Читать книгу - "Gold Dust Woman - Мэнди Бэкс"

засунув руки в карманы, и на губах у него понимающая, почти застенчивая улыбка.

— «Songbird»? — спрашиваю я, чувствуя, как в животе порхают бабочки.

Его улыбка становится шире, превращаясь в ухмылку, и он протягивает мне руку.

— Иди ко мне, — говорит он.

Я беру его за руку, и он поднимает меня на ноги, обхватывает за талию и притягивает к себе. Тристан наклоняется и целует меня, пока мы медленно покачиваемся под музыку. Все мое тело вспыхивает любовью, каждый сантиметр кожи покалывает от первого прикосновения его губ.

Я не впервые влюбляюсь, но рядом с Тристаном мне кажется, что до него я вообще никогда не знала, что такое настоящая любовь. Пока не встретила его. Пока он не показал мне, что значит преданность, что значит быть любимой именно за то, какая ты есть.

— Что ты думаешь обо всем этом? — спрашивает он, отстранившись после поцелуя.

Его взгляд не отрывается от моего лица, словно он все еще убеждается, что я настоящая.

— Сегодня было многовато всего, — признаюсь я.

Он кивает.

— Да. Ты меня до чертиков напугала.

— Я сама себя до чертиков напугала.

— Я думал, что потеряю тебя.

Я прижимаюсь к нему крепче и кладу голову на грудь, пока он медленно кружит нас под звуки пианино, гитары и нежные слова песни. Целует меня в макушку, и я чувствую, как он делает глубокий вдох.

— Я здесь, — говорю я. — И никуда не собираюсь уходить.

— Но ты ведь понимаешь, что можешь уйти, если захочешь? — спрашивает он.

Я отстраняюсь настолько, чтобы посмотреть на него, и хмурюсь.

— Что ты имеешь в виду?

— Заклинание связало наши судьбы, но я не хочу, чтобы из-за этого ты чувствовала себя обязанной оставаться со мной. У тебя всегда есть выбор.

— Тристан, я выбираю тебя.

Клянусь, он краснеет.

— Навсегда — это очень долгий срок.

— Снова это? — закатываю я глаза.

Он тихо смеется.

— Ладно, больше не буду. Просто… скажи, что ты понимаешь: у тебя есть выбор.

— Я знаю, что у меня есть выбор.

— Хорошо.

— И мой выбор — это ты. И всегда будешь ты.

— Не думаю, что в вопросе тебя у меня вообще когда-либо был выбор. Ты вошла в эту дверь, и я стал твоим, — говорит он.

Тристан кружит меня под рукой, а потом снова притягивает к себе.

— Ты что-нибудь помнишь о том времени, пока была без сознания? — спрашивает он.

Я качаю головой.

— Это было как сон. В одну минуту я теряла сознание, а в следующую просыпалась у тебя на руках.

— Китти и Микки сказали мне разговаривать с тобой, чтобы ты не теряла связь с реальностью.

— Правда? — Я смотрю на него снизу вверх с улыбкой. — И что ты говорил?

— Об этом моменте. О том, как я хотел снова потанцевать с тобой медленный танец в гостиной.

Все внутри меня теплеет.

Как же мне повезло случайно встретить этого мужчину? Какое же это счастье, что мы смогли пробиться сквозь все эти невероятные обстоятельства и выйти с другой стороны еще крепче, чем прежде.

Наша любовь — моя любимая история. А я прочитала их немало.

— Этот танец лучше нашего первого, — говорю я.

— Потому что теперь мы можем прикасаться друг к другу? — с усмешкой спрашивает он.

Я смеюсь.

— Потому что теперь мы можем прикасаться друг к другу!

Тристан снова кружит меня, потом подхватывает и отклоняет назад, удерживая в таком положении. Он такой сильный, такой надежный. Никогда еще рядом с мужчиной я не чувствовала себя настолько защищенной.

— Тебе от меня не отделаться, Тристан Бомонт.

— Меня это устраивает, — отвечает он. — Ты мне, между прочим, нравишься.

Я улыбаюсь.

— Больше чем нравлюсь?

Его ответная улыбка — это все, чего я когда-либо хотела.

— Да, Деми. Гораздо больше чем нравишься.

Эпилог



Деми

Хэллоуин, год спустя

Сначала я купила дом с привидениями, а потом встретила любовь всей своей жизни.

Теперь этот дом с привидениями — наш.

На перилах и ступенях крыльца стоят тыквы, а янтарные огоньки освещают все вокруг уютным, хоть и слегка жутковатым светом. Я как раз добавляю последние штрихи к хэллоуинским украшениям, когда чувствую, как Тристан подходит сзади и обнимает меня. Его дыхание на моей шее посылает теплую дрожь от макушки до кончиков пальцев. А когда зубы задевают пульсирующую жилку на шее, внизу живота все сжимается.

— Как думаешь, тыкв у нас достаточно?

В голосе слышится насмешливая улыбка.

Мы практически тонем в количестве тыкв, которые он вырастил в нашем саду.

— Хм-м, — протягиваю я. — Не знаю. Думаю, я могла бы найти место еще для сотни.

Он смеется низко и гулко. Вибрация его смеха отдается у меня в спине, и это опасно.

— Посажу для тебя еще сотню. Две сотни, если захочешь.

— Ну, это уже жадность.

Его руки скользят ниже, кончики пальцев пробираются под пояс моей юбки.

— Что поделать? Я жадный мужчина.

Хрипотца в его голосе заставляет колени слабеть.

Одним плавным движением Тристан затаскивает меня в дом и закрывает дверь, затем разворачивает и прижимает к ней. Теперь я вижу: голод в его глазах. Он смотрит на мои губы так, будто умирает от жажды по мне. Мне никогда не будет его достаточно, особенно такого.

— Ты нужна мне — тихо говорит он, слегка прикусывая мою нижнюю губу. — Сейчас.

Когда я целую его, он прижимается ко мне всем телом, почти расплющивая меня между дверью и своим желанием. Я чувствую, что я с ним делаю, твердый член упирается мне в