Читать книгу - "Тайна девочки из Вудхаус-Гроув - Катя Д."

– Так я ему и сказала: «Найджел, в этом ресторане никогда не подавали вино по бокалам». Но он был так старателен. Жаль, что обманщик. Я порвала с ним.

Другая девушка покачала головой и обратилась к их подруге:

– Я удивлена, что Бриони сразу не раскусила его. Ведь ложь стала понятна, когда он завел песню про прадеда, который якобы вложился в железные дороги. Будь оно так, ему не пришлось бы снимать яхту на выходные, чтобы впечатлить нас, разве не так? И ведь бедняга искренне думал, что мы этого не замечаем!

– Не расстраивайся. – Третья девушка ласково погладила Бриони по руке. – Наоборот, стоит порадоваться, что такие люди всегда прокалываются на мелочах. Хотя, признаю, Найджел был действительно хорош собой.

Хмыкнув, Фрэнки уставилась на картину напротив. Пережевывая лист салата, она рассматривала мужчину эпохи позднего Средневековья. Краски потемнели, и на фоне мрачных одежд выделялся только белый гофрированный воротник, отчего казалось, что голова его отделена от тела и лежит на тарелке.

Внутри поднялось неприятное чувство. Будто нечто холодное поселилось в груди, а теперь принялось разрастаться. Она отложила вилку и глубоко вдохнула, пытаясь привести мысли в порядок.

Шум столовой больше не помогал. Он сливался в вязкий гвалт, который двигался над головами, отражался от стен и возвращался обратно. От этого в груди становилось еще меньше места. Фрэнки не понимала, почему оказалась здесь и как вообще должна жить среди этих людей.

Она представила, что происходит сейчас дома. Может быть, мама уже сняла куртку, поставила на кухонный стол сумку, а Мартин откупоривает бутылку вина. От этих мыслей что-то болезненно перевернулось внутри.

Может, мама все-таки одумается и заберет ее отсюда?

Но мысль исчезла так же быстро, как и появилась.

Когда Фрэнки подняла глаза, стол почти опустел. Девочки, переговариваясь и смеясь, расходились, а она все еще сидела с полной тарелкой.

Темнота опустилась незаметно. Когда соседки вернулись в комнату, Вудхаус уже готовился к ночи. В коридорах приглушили свет, за окнами сгустился мрак. И хотя постельное белье источало аромат свежести, оно было жестким и непривычным, а воздух – слишком прохладным, и у Фрэнки создалось впечатление, что даже стены подобрались ближе, чем несколькими часами ранее.

Одна за другой соседки погасили лампы. Комната погрузилась в темноту, которую разрезала лишь полоса света под дверью. Фрэнки отвернулась к стене. Она слушала, как в комнате гаснут последние человеческие шорохи и появляются другие, издаваемые старым зданием.

Когда дыхание девочек выровнялось, Фрэнки осторожно поднялась. Накинула поверх пижамы халат, по инерции потянулась в сторону тумбочки, но, вспомнив, что телефон забрали, тихо вышла.

Туалет оказался пустым. Фрэнки закрыла за собой дверь кабинки, опустилась на крышку унитаза и уткнулась лбом в ладони. Только здесь позволила себе выдохнуть. Несколько минут она дышала медленно, пока воздух снова не стал входить в грудь без боли, а пульс не перестал колотиться в висках.

Постепенно внешние звуки вернулись: легкое потрескивание ламп, эхо шагов в коридоре.

Тут дверь туалета тихо скрипнула.

Фрэнки вздрогнула, хотя звук был едва слышным. В помещение кто-то вошел. Шаги оказались мягкими, осторожными, будто человек не хотел привлекать внимания. Они приблизились к ее кабинке.

Фрэнки подняла лицо и замерла.

Потом раздался стук.

– Занято, – бросила она.

Ответа не последовало.

Второй стук прозвучал сильнее. Сердце снова сорвалось на бег. В туалете повисла непривычно плотная тишина.

– Кто это? – спросила она тише.

Но за дверцей не было слышно ни дыхания, ни шагов. Только лампы под потолком продолжали гудеть.

Потом со стороны выхода едва заметно скрипнули петли. Этого хватило, чтобы понять: тот, кто стоял здесь, ушел.

Фрэнки осторожно поднялась. Пальцы дрожали, когда коснулись защелки, но она все же повернула ее и открыла дверь.

Туалет был пуст. Никаких девочек, притаившихся в кабинках. Только гул ламп и ее озадаченное лицо в зеркале. Может, это была чья-то глупая шутка. Или нервы. Она почти убедила себя в этом, пока не вышла в коридор.

Свет здесь еле освещал дорогу. Воздух стал холоднее, будто где-то открыли окно. Фрэнки обхватила себя руками и уже собиралась идти в комнату, когда заметила что-то впереди.

У дальнего поворота стояла фигура. Силуэт человека едва выступал из тени, как будто часть света, падающего от ближайшей лампы, не доходила до него.

Фрэнки остановилась.

В груди что-то глухо провалилось.

Фрэнки моргнула, и фигура незаметно, почти плавно, скользнула за угол.

Глава 2

Полночи сон никак не шел к Фрэнки. После вечерней вылазки ступни еще долго не могли отогреться, а окружающие звуки не располагали ко сну. Стоило времени на часах перевалить за полночь, как возникло навязчивое ощущение, будто из мрака углов за ней наблюдают. Хотя присутствие в комнате соседок успокаивало нервы, те все же оставались незнакомками. С таким же успехом она могла купить билет на «Каледонский ночной поезд» и постараться расслабиться в узком пространстве купе, зная, что над ней лежит посторонний человек. Уснуть удалось ближе к утру, когда по окнам забарабанил дождь. Поэтому сигнал будильника остался незамеченным.

– Фрэнсис, вставай. – Кто-то мягко потрепал ее за плечо. – Торнтон вот-вот появится.

– Оставь, Рут. Пусть разбирается сама.

Хлопнула дверь. Голоса соседок мягко вытеснили грезы, и, сощурившись, Фрэнки бросила взгляд на часы. Само собой, она не могла не опоздать в первый же день. Наспех умывшись, она переоделась в голубую форму, включающую юбку, рубашку с галстуком и колючий пуловер, и выскользнула в коридор, где сновали девочки. В общем потоке ночная тревога отступила.

Скорее всего, все это – не более чем фантазии.

На первом уроке истории мистер Эванс, пожилой мужчина с седыми усами и пышной шапкой волос, достал мел.

– Сегодня, леди, мы окунемся во времена Шекспира, а именно – начнем тему правления Елизаветы I. Открыли тетради.

Фрэнки опустилась за заднюю парту. Одноклассницы следили за каждым ее шагом, даже не стесняясь быть пойманными. Бегло скользнули по фигуре, но пытались поймать именно взгляд, чтобы