Читать книгу - "Княжна-попаданка. Между Русью и Степью - Александра Каплунова"

— Сама слышала, когда мы ушли к воде. Наказ был однозначен — княжну брать живой.

Я решила не уточнять, как именно уходила и в каком виде потом по озеру плавала.

Хан задумался.

— И ты считаешь, что этих людей прислал Тэмир?

Вот здесь я чуть было не ответила сразу, но вовремя остановилась. Мы еще ни разу не назвали имени Тэмира. Ничем не обвинили его, но хан уже знал. Конечно, он знал для чего мы явились.

Я напомнила себе все, что мы проговаривали с Арсланом.

Не убеждай. Покажи.

— Тебе судить, Великий Хан. Я утверждаю лишь то, что могу доказать.

В шатре стало совсем тихо. Игра шла опасная, хоть бы и только словами. Но одно только неосторожное могло все порушить.

Даже Арслан чуть повернул ко мне голову.

Хан прищурился.

— И что же ты можешь доказать?

— Что у одного из людей, которые пытались меня увезти, нашли тамгу Тэмира.

На лице хана ничего не изменилось.

— Тамгу можно украсть.

— Можно.

Он явно ожидал другого ответа, потому взгляд его стал еще острее.

Я продолжила уже без его понуканий:

— Можно подделать. Можно отнять. Можно снять с мертвого. Потому одной ее было бы мало.

Вот теперь он подался вперед. Чуть-чуть, но все же этот жест меня обнадежил.

— А у тебя есть что-то еще?

— Есть, — я глянула на Арслана, тот кивнул и подал знак.

Один из наших людей открыл сундук.

Сперва достали ту самую каменную тамгу, завернутую в плотную ткань. Ее мы хранили здесь же, и теперь уже передали слуге хана.

Тот положил находку перед своим господином. Хан развернул ткань и внимательно осмотрел ее, взял в руку, долго крутил, подставляя под свет. Провел большим пальцем по резному знаку, потом перевернул.

— Тэмирова, — наконец утвердил он.

— Ее нашли у человека, что командовал напавшими на меня, — пояснила я.

— Это я уже слышал. — Он все еще смотрел на камень.

— Но ты сама только что сказала: знак можно украсть.

— Да, мой хан.

— Значит, пока это доказывает лишь то, что она была у того человека.

Я кивнула, но про себя отметила важное — хан не пытается уличить меня во лжи. Он подвергает сомнению не то, откуда взялась тамга у меня, а откуда она взялась у нападавших. И это придало мне немного смелого спокойствия.

— Потому мы привезли еще кое-что. — Теперь достали письмо. Самая главная наша улика, она уже убедила в нашей правоте людей Арслана и моего отца. Теперь дело за ставкой.

Письмо развернул уже ханский писец, прочитал его, после того передал уже хозяину.

Хан изучал его еще дольше тамги.

Я не видела отсюда выражения его лица толком, потому как теперь оно скрывалось за желтым листом, но пальцы, державшие письмо, оставались совершенно спокойными.

— Здесь тоже знак Тэмира.

— Да, великий хан.

— А получала письмо Весняна?

— Среди ее вещей нашли.

— Она признала, откуда оно?

— Признала, что получала указания через людей, связанных с Тэмиром.

Хан поднял на меня глаза.

— Значит, через людей. — Он прищурился. — Ты сама это видела?

Вот ведь цепкий!

— Нет, мой хан, — я склонила голову, но взгляд при этом все еще держала.

Он положил письмо рядом с тамгой. Теперь перед ним было две ниточки, что вели к одному человеку. Но пока что их было слишком просто порвать. Хан помолчал, обдумывая, а потом обратился к Арслану:

— Ты считаешь, Бату действовал заодно с Тэмиром?

— Я знаю, что брат мой пришел в мой дом с Айгуль. Знаю, что угрожал ее мужу и детям. Знаю, что после нашего столкновения ушел на юг. И знаю, что люди, связанные с Тэмиром, появились у моего подворья ровно тогда, когда меня там не было, чтобы забрать мою жену.

— Но не знаешь, говорил ли Бату с Тэмиром.

— Сам при том не был, Великий Хан. Не могу утверждать.

Хан кивнул.

Какой же он все таки… Неудобный. И вопросы задает такие, чтобы вывести из равновесия. Чтобы мы начали защищаться, доказывать что-то. Но Арслан уже знал своего дядю и меня успел научить.

Хан снова посмотрел на письмо, коснулся его задумчиво, а после возвестил:

— Позвать Тэмира.

По шатру прошел ропот в который раз. Люди чуяли, к чему все идет и к чему привести может. Уж не знаю, любили они раздоры или не очень, но интерес и оживленность у них наше происшествие вызывало.

— И Бату найти. Пусть тоже явится ко мне, — велел Хан. После глянул на Арслана. — Не на юг он уехал, — хмыкнул, — уже несколько дней здесь гостит.

Я едва не выругалась. Весь язык уже искусала.

Арслан же ничем своей досады не выказал, только кивнул хану, принимая свою ошибку.

Выходит то, что на юг они поехали — было попусту отвлечением. Возможно и для того, чтобы Арслана из ставки выманить.

Двое воинов тут же вышли.

— До тех пор, пока я не услышу всех, — продолжил хан, — никто из прибывших с Арсланом ставку не покинет.

Я невольно напряглась. Нас тут станут держать как гостей, что приехали за защитой, или как врагов и мятежников?

— Ни пленники. Ни свидетели. Ни женщины.

Его взгляд остановился на мне.

— Как скажешь, великий хан, — ответил Арслан, отвлекая его от меня.

Я тоже склонила голову. Да пожалуйста. Мы и не собирались никуда уезжать, пока все это не закончится.

И долго ждать нам не пришлось.

Не прошло, кажется, и четверти часа, как полог у входа снова качнулся. Один из воинов, которых хан отправлял искать Бату, вернулся один. И вот тут меня укололо тревогой. Ушел-то он вместе с другим, а вернулся слишком быстро, да еще с таким лицом, будто весть принес совсем не ту, которую ожидал его господин.

Воин опустился перед ханом на одно колено.

— Великий хан.

— Где Бату?

Тот на миг замялся.

Совсем чуть-чуть, но я заметила.

— В ставке его нет.

Рядом со мной Арслан будто весь собрался в один миг. Не шевельнулся, даже головы не повернул, но я уже настолько хорошо его знала, что почувствовала перемену едва ли не кожей.

Хан нахмурился.

— Как нет? Он был здесь еще с вечера.

— Был, великий