Читать книгу - "Солнечный свет - Алена Ивлева"

в катастрофу, чтобы мы бежали быстрее. Чтобы доказать собственную правоту.

Судья оскалил зубы в усмешке:

– Как было легко до Владимира. Хранительницы боролись не за то, кто станет главной, а за саму возможность оказаться в лесу. За эту честь быть отданной чаще и ее духам. А что потом? Пришел этот мальчишка, привил никчемные новые идеалы. Год за годом, столетие за столетием хранительниц находить все сложнее. Признаю, пришлось утаивать некоторую информацию. Но и вы признайтесь, – он нежно взглянул на меня, и несмотря на то, что между нами было несколько метров, его голос раздался над ухом, – люди измельчали.

– Как же я могу это признать? Слава богу, мне столетия проживать не приходилось.

– Хм… – Он сделал вид, что задумался, а затем продолжил. – Должен признать, ворон – мое любимое воплощение.

– Что же не волк? Мне казалось, мужчины любят притворяться чем-то большим, чем они есть.

– Не будьте сексистской. Давайте перейдем к делу. Рано или поздно нам все равно пришлось бы познакомиться.

– Зачем вы притворились одним из гостей?

– Слушайте внимательнее, Варвара. Чтобы проконтролировать. Решение выбрать вас показалось несколько необдуманным. Неужели Нина дала слабину, подумалось мне, но она уверяла, что вы сильнее. Однако голословные убеждения ни я, ни остальные духи принять не могли. Пришлось устроить небольшой спектакль. Конечно, надеяться на то, что видения вам ничего не покажут, было бы глупо. Поэтому Маргарита отваривала папоротник. Вы же пили ее чай?

– Такой бадьей и отравить можно.

Получается, успокаивающий чай вовсе и не пытался излечить нервы.

– Роза его нейтрализует, делает всего лишь скрывающим истинные мотивы окружающих. Кстати, Маргарита тоже дух, вы не знали?

Не знала. Я не знала ничего, кроме лжи в лицо и хрупких надежд, разрушающихся в эту самую секунду от собственной руки. Еще один поролоновый друг.

– Это неважно, она будет в доме и после вашей смерти. Несмотря на наши попытки, видения не блокировались до конца. Они выливались во сны, а иногда даже, пробивая завесу, приходили днем.

– Мне и раньше снились кошмары.

– О, тогда вы блокировали ведения самостоятельно. Не дотрагивались до вещей, не смотрели по сторонам. Вот они и выливались крошками во снах. Случайное смазанное лицо – вы видите пожар, но не понимаете, что он означает. Прикосновение через ткань – авария. Видения нужно выпускать наружу, иначе они вырвутся сами. С нашей стороны, конечно, не очень красиво было подвергать вас таким мучениям. За это я приношу извинения. Нина рассказала, что вы совсем не спали, но нас можно понять. Разве был выбор? Пришлось скрывать план до определенного момента.

Они травили меня, пытали кошмарами, и все ради того, чтобы скрыть их грязные планы.

– Необходимо было понять, не ошибается ли Нина. Пришлось пригласить массовку для проверки того, как вы справляетесь в стрессовых ситуациях. Но по большей мере я хотел посмотреть на вас.

– Посмотрели?

– Софья умеет общаться с людьми – значит, договориться с местными не проблема. Разбирается в отварах и лечебных обрядах. Может повести за собой толпу, а главное, развлечь ее, чтобы не было мыслей, например, о ком-то с гвоздем в ноге. А вы? Прятались у себя, занимались непонятно чем. Так я Нине и сказал. Но и Маргарита была на вашей стороне, и тот факт, что мы с вами стоим сейчас здесь, что вы вызвали меня, доказал мою неправоту. Вы подходящая кандидатка.

– Это Лора сказала, что прилетит ворон.

– Откуда же Ларисе знать, что произойдет? – Судья тяжело вздохнул. – Она собственноручно за все пребывание здесь провела от силы ритуалов десять, если не меньше. Боялась пачкать руки. – Он посмотрел в сторону и сжал губы так, что они превратились в ниточку. – Было очевидно, кто займет место Виолетты.

– Нина убила ее.

– Нет, что вы! Нина попросила меня оказать ей услугу. К сожалению, я существо подневольное и в случае проведения обряда обязан исполнить одно поручение. Именно здесь и проявляются привилегии, но хорошо, что об этой привилегии практически никто не узнает, кроме избранных. Я сразу сказал Нине, что убивать Виолетту опасно: другие духи могут посчитать подобные действия предательством и покарать. Предупреждение ее не остановило – что сказать, истинная хранительница. И лидер, очевидно. Вам нужно уметь принимать твердые решения, не оглядываясь на других, иначе не выстоять.

– Плата – потеря ребенка.

– Она знала, на что шла. Предполагаю, знаете и вы. Итак, чего же вы хотите?

– Все разрушить.

Единственное, что играло в мою пользу, это поддержка судьи-ворона Альберта, который, как только выполнит задание, скорее всего, воткнет мне нож в спину. И, безусловно, то, что Нина даже мысли о моих действиях допустить не может. Несмотря на произошедшее, вряд ли она способна предположить, что я решусь сравнять с землей все, что мы так долго строили. То, что строили сотни лет до нас.

– Вы с ума сошли. Это невозможно! Да и к чему? Безрассудность поступков одной хранительницы приведет к уничтожению других.

Я достала первый моток из кармана, привязала его к одной из веток, затем зацепила за сучок второй. Спасибо, Филипп. Судья следовал за мной, будто собака, которую хозяйка держит на поводке. Шаг в шаг.

– Вот как! А сколько жизней было разрушено до этого? Нас превратили в рабов, обманывая воздушными замками, за которыми скрывается гильотина. Невинные девушки и женщины, потерянные и одинокие, были просто скормлены… кому? – Я остановилась и посмотрела на него. – Для кого это все? Что такое чаща? Кто такие духи?

Идя по лесу, я чувствовала, будто пелена, которая не давала видеть происходящее вокруг до конца, с каждой секундой становится все тоньше и тоньше.

– Ну же, ответьте мне! Что это такое?

Темнота не давала разглядеть его глаза, но рот скривился в отвращении.

– Вам, людям, не понять! Оно гораздо больше, чем просто лес, деревья, трава. Духи повсюду. Они слушают, следят, делают выводы. – Он подошел чуть ближе. – Они всегда на шаг впереди, знают мысли еще до того, как они появились в голове. Поэтому, если ты думаешь, что тебе удастся победить, – он поднял голову, и свет луны упал на его глаза без зрачков, – не льсти себе, дорогуша.

Я отвернулась, и мы продолжили путь.

– Какая может быть лесть в подобном положении. Наоборот, я трезво оцениваю собственные силы. Признаюсь честно, преимущество не на моей стороне, однако попытаться стоит. Тем более когда на кону жизнь моей подруги.

– Подруги! Как банально. Этот бунт был бы еще более пошлым, если бы вы боролись за любовь. Знаете, сколько я повидал? Женщины и мужчины сворачивали горы, бросались в огонь, бушующий