Читать книгу - "Оборотень - Игорь Григорьевич Гребенчиков"

— Это заметно, — вставил Сережа. — Ты напугал добрую половину класса.

Он очень мастерски делал вид, будто ничего не знает. Так со стороны и не подкопаешься. Встревает аккуратно в беседу, так что в итоге ни у кого даже не могло возникнуть подозрений, будто у друзей есть какой-то общий секрет. Мелочь, но приятно.

— Выспаться мне надо, — подытожил Витя. — Ладно, закрыли тему. Впредь буду паинькой и не доводить одноклассников до трясучки.

Остаток учебного дня Витя провел в раздумьях. Даже за обедом он почти что не притронулся к курице с картошкой, на которую раньше накидывался, будто это последняя еда в его жизни. Инцидент на физике всколыхнул старую рану. Он ни черта не знает и не умеет. Как долго будут длиться занятия с Максом — неизвестно. И какой будет эффект — тоже. А тем временем волк внутри все набирает силу. Если раньше для вспышки гнева требовалось что-то существенное, то теперь достаточно было неосторожного слова, брошенного учителем. И куда это его приведет? Явно не на Выпускной бал.

«Как же меня все это достало! Я чувствовал себя гораздо более уверенным в первые дни после укуса. Все казалось таким ясным, относительно понятным. Но теперь, после всего, что я видел, после всего, что узнал… Я не знаю, что мне делать. Думал, что знаю, пытался смотреть с научной точки зрения, но что я сейчас могу? Наука ничто без экспериментов, но я не могу проводить их самостоятельно. Это не банальное протестировать способности волчьего слуха. Ставка в моих экспериментах — жизнь. И моя в том числе! Ох, я начинаю терять самообладание. Мне нужно начать тренировки как можно скорее. Это мой единственный шанс на спасение. Спасение моей чистой совести! Черт возьми, я выложусь на максимум. Даю себе слово. Только так я смогу повлиять на родителей. Слышишь меня, волк? Ты не сможешь взять надо мной верх! Это — мое тело! И мой мозг! И главный здесь — я! Пытаешься пользоваться моей слабостью, но у тебя ничего не выйдет! Ты один, а я нет. Вот и все».

Разговоры с самим собой порой лучший сеанс психотерапии из всех возможных. Естественно, нельзя было говорить за всех. В конце концов, глупо ставить всех под одну гребенку даже в такой, казало бы, мелочи. Совершенно необязательно быть семи пядей во лбу, дабы рассуждать об уникальности каждого представителя homo. Даже если человек намеренно загоняет себя под шаблон, то есть моменты, которые все же выдают личность. Касательно же разговоров с самим собой… Каждый человек так или иначе этим занимается. Вопрос лишь в том, как он относится к себе, как к собеседнику. Воспринимает ли он самого себя как бездушного критика собственной жизни? Или мудрого советчика? Ну или же просто дурачка, который только жужжит над ухом и не выдает в беседе с самим собой ничего дельного. В какой-то степени отношение к себе может быть даже характеризует и отношение к окружающим. Принятие себя куда сложнее, чем казалось бы. Если бы людям так легко это давалось, то пластические хирурги сидели бы без работы. Да и если отмести внешность — характер тоже далеко не всегда может устраивать человека.

Как-то Витя поругался с Викой. Не в пух и прах, но достаточно серьезно. Не разговаривали они где-то с месяц. А все потому, что Витя не видел ничего откровенно плохого в том, что свободный человек, будь то парень или девушка, может флиртовать с кем угодно и когда угодно. Пусть даже и с несколькими людьми одновременно. Вику это оскорбило. Она заявила, что подобное поведение аморально, а сам Витя просто пытается строить из себя какого-то мачо. Ну и в сердцах она ему наговорила лишнего. Витя обиделся. Потом долго занимался самокопанием. Но все же, поразмышляв, и пару раз посоветовавшись с Серегой, пришел к выводу, что не стоит воспринимать все так близко к сердцу. Да, может для кого-то его характер не подарок, но разве это повод меняться для каждого? Он дорожил Викой, но не мог быть уверен, что они будут дружить до конца дней. А с собой ему точно придется сосуществовать.

Ну, конечно, они в итоге помирились. И отпраздновали это очередной посиделкой на крыше и разговорами за жизнь. А этой темы тактично не касались. Взаимоотношения личностные важнее каких-то разных взглядов на этот мир, тем более, если на эти самые взаимоотношения они не влияют ровным счетом никак.

Когда звонок ознаменовал собой конец очередного учебного дня, Витя осознал, что еще никогда так не жаждал этого. Проанализировав свое поведение, он понял, что частенько смотрел на часы. Подсознательно, даже не задаваясь какой-то определенной целью. Ожидание было максимально томительным.

— Ну что, ты точно один там справишься? — Сережа все еще выражал желание бросить все и пойти помогать другу.

— Да, точно, — подтвердил Витя. — Все будет нормально. Ты сам, главное, не ударь в грязь лицом перед девушкой.

— Оу, можешь даже не волноваться, я в полной боевой готовности, — ухмыльнулся Сережа.

— Ну да, я вижу. Приличная рубашечка, волосы в кои-то веки не похожи на воронье гнездо… Да, дружище, ты определенно готов, — похлопал его по плечу Витя.

— Обязательно отпишись потом, чего да как. Я где-то часам к десяти вернусь.

— Да не забивай ты мной голову, честное слово, — Витю уже немного раздражало подобное проявление чрезмерной заботы. — Повеселись там. Катюхе привет.

— Как скажешь, — кивнул Сережа.

На вахте Витя столкнулся почти нос к носу с Сергеем Владимировичем. Внутри неприятно кольнуло. Их конфликт еще был максимально свеж в памяти. Витя уже хотел было спрятаться за Сережу и таким образом незаметно проскользнуть в раздевалку, но физик его все же заметил:

— Соколов, подойди на пару минут!

Витя едва слышно чертыхнулся и, дав понять Сереже, чтобы тот его особо не ждал, подошел к учителю.

— Сергей Владимирович, я… — начал было он.

— Не здесь, — оборвал его физик. — У меня в кабинете.

— У Вас? — переспросил Витя. — А это надолго? Я просто очень спешу…

— Пара минут твои планам не повредят. Пошли.

Понурив голову, Витя пошел следом за Сергеем Владимировичем. Очевидно было, что ему сейчас прочтут лекцию. И Витя очень боялся, что результатом этой самой лекции будет то, что он опять потеряет контроль. Потому что тогда… Он даже думать об этом не хотел.

В кабинете было пусто. Физик властно уселся за учительский стол, в то время как Витя скромно присел за первую парту. Он очень нервничал. Потому что дров он, как ни крути, наломал конкретных. Да, Сергей