Читать книгу - "Поколение М - Борис Акунин"

и не холодно, садился на балконе, выпивал по глоточку за каждое созвездие, а за Красную Планету — до дна. В прошлом апреле американцы запустили корабль «Марс-Одиссей», полгода спустя он долетел до места назначения. Крутится, шлет поразительно интересные данные. Геннадий Владимирович про это думал — с белой завистью, без горечи.

При таком алгоритме с утра в понедельник не бывало ни похмела, ничего. Будильник велит: «Встань и иди!» — встал и пошел. Ни коллеги, ни студенты Геннадия Владимировича Щипка выпившим никогда не видели и не увидят.

Поэтому когда позвонил Валерка Савчук и стал звать на встречу, Геннадий Владимирович первым делом посмотрел на календарь, увидел, что 25-ое суббота, и хотел отказаться. Никто не смеет покушаться на права, гарантированные гражданину конституцией — в особенности на право укваситься в выходные. Но потом сказал себе: стыдно, Геннадий Владимирович, совсем уж в свинство не скатывайтесь. (Он всегда мысленно обращался к себе по имени-отчеству. Надо чтобы хоть кто-то относился к тебе с уважением. Хотя бы ты сам). Во-первых, сходите, посмотрите на людей, которых вы десять лет не видели, а то совсем забарсучились. Во-вторых, продемонстрируйте себе выдержку — не притрагивайтесь там к жбанке. Вечером вернетесь домой — тогда пожалуйста.

Идея явить триумф воли Геннадию Владимировичу понравилась — в тот момент, когда она пришла. Первые сомнения начали одолевать его накануне вечером, когда внутренний хронометр стал требовать выхода на старт, а из холодильника слала позывные закупленная водяра. Но он устоял, был собою горд.

Утром тоже было тяжело, время тянулось медленно, занять себя было нечем. В нарушение всяческих правил попробовал поработать над скриптом.

Жизнь Геннадия Владимировича со стороны, наверное, казалась малоинтересной и даже непривлекательной, но на две трети состояла из радости. Делилась она так. Дневное время в понедельник, вторник, среду, четверг, пятницу — работа. Зона скуки. С вечера пятницы до вечера воскресенья — увольнительная, она же праздник. Но была еще и зона волшебства, четыре вечера в неделю, с понедельника по четверг. Геннадий Владимирович садился к своему «пентиуму» и работал с бета-версией нового «Воркрафта», в которую встроена новая функция — генератор сценариев. Геннадий Владимирович создавал собственную версию Азерота, руководствуясь вдохновением и творческой интуицией.

Но оказалось, что с утра креативное мышление совершенно не работает. Это жаворонок заливается при свете дня, а сова ухает только в темноте.

Геннадий Владимирович не сдался. Подстриг ножницами бороду, погладил рубашку, освежил мокрой щеткой выходной пиджак.

А потом совершил стратегическую ошибку. Сказал себе: ну пивка-то можно — из уважения к субботе, от пива не опьянеешь. И скушал баночку. За ней вторую. Но не учел закон сохранения момента импульса, потребовавший чекушку все-таки выпить.

Неправильно это было. Ненаучно. Все равно что запустить ракету, а когда топливо первой ступени закончится, вторую ступень не активировать. Ракета нырнет носом, пойдет по нисходящей траектории.

Вот и Геннадий Владимирович в его полутрезвом состоянии по дороге в ресторан зарылся носом. В голову полезли мысли несубботние, мрачные. Про детей.

Они-то про него никогда не думают. За все годы ни разу его не видели. Забыли. Нина от алиментов отказалась, даже после того, как он устроился на нормальную работу. Что ей эти копейки? Сказала: «Ни твоих денег, Щипок, ни тебя самого нам не нужно. Попробуй только к ним сунуться».

Он не совался. Но издали, конечно, подсматривал.

Зине уже семнадцать. Учится в матшколе. Очкастая, угловатая, умненькая. Идет по улице — размахивает руками, ведет с собой какие-то беседы, наверняка научные. Отец, да еще такой, ей ни за чем не сдался.

Рите пятнадцать, и она совсем другая. Выйдет утром из дому — и сразу в соседний подъезд. Выходит оттуда с накрученной прической, подкрашенная. Наверное, Нина запрещает, потому девочка и конспирируется. На улице останавливается около одежных бутиков, подолгу смотрит на витрины. Геннадий Владимирович не знал бы, о чем с Ритой разговаривать и как себя с нею вести.

Обе дочки были за пределами гравитационной досягаемости. Наблюдаемы в телескоп, и только. Но по поводу Юрки у Геннадия Владимировича имелся План, требовавший долгой, обстоятельной подготовки и уже начавший осуществляться.

Сын был в точности таким же, как Генка Щипок в тринадцать лет. Только ходил не в кружок «Юный физик», а в игровой клуб — сбегал туда из дому при любой возможности. Должно быть, Нина не разрешает дома тратить время на видеоигры.

Клуб — не школа, входи кто хочешь, только плати за время. А Юрка, сидя у компьютера, ничего вокруг не видит. Геннадий Владимирович этим пользовался.

Иногда вставал прямо у сына за спиной. Смотрел на круглую голову, еле удерживался, чтобы не погладить. И, конечно, постепенно вникал в игру, которой Юрка был так увлечен. Она называлась «Warcraft II / StarCraft». Установил ее у себя, чтобы быть в теме. Узнал, что активные юзеры регаются на форуме. Завел ник, юзерпик. Поучаствовал в чемпионатах, вышел в сильные воркрафтеры. Недавно удостоился чести попасть в число тестеров бета-версии «Warcraft III», а это дало возможность законтачить с юзером Ballbreaker’ом — Юркой. Попереписывались на форуме, перешли в аську. Геннадий Владимирович устроил своему френду инвайт на бета-версию. Теперь они переписывались почти каждый вечер, делились впечатлениями.

Так что в онлайне отец с сыном уже встретились и даже близко подружились. Однако переходить в офлайн пока рано, хотя Юрка всё время предлагает затусить в реале. Но он-то уверен, что имеет дело с ровесником…

Проект у Геннадия Владимировича составился такой. Построить красивый, развернутый скрипт, в котором будут два главных героя — один похож на Юрку, второй — бородатый маг Геннон. Кинуть версию сыну. Поиграть какое-то время вдвоем. А потом, когда они пройдут через массу совместных приключений и испытаний, увидеться в реале. Вот он я, Геннон. Твой папа.

Если во время увольнительной вечер выдавался беззвездный, Геннадий Владимирович, выпивая, мечтал не о Красной Планете, а о том, как они с Юркой встретятся по-настоящему.

Но сейчас был день, в троллейбусе толкались, недозаправленный водкой движок угрюмо фыркал и глох. Никогда этого не будет, с тоской думал Геннадий Владимирович. Никогда я не наберусь смелости подойти и сказать «я твой папа». Потому что если Юрка шарахнется, моя трехступенчатая ракета разлетится на куски. Буду болтаться в безвоздушном пространстве космическим мусором.

Из-за некоторого нарушения временно-пространственного баланса Геннадий Владимирович почти на час опоздал, но в пункт назначения всё-таки прибыл. Перед тем как войти во двор привел себя в порядок. Отряхнул плечи, попробовал затянуть узел галстука. Не затянулся. Кто-то от бухалова сохнет, а кто-то наоборот пухнет.

Пить или не пить, терзался он