Читать книгу - "Истории с привидениями - Эдит Уортон"

вас от душных театральных залов, ночных ресторанов… и всего прочего… Ну, Бэлч!

– Уезжайте, – глухо произнес мистер Бэлч. – Уезжайте немедленно, – добавил он, как будто, более пристально посмотрев на молодого человека, понял, что должен тверже поддержать своего друга.

Рейнер стал пепельно-серым, но попытался растянуть губы в улыбке.

– Неужели я настолько плохо выгляжу?

Мистер Грисбен накладывал в тарелку жареное черепаховое мясо.

– Вы выглядите как человек, накануне переживший землетрясение, – ответил он.

Черепашье жаркое обошло стол и было со знанием дела высоко оценено тремя гостями мистера Лавингтона (Рейнер, как заметил Фэксон, к нему не прикоснулся), прежде чем открылась дверь, чтобы впустить обратно хозяина дома.

К мистеру Лавингтону явно вернулось самообладание. Он сел за стол, взял салфетку и заглянул в меню с золотой монограммой.

– Нет, филе не надо… а вот немного черепашьего мяса – пожалуй. – Он дружелюбно окинул взглядом стол. – Прошу прощения, что покинул вас, но из-за пурги со связью происходит черт-те что, пришлось долго ждать хорошего соединения. Должно быть, приближается снежная буря.

– Дядя Джек, – вклинился Рейнер, – мистер Грисбен прочел мне лекцию.

Мистер Лавингтон как раз принялся за жаркое.

– И на какую тему? – спросил он.

– Он считает, что мне все-таки следовало бы поехать в Нью-Мексико.

– Я хочу, чтобы он сейчас же отправился к моему племяннику в Санта-Пас и оставался там до следующего своего дня рождения.

Мистер Лавингтон сделал знак дворецкому снова поднести блюдо с черепашьим жарким мистеру Грисбену, и тот, вторично накладывая мясо в тарелку, опять обратился к Рейнеру:

– Джим сейчас в Нью-Йорке и возвращается к себе послезавтра с Олифантом, на его личной машине. Если вы решитесь, я попрошу Олифанта, чтобы он втиснул в машину и вас. А когда вы проведете там неделю-другую – весь день в седле, девять часов крепкого здорового сна ночью, – подозреваю, что ваше мнение о враче, прописавшем вам Нью-Йорк, изменится не в его пользу.

Сам не зная почему, Фэксон вставил:

– Я был там однажды: это восхитительная жизнь. Я знаю парня – о, это был действительно тяжелый случай, – так он, пожив там, словно заново родился.

– Звучит заманчиво. – Рейнер рассмеялся, и в его голосе вдруг послышалось горячее желание поехать.

Дядя ласково посмотрел на него.

– Может, Грисбен и прав. Это возможность…

Фэксон с испугом посмотрел в его сторону: фигура, которая была лишь слабо различима в кабинете, теперь утвердилась за спинкой стула мистера Лавингтона зримо и даже, казалось, осязаемо.

– Вот видите, Фрэнк, дядя тоже одобряет. К тому же поездка на машине с Олифантом – событие, которое пропустить нельзя. Так что отменяйте посещение предстоящих званых обедов и будьте на вокзале Гранд Сентрал послезавтра в пять.

В ожидании поддержки мистер Грисбен перевел взгляд своих серых глаз на хозяина, Фэксон, похолодев от тревоги ожидания, продолжал наблюдать за ним. Невозможно смотреть на мистера Лавингтона, не видя при этом того, кто стоял у него за спиной, было совершенно ясно, что вот-вот выражение лица мистера Грисбена изменится, и это даст Фэксону ключ к разгадке происходящего.

Но выражение лица мистера Грисбена ничуть не изменилось: взгляд, устремленный на хозяина дома, был безмятежным, и разгадка оказалась пугающей: мистер Грисбен не видел фигуры позади мистера Лавингтона. Первым побуждением Фэксона было отвернуться, смотреть на что угодно другое, сосредоточить внимание на бокале шампанского, который бдительный дворецкий уже снова наполнил до краев; но какое-то роковое влечение, противостоящее внутри него почти непреодолимому физическому сопротивлению, приковывало его взгляд к тому, что его так пугало.

Фигура – теперь более различимая и оттого еще больше похожая на мистера Лавингтона – продолжала стоять за его спиной, и в то время как последний смотрел на своего племянника все с той же нежностью, его двойник, как и в прошлый раз, не отводил от Рейнера взгляда, исполненного убийственной угрозы.

Фэксон, чувствуя, как у него сводит все мышцы, с трудом отвел глаза от этого зрелища и стал наблюдать за выражением лиц своих сотрапезников, но ни в одном из них не было признаков того, что они видят то же, что и он, и чувство безысходного одиночества охватило его.

– Об этом, конечно, стоит подумать… – услышал он окончание фразы мистера Лавингтона, и в то время, как лицо Рейнера просияло, в лице, маячившем за спиной его дяди, казалось, сосредоточилась вся ярость давней неутоленной ненависти. С каждой минутой Фэксон сознавал это все больше. Наблюдатель, стоявший за спиной хозяина дома, выглядел теперь не просто злобным, внезапно он сделался безмерно усталым. Казалось, что его ненависть поднялась из бездонных глубин бесплодных усилий и несостоявшихся надежд, это даже вызывало жалость к нему, но делало его еще более зловещим.

Фэксон перевел взгляд на мистера Лавингтона, как будто ожидал увидеть и в нем соответствующую перемену. Поначалу ничего не было заметно: натянутая улыбка была, как всегда, привинчена к его невозмутимому лицу, словно газовый светильник к побеленной стене. Но потом эта неподвижность улыбки стала зловещей: Фэксон понял, что носитель улыбки боится избавиться от нее. Было видно, что мистер Лавингтон тоже безмерно устал, и от этого открытия кровь похолодела в жилах Фэксона. Опустив взгляд на свою нетронутую тарелку, он краем глаза поймал призывный блеск хрустального бокала, но при виде шампанского ему стало нехорошо.

– Что ж, детали обсудим позднее, – услышал он голос мистера Лавингтона, продолжавшего говорить о планах племянника, – а сначала давайте выкурим по сигаре. Нет, не здесь, Питерс. – Потом он улыбнулся Фэксону и добавил: – А когда мы выпьем кофе, я покажу вам свои картины.

– Кстати, дядя Джек, мистер Фэксон хотел узнать, нет ли у тебя двойника.

– Двойника? – Продолжая улыбаться, мистер Лавингтон ответил непосредственно гостю: – Во всяком случае, мне ни один не известен. А вам доводилось встречать моего двойника, мистер Фэксон?

«Господи! – пронеслось в голове Фэксона. – Если я сейчас подниму голову, они оба будут смотреть на меня!» Чтобы избежать необходимости поднимать взгляд, он потянулся к бокалу, делая вид, что хочет отпить из него, но рука его безвольно упала, и он поднял-таки голову. Вежливый взгляд мистера Лавингтона был направлен на него, но фигура у него за спиной по-прежнему смотрела на Рейнера, и от этого у Фэксона немного отлегло от сердца.

– Вы думаете, что видели моего двойника, мистер Фэксон? – повторил хозяин дома.

«Если я скажу «да», повернется ли ко мне второй?» – подумал Фэксон, чувствуя, что у него пересохло в горле, и ответил:

– Нет.

– Нет? А ведь их может быть с дюжину: внешность у меня самая заурядная, – непринужденно продолжил мистер Лавингтон; второй по-прежнему наблюдал за Рейнером.