Читать книгу - "Наследница пророчества - Анали Сбрана"

ход пошел флакон с зеленой жидкостью. Она добавила в смесь несколько трав, взбила состав, а затем вылила все в свой миниатюрный котел. После этого она принялась вычерчивать инкры на его ободке, и выражение ее лица стало суровым и решительным.

— Ты справишься, Серша, — пробормотал Каллум. Зелье начало пениться и закипать.

Ноэль, как заметила Одра, скривившись от отвращения, вообще обошелся без котла; вместо этого он взял всего один лист какого-то растения, положил его на язык своей опинантки и принялся начертывать инкры у нее на руках.

— Подумать только, Ноэль вообще не собирается использовать здесь алхимические навыки, — заметила Одра. — Если не считать листа, он, похоже, на сто процентов полагается на свои знания инкрамантии.

— Как-то это неправильно, — отозвалась Уайлдер.

— И я о том же. — Одра скрестила руки на груди. — Конечно, я не хочу, чтобы его опинант пострадала — но лучше бы ему не обойти Сершу.

— Не обойдет. Это испытание Эхинацеи, уверен, их оценивают по уровню алхимического мастерства, — сказал Каллум. — Серша все держит под контролем.

В этот момент стоявшая позади девушка по имени Дженелла, одна из подруг Серши по гильдии Эхинацеи, испуганно закричала.

Одра вместе с остальными зрителями вскочила со своего места, чтобы лучше видеть происходящее.

Тело опинанта Дженеллы свело судорогой от боли, а с посиневших губ пузырилась пена.

— Бедная девочка, — произнесла Одра, с ужасом наблюдая, как тело послушницы сотрясают жестокие конвульсии.

Похоже, Дженелла либо неверно диагностировала недуг, либо перепутала ингредиенты, случайно отравив послушницу.

Дженелла панически перевернула девочку на бок и засунула дрожащий палец ей в горло, пытаясь заставить ту выблевать только что выпитый эликсир. Опинантка выблевала содержимое прямо на сцену, прежде чем снова рухнуть без сознания.

— Помогите! Помогите ей! — закричала Дженелла. Она спрыгнула со сцены, спотыкаясь, подбежала к группе фей-медиписцев, которые выхватили девчушку из ее рук. Опинантку, чьи конечности все еще сводило судорогами, уложили и привязали к носилкам. Один из медиписцев принялся лечить ее с помощью флакона из запасов готовых противоядий.

Дженелла наблюдала за происходящим, сцепив руки на животе. Слезы текли по ее щекам, пока она умоляла спасти девочку. Это было ужасно — оказаться первой, кто потерпел неудачу, но Одра была рада видеть, что Дженелла предпочла проиграть испытание, а чем рисковать жизнью своей подопечной.

По амфитеатру прокатился еще один крик о помощи. Хлов, прихвостень Ноэла, орал с покрасневшим лицом:

— Она перестала дышать, она не дышит! Несколько медиписцев бросились на сцену, обступив опинантку, пока Хлов визжал на каждого, кто готов был слушать: — Все должно было сработать, это не моя вина!

Один из медиписцев оборвал его:

— Заткнись, мальчишка, ты явно просчитался с дозировкой.

Одра мысленно подгоняла Сершу: быстрее, быстрее, быстрее. Ей совсем не хотелось, чтобы Ноэль выиграл.

Пока Одра была отвлечена, Серша успела перелить свое зелье во флакон с узким горлышком и теперь бережно поддерживала голову Пии у себя на коленях. Пия выпила эликсир до дна.

Каллум протянул руку и крепко сжал ладони Одры и Уайлдер. Все трое затащили дыхание, не сводя глаз с Пии.

Сперва ничего не происходило, но затем — да! Волна энергии словно прокатилась по телу послушницы. Глаза Пии распахнулись, и она села. Серша широко улыбнулась и принялась проверять ее пульс, заглядывать в глаза. Убедившись, что здоровье Пии полностью восстановилось, она открыла рот, чтобы объявить ее исцеленной, как вдруг раздался голос Ноэла:

— Она исцелена, архимагистр, пожалуйста, пусть медиписец оценит состояние моей опинантки и подтвердит это.

Толпа взревела в экстазе, когда опинантка Ноэля вскочила на ноги, раскинув руки и кружась на месте, показывая, что она абсолютно здорова.

Улыбка Серши на секунду померкла, но она тут же натянула ее обратно ради Пии, которая сияла от гордости за своего адепта, в то время как Серша молча подала знак медиписцу подойти и проверить ее собственную подопечную.

Ноэл занял первое место, Серша — второе.

К счастью, к концу испытания никто из опинантов не пострадал необратимо, хотя многие были сильно напуганы и все еще выглядели бледными к тому моменту, когда сцену очистили для подготовки к следующему состязанию.

ГЛАВА 40

Испытание Кузницы проходило в здании кузницы. Одра решила пропустить его, потратив это время на то, чтобы спрятаться в своей комнате и подготовиться к собственным испытаниям, которые были назначены на этот же день — на послеобеденное и вечернее время.

Когда пришло время адептам возвращаться в амфитеатр, она пришла туда заранее, прохаживаясь у главного входа в ожидании Каллума, Уайлдер и Серши, чтобы узнать результаты Кузницы. Но едва они приблизились, по языку тела Каллум поняла, что он вне себя от ярости.

— О Туман, что случилось? — спросила она его.

Она ожидала, что Каллум сорвется на крик, но обычно сдержанная Серша, сжав кулаки и покраснев от гнева, выпалила:

— Этот ублюдок снова это сделал! Мошенник. И им сошло с рук позволить ему взять первое место, хотя победить должен был Каллум! Он выковал потрясающий меч; ты бы его видела, Одра. Всем адептам выдали тупые, затупленные железки, покрытые ржавчиной, грязью и черт знает чем еще — просто обломки железа! Да-да, обломки. Мы все думали, что металл будет максимум поломан надвое, но Каллум даже не моргнул, когда увидел это. Он просто принялся за работу. И в итоге он представил судьям самый ослепительный клинок, который я когда-либо видела. Одна только гарда достойна музея, но угадай, кто победил?

У Одры было смутное догадка на этот счет, но прежде чем она успела назвать имя этого наглого ублюдка вслух, Серша воскликнула:

— Этот навозный жук знатный, Ноэль! И он даже НЕ РАЗЖОГ КУЗНИЦУ или что-то в этом роде, он просто использовал инкры, чтобы сплавить куски воедино, заострить лезвие, а затем — я даже не знаю, как он это сделал, но он превратил чертово ЖЕЛЕЗО В ЗОЛОТО. Кто вообще станет сражаться золотым оружием? Этот металл слишком тяжелый, слишком мягкий; он затупится после первой же битвы!

— Зачем ему вообще было заявляться на это испытание? Нам нужно участвовать только в двух — а он уже выиграл в Эхинацее, — сказала Одра.

— Потому что он полон решимости стать лучшим адептом, и если для этого придется перечеркнуть чьи-то чужие шансы, так тому и быть. Мудак, — ответила Уайлдер.

— Победа во всех четырех испытаниях определенно поднимет его рейтинг. Это гарантирует ему звание лучшего выпускника, — произнес Каллум, и спокойствие в его голосе пугало сильнее любого проявления гнева.

Одра застонала.

— Он отвратителен. Забирает лишние победы себе да еще и жульничает! — не унималась