Читать книгу - "Империя рассвета. Книги I–VI · пролог и главы I–LXXXIV - Джей Кристофф"

нежити. Она вычистила совет и дом своего деда от тех, кого растлили высококровные. Вздёргивала их на дыбу, выведывая, где спят их хозяева. И в один роковой день уничтожила их всех.

Я глянул на Лаклана, вздохнул.

— Простите, лейтенант. Но это звучит как наивысшей пробы небылица. Как двадцатилетняя женщина одолела три выводка высококровных медиа?

— Тремя вещами, что построили эту империю, шевалье. Верой, сталью и чёрным игнисом.

Лаки улыбнулся, постукивая пальцами по пороховнице.

— Она их взорвала.

Матьё кивнул.

— Дивоки заняли доки. Честейны спали под залом совета. Воссы — театральный квартал. Пожары, что устроила ma dame, были ужасны. Погибли тысячи. Но лучше выжечь гангренозную руку, чем дать болезни расползтись.

— Семеро Мучеников, — выдохнул Батист.

— Потом она прошла по руинам. Глядя в лица тех, чьи дома разрушила, чьих любимых сожгла. Одни звали её героиней. Многие — мясничкой. По сей день большинство не знает, как к ней относиться. Но имя, на котором сошлись, знают все.

— Пепельная Львица, — пробормотал я.

Я услышал, как отворяются двери великого замка, и, словно призванная своим именем, появилась кузина со свежей когортой солдат. Я смотрел, как она шагает через двор, ожоговые шрамы выгравированы на лице, огонь в глазу. Двенадцать лет назад меня изгоняли из Серебряного Ордена; немудрено, что я прежде не слышал истории кузины. Но немудрено и то, что Шарлотта думала обо мне так дурно. Пока я разъезжал, соблазняя монашек и нарушая священные клятвы, она сжигала половину этого города, чтобы спасти другую.

— Та ещё женщина, — сказал Лаки.

— Та ещё безумица, — ответил Аарон.

Шарлотта остановилась передо мной, и меч запел, когда она вынула его из ножен. Лейтенант Матьё отступил, и его осенённый пеплом лоб помрачнел. Решётка всё ещё стояла меж нами, единственный здоровый глаз Шарлотты прикован к моему. Я был напряжён, как тетива в руках её лучников, Аарон ощетинился рядом, готовый проломить эти железные прутья прежде, чем эти фанатики перебьют нас всех.

Губы Шарлотты скривились, когда она заговорила.

— Барон Жеррар примет вас теперь.

VII

В ЛОГОВО ЛЬВА

Леон был бледной красавицей, баюкаемой в широких каменных руках. Город был выстроен в бухте в форме полумесяца, его здания вырезаны в покатых известняковых утёсах высотой в триста футов. Широкие улицы и узкие лестницы сбегали крутыми зигзагами к океану, а на скалистом берегу был возведён могучий порт. Леон восседал, угнездившись в той каменной дуге, точно особа королевских кровей на троне, и, если город был королевой, то замок был её короной.

Он был сложен из того же светлого известняка, инкрустированного узорами из тёмного базальта, о которых упоминал Лаки. Гарнизон в двадцать тысяч солдат звал его домом. Ma famille правила здесь тринадцать поколений. К западу от Августина это был безопаснейший город империи. И я не мог стряхнуть чувство, что мы вальсируем прямиком в змеиное гнездо.

Шарлотта провела нас через двор к паре огромных дверей, её люди со всех сторон, напряжённые, как свёрнутая пружиной сталь. Стражи отдавали честь при её приближении, но не встречали её взгляда. В замке, похоже, царило оживление: яркие огни за множеством окон, знамёна, трепещущие на стенах, и эхом отдавалась от камня, ни много ни мало… музыка.

Я огляделся, встревоженный.

— В доме Львов всегда так… оживлённо?

— Едва ли, — ответила Шарлотта, отвечая на приветствия стражей. — Вам выпала удача прибыть в годовщину рождения барона Жеррара.

— Праздник его святого, — сообразил я.

— Семьдесят лет нынче вечером. А теперь идёмте. Ваш хозяин ждёт.

— Мадемуазель де Леон.

Шарлотта ощетинилась при звуке бормотания Аарона, словно ей претило напоминание о его присутствии. Она не соизволила обернуться, заговорив вместо этого через плечо.

— Что такое, пиявка?

— С прискорбием, я не воспользуюсь гостеприимством доброго барона.

Тогда Шарлотта обернулась, и ярость расколола тьму её глаза.

— Ты пойдёшь туда, куда велено. Благодари Ангела Фортуну, что я ещё не сожгла тебя…

— Повелевай чем угодно, мадемуазель. Но ни один вампир не может войти в дом без приглашения от того, кто в нём живёт. А ты была бы глупа, предложив мне его. — Мёртвые синие глаза блеснули в свете татуировок Лаки. — Ты ведь не глупа, Lionne Cendrée?

Я тихо вздохнул при словах Аарона — при ещё одном напоминании о том, чем стал мой брат. Но сам этот акт предостережения Шарлотты был лишним доказательством, что у Аарона ещё добрые намерения, и я встретил взгляд Лаки, чтобы подчеркнуть это. Пока мой старый ученик хмурился в ответ, Аарон указал на длинное каменное здание на краю двора.

— Я подожду в конюшне. С другими зверями. Судя по звуку, их там немного.

— Я пойду с тобой, — предложил Батист.

— Нет.

— Аарон, ты мой муж, и коли тебе спать в соломе, то и я…

— Я сказал нет, — рыкнул Аарон.

Батист умолк, опустив глаза. Голос Аарона тогда смягчился, нежный и печальный.

— Доверься мне, любовь моя. Так будет лучше.

Мы с Лакланом обменялись ещё одним мрачным взглядом — оба прекрасно знали, что́ имел в виду Аарон. У нас не было случая поохотиться с тех пор, как Шарлотта нас нашла, и Аарон, верно, уже умирал с голоду. Я понимал боль, которую мой брат, должно быть, испытывал в присутствии всех этих людей, когда жажда ползла из нутра пылающими руками. Я тяжело сглотнул, язык пеплом во рту, наблюдая, как Шарлотта кивает Матьё.

— Иди с ним, лейтенант. Запри его в конюшне и поставь у каждой двери отряд с факелами. Если он попытается уйти, если хоть заговорит с кем-нибудь из вас…

Глаз её упал на глаза Аарона, блестя угрозой.

— Сожгите его дотла.

Взгляд Аарона метнулся к Лаклану и обратно.

— Понимаю, почему он тебе по душе.

Лаки нахмурился, пока я клал руку Аарону на плечо.

— Мы поговорим с бароном. Может, не найдём здесь приёма, и снова в путь. Так или иначе, мы быстро.

Аарон улыбнулся, и взгляд его был как ножи.

— Наслаждайся вечеринкой, Габриэль.

Моего брата увели прочь дюжина ощетинившихся солдат, лейтенант Матьё маячил у него за спиной, Батист смотрел вслед возлюбленному. Шарлотта повернулась к другому из своих людей.

— Заприте их оружие в оружейной. Скажите управителю утроить стражу и что один лишь я буду держать ключ.