Читать книгу - "Лис. Тени моего сердца - Марина Альте"

вылетаю из кабинета, пока они не включили режим «великих сыщиков».

Особенно Вася. Тот вообще в последнее время ведёт себя неадекватно. Вопросов тьма: куда поехала? что делала? какие папки из архива дёрнула? И смотрит так... настороженно. Может, его Зотов припряг меня пасти? Или Каменев? Второму это только на руку. Он спит и видит, как меня из органов турнут, даже СБ подключил. Только вот что-то в их отлаженном механизме пошло не так!

А ведь всё шло к позорному увольнению. Пришла бумага о проверке, меня отстранили, ствол отобрали — унизительно, до скрежета зубовного. А на утро — здрасьте! Зотов лично звонит, в отдел вызывает. Говорит, бумаги по проверке «случайно» потерялись. Ага, конечно. Такие «случайности» с безопасниками не случаются в принципе! Там челюсти сводит от регламентов, а тут — пшик, и я снова в седле.

Но я была только рада! Остаться на службе для меня — это всё. Я больше ничего не умею, да и не хочу. Моё дело — рыть землю, искать виноватых, докапываться до сути. Это моя жизнь.

Вызываю такси, и, на радость, машина находится почти мгновенно. Через пять минут я уже внутри, пристегиваюсь и пытаюсь унять дрожь в пальцах. Пока едем — а пилить минут тридцать — лихорадочно рою инфу об этой местности.

По документам — государственная территория. Чистая, стерильная, без единого изъяна. Официально — что-то вроде заброшенного военного полигона. Но по грифу «секретно» в архивных сносках понимаю: тут без группы «Тень» и покровителей в правительстве явно не обошлось. Слишком жирный кусок земли для простого «пустыря».

— Ну ок, Гладиатор! — шепчу я под нос, глядя в окно на мелькающие деревья. — Посмотрим, что это за точка на карте и чем вы там дышите.

Прошу таксиста высадить меня на повороте, не доезжая до главного входа пару метров. Дальше — пешком. Внутрь на машине не сунешься: всё огорожено высоким забором с колючей проволокой. На первый взгляд — типичный военный объект, суровый и неприступный.

Таксист уезжает, растворяясь в пыли дороги, и я остаюсь один на один с этой высоченной преградой. Забор выше меня в полтора раза, лезть на рожон — самоубийство, да и прыгать через колючку в мои планы не входило. Решаю прогуляться вдоль периметра, изображая случайного туриста. Авось найду какую-нибудь лазейку для «особо любопытных».

Заросли тут такие, что меня скрывает с головой. Продираюсь сквозь колючий кустарник, чувствуя, как ветки дерут кожу. Исцарапала руки до крови, черт! Но даже это не тормозит. Лихорадочный стук сердца в ушах молит: «Ася, стой, дура!», но инстинкты сильнее здравого смысла. Меня буквально засасывает внутрь этой тайны.

И да, я сейчас смачно так нарушаю закон. Частная территория, гриф секретности, отсутствие ордера... Если поймают — по головке не погладят. Но я же не с обыском! Так, прогулка на свежем воздухе. Если что, включу режим «блондинки»: скажу, телефон за забор случайно выронила, вот и ищу бедолагу.

Спустя пятнадцать минут безумных поисков слух режут взрывы. Глухие, отдалённые, но это точно они. В груди мгновенно сдавливает — паника мешается со страхом, но желание прорваться внутрь выжигает всё остальное. Взрывы повторяются, один за другим, и я срываюсь с места.

Бегу вдоль забора, не разбирая дороги. Ветки хлещут по телу — больно, до слёз, как хлысты. И тут — удача! Огромная дырень в бетонном заграждении, будто кто-то специально выбил одну секцию, чтобы пригласить меня на этот праздник безумия.

— Ну, вот и вход! — выдыхаю я.

Ныряю в пролом, на ходу выхватывая табельный. Холод металла в ладони мгновенно придаёт уверенности. Шагаю в густые лесные дебри: вокруг вековые стволы, папоротник по самые плечи. Солнечные лучи пробиваются сквозь кроны, высвечивая странную взвесь в воздухе — то ли пыль, то ли пороховую гарь, принесённую ветром. Тяну носом воздух — точно, порох. Значит, бойня здесь реальная, а не плод моего воспалённого воображения.

Новый бабах заставляет меня буквально вжаться в шершавую кору сосны. Сердце делает кульбит и застревает где-то в районе гланд — до тошноты, до звона в ушах. Я примерно прикидываю направление и, пригибаясь, бегу на звук.

Господи, официальное заявление: если я сейчас подорвусь на мине — хочу быть кремирована! Запомните это кто-нибудь!

Минут через десять грохот взрывов сменяется сухим лаем автоматных очередей. Всё, иллюзии кончились: это ни хрена не плановая проверка оружия. Если это и военная база, то здесь только что объявили Четвертую мировую.

Чем глубже я продираюсь сквозь подлесок, тем гуще в воздухе вонь пороха, гари и чего-то тошнотворно-сладкого. По коже лупит очумевший мандраж, пальцы побелели, сжимая рукоятку ствола — моё единственное спасение в этом аду. По спине пот течёт уже не каплями, а настоящим градом.

Страх липкий, мерзкий, он парализует мозги. Любая нормальная девчонка уже давно бы развернулась и драпала отсюда до самой финской границы, но только не я. Чёрт!

Вдалеке, на самой кромке леса, туман разрывается, обнажая тот самый пустырь и массивный ангар, что отблёскивает солнечным светом, и огромный кирпичный дом. Всё как на карте, только в стократ страшнее. Между деревьями мелькают огромные тени — чёрные призраки, которые перемещаются с такой скоростью, что человеческий глаз едва успевает их фиксировать.

Я не успеваю даже выдохнуть, как над самой головой со свистом проносятся пули, вгрызаясь в кору сосен. А следом — взрыв, такой силы, что меня просто впечатывает в землю. Ударная волна выбивает воздух из легких, в ушах — невыносимый звон.

Сквозь пыль вижу, как те самые силуэты валятся на землю с протяжными, захлебывающимися стонами. И тут до меня доходит — никакой импровизацией здесь и не пахнет. Слишком густой запах крови, слишком реальный предсмертный хрип.

Господи, да что тут происходит?!

Высовываюсь из-за куста, судорожно сканируя периметр. Картина — чистый хоррор: кустарники вмяты в землю какими-то огромными телами, повсюду ошметки коры и сочные, ещё свежие брызги крови.

Ползу вперёд на локтях, буквально вгрызаясь в землю. Воздух застревает где-то в горле, паника сжимает лёгкие железным обручем, не давая вдохнуть. Доползаю до ближайшего силуэта — той самой «тени», что рухнула после взрыва. Упираюсь руками в холодную, липкую ткань камуфляжа и с трудом переворачиваю эту тяжеленную тушу. Пальцы на сонную артерию... Пусто. Труп.

Ужас ледяной волной прошибает до кончиков пальцев.

Отпрыгиваю, задыхаясь, и