСТВИЮ В МОСКОВИЮ

1. Лица, которых угодно будет послать в Московию, должны быть прежде всего прирожденными итальянцами, и не только опытны в обращении с людьми и всесторонне образованны, но также должны знать хорошо славянский и польский языки, а в особенности архитектуру, гидравлику и различные применения законов физики; мало того — они должны также уметь торговать.

2. Так как от них во время пребывания в чужой стране главным образом потребуются следующие качества: полная готовность и твердое намерение действовать определенным раз навсегда образом, — то и следует для настоящего дела тщательно избрать таких, которые посвятили бы ему все силы ума и сердца своего и не вздумали бы, охладев во время самого хода действий, отказаться от него.

3. Прежде всего должно им помнить, что лишь одна скрытность доставит им всюду и всегда полную безопасность. Пусть они поэтому всячески избегают говорить слишком много о своем деле как в Италии, так и где бы то ни было, дабы случайным раскрытием плана не погубить всего дела.

4. Пусть они по возможности подробнее разузнают от купцов, с которыми им придется совершать свое путешествие, о товарах, привозимых в Московию и вывозимых оттуда, дабы никому не подать повода к заподозрению их вследствие их невежества по этой части.

5. Приняв, таким образом, эти меры предосторожности против всякого рода случайностей, сообразуясь со своим собственным и спутников характером, пусть они, с благословения Божия, отправятся в путь, причем, однако, и самый путь, весьма длинный, они сократят, если отправятся на город Ригу, в Ливонии, через Каринтию, Австрию, Моравию, Силезию, Польшу, Пруссию и Курляндию.

6. Из Риги, особенно в зимнее время, они через Ливонию легко доедут на ямщиках из ливонцев же, а иногда и русских, возвращающихся домой, до Пскова. А отсюда, по получении от царя, через воеводу или начальника края, разрешения на ввоз их товаров, они таким же способом, на ямщиках, проедут в Москву, местопребывание царя.

7. Пусть они ни под каким видом даже и не пытаются брать с собою священные облачения и церковную утварь или что-либо иное, могущее навлечь подозрение, ибо там все подвергается — каждый предмет особо — осмотру, более нежели тщательному.

8. Пусть они помнят, что в Московии прежде всего им необходимо должно переменить всякие европейские нравы на азиатские, дабы в противном случае их планы, хотя и прекрасно обдуманные, но, быть может, не согласные с обычаями, не погибли злополучнейшим образом. Ибо тут как на войне, нельзя два раза ошибаться.

9. Пусть также они сами, согласно совету Липсия, нигде так не удобоприменимому, как именно в Москве, будут скупы на слова, а помыслы их сокрыты, выражение лиц их сурово, даже при оказании милостей, дабы тамошний столь раболепствующий и подозрительный народ не мог заключить чего недоброго по наружности их.

10. Да позаботятся они о том, чтобы поселиться в качестве приезжих гостей не в Немецкой, случайно, слободе, но лучше всего в самом городе, недалеко от дворца, у кого-нибудь из русских, дабы через это близкое соседство удобнее и лучше изучить язык и нравы.

11. Им должно также иметь переводчика, заслуживающего полного доверия, особенно если никто из них самих не будет знать русского языка.

12. Пусть они немедленно, по приезде своем, отправятся к выдающимся лицам католического вероисповедания и строжайше обяжут их молчать о своих намерениях. Прежде всего пусть они известят о своем прибытии и своих предначертаниях господина Бокговена, кажется, генерала, как их называют, военной службы, родом англичанина, а также господина Менезия, которому недавно было поручено съездить послом в Италию, и знаменитого венецианского художника, стекольщика. От них они могут получить более, чем от кого-либо, достоверных сведений.

13. Пусть они, по указанию друзей, поспешат расположить подарками в свою пользу некоторых лиц, особенно же Артамона Сергеевича [Матвеева], первого министра при нынешнем царе. В этой стране давать и брать взятки — явление обычное.

14. Пусть они и самому царю как-нибудь преподнесут от себя лично какой-нибудь подарок, более по замысловатости своей, нежели по стоимости подходящий для сего, дабы через это царь благосклоннее отнесся бы к сим новым купцам.

15. С так называемыми толмачами и переводчиками царя, как православными, так и иных вероисповеданий, пусть они сведут дружбу, необходимую по многим причинам, особенно же с господами Гроцием, Виниусом, Вибургом и др.

16. Дабы не подать безбожникам повода быть худого мнения о нас, полезно для дела будет обменяться любезностями даже с лютеранами и кальвинистами.

17. Пусть они тщательно поразведают об образе мыслей тех лиц, кои, отвергнув прежнюю свою веру, присоединились к московской, дабы от этого серединного, так сказать, рода людей ежедневно получать как можно более нужных сведений.

18. Пусть они также подружатся с некоторыми монахами Базилиянского ордена, а именно с Симеоном, родом из Литвы и глубоким знатоком латыни, и теми двумя, которые получают от царя жалованье за свою греческую ученость, и наконец, даже с